Маргарет Штоль – Черная вдова: «Красная метка» (страница 9)
Оксана огляделась по сторонам.
– Тогда я бы сказала, что мы можем взять что-то из этого.
– А я тогда ответила бы: вот и отлично. Ведь эти перчатки хотя бы не пахнут так, словно в них кто-то умер. – Ава стащила свои перчатки и бросила их на пол.
Оксана улыбалась.
– Боже мой, Ава. Ты что, струсила? Ты трусишь? Такое вообще возможно?
– Нет, не струсила. – Ава скинула куртку, которая была ей велика на три размера.
– Ты? Ава Орлова, которая ничего не боится? – Оксана была потрясена.
Ава пожала плечами.
– Я не боюсь тоненькой металлической шпаги с резинкой на конце, если ты об этом. Я же русская.
Она никогда не рассказывала о той ночи; только не Оксане. Только не об одесском складе. Но это вовсе не значило, что она не вспоминала о тех событиях.
– На турнирных шпагах нет резинок, ты что, забыла? – сказала, наконец, Оксана.
– Без разницы.
– Ну ладно, – Ксюша сдалась. – Нам необязательно туда ехать.
Они сидели бок о бок в полной тишине. Больше говорить было не о чем. Ава понимала, как сильно Оксане хочется попасть на турнир; она почти никогда не разговаривала с отцом, кроме случаев крайней необходимости, как будто он имел какое-то отношение к смерти ее матери и будто в том, что Оксана осталась одна, была его вина.
Ава почувствовала на себе взгляд Оксаны.
– Хорошо, – медленно проговорила Ава, пытаясь отбросить охватившее ее чувство тревоги. Не было никаких зловещих знаков. От бед никто не застрахован, а мальчики из снов не умирают. Насколько Ава знала, мальчики из снов даже не существуют. – Ладно. Твоя взяла. Мы едем.
Оксана с улыбкой вскинула кулак, и Ава ударила по нему. Затем Оксана опустила голову на потное плечо Авы и принялась рассуждать, что из потрепанного фехтовального снаряжения, валявшегося в зале, могло бы им пригодиться.
За обсуждением побитых лезвий, изношенных вонючих масок, безразмерных курток и штанов со сломанными молниями Ава забыла и о пистолете, и о призрачных словах, и о женщине в черном. Она перестала задаваться вопросом, как и почему исчезли ее родители и кто за это в ответе. Она перестала думать о ненастоящих мальчиках и ненастоящих героях.
К тому времени как девочки оказались под леденящим душем, все снова пришло в норму, если, конечно, жизнь в подвале в компании бездомной кошки можно было считать нормальной. Но это была единственная норма, которую Ава знала.
Поток ледяной воды буквально вымораживал мозг.
Зато это прочищало мысли.
Вот почему Ава никогда не испытывала дискомфорта из-за холода – холод был ей необходим.
Он притуплял воспоминания, облегчал головную боль, а это было крайне важно, ведь единственное, чего Ава не могла себе позволить, – это чувствовать.
Ей за глаза хватило чувств в ее прежней жизни.
Она уже знала, что ей придется стать героем для себя самой.
ГЛАВА 8: АЛЕКС
– Ты спятил. – Данте затряс головой. – И вообще, мы опаздываем.
Но Алекс продолжал стоять на тротуаре перед конференц-центром, отказываясь сдвинуться с места.
– Я не шучу. Нас кто-то преследует. Это женщина. У меня от нее мороз по коже. Я видел ее на Пенсильванском вокзале и, кажется, только что видел снова. – Алекс переводил взгляд с одного конца оживленной улицы на другой. Он достал из кармана половинку чизстейка и развернул промасленную бумажную обертку. Алекс всегда начинал есть, когда испытывал стресс, и чем вредней была еда, тем лучше. Он откусил большой кусок остывшего мяса с сыром. – Возможно, она из ЦРУ.
– Это что, вчерашний чизстейк? Не отвечай. У тебя явно проблемы. – На лице Данте читалось легкое отвращение. – Как бы то ни было, я не собираюсь опаздывать на регистрацию, даже из-за знойной агентши ЦРУ.
– Я не говорил, что она знойная. – Алекс сканировал взглядом улицу. Он был уверен, что она поблизости.
Данте многозначительно посмотрел на него.
– Тогда чего ты так нервничаешь?
Алекс посмотрел на него.
– Ты знаешь, что ты идиот?
Данте закатил глаза.
– Ладно, ну и продолжай торчать тут один, мистер Чизстейк. – Он схватил свою сумку и сделал несколько шагов. – После этого я еще и идиот.
Алекс вошел внутрь вслед за другом.
На куртках мальчиков было написано «ФЕХТОВАЛЬНОЕ ОБЩЕСТВО МОНКЛЕР, НЬЮ-ДЖЕРСИ», но место, в котором они оказались, было совершенно не похоже на Нью-Джерси. Конференц-центр был полон людей в одинаковых костюмах – атлетов из сотен таких же клубов. Ряды фехтовальных дорожек напоминали металлические тротуары, их было так много, что они занимали весь зал. Стены были увешаны знаменами и плакатами, флагами и рекламными листовками, а по всему периметру огромного помещения стояли торговцы. На мерцающем электронном табло значилось, что здесь проходит Кубок Северной Америки. А КСА – это вам не шутки.
Алекс подумал, что это заставляет нервничать ничуть не меньше, чем слежка ЦРУ.
Мальчики пробились сквозь толпу к тому месту, где собралась группа парней и была свалена в кучу огромная груда спортивных сумок. На стене над ними висел слегка помятый знак «Общества Монклер», приклеенный на скотч.
Алекс нахмурился, когда увидел друзей по команде.
– А Журек что здесь делает? Он же не ехал вместе с нами.