Margaret Ruan – Хранители оберегов. Путь первый (страница 6)

─ Не забывай причесываться и заплетать волосы, ─ проговорила она.

─ Конечно, ─ свою косу Настасья очень любила. Волосы у неё были густые и длинные, а как известно, именно коса делала девушку краше в глазах возлюбленного. Настасья оделась в нарядный сарафан, обула лапти, взяла все свои пожитки. Было тяжело, но она верила, что справится.

─ Береги себя, ─ матушка обняла её, позволив себе пару слезинок.

─ Готовься к свадьбе, матушка. Я вернусь очень быстро, обещаю, ─ девушка обняла её на прощание и направилась к лесу. Отчасти она была рада, что уходит без проводов. Они специально с матушкой так рано встали, ведь знали, что пока каждый с ней простится, день пройдёт. А Настасье нужно было не это. Она хотела как можно скорее возвратиться. Солнце вставало из-за деревьев, протягивая в приветствие свои лучи. Поправив походную сумку на плече, девушка смело вошла в чащобу.

Глава 3. В светлом лесу

Микула шёл среди высоких дубов, худых осин и родных душе березок больше часа. Руку оттягивала корзинка с дарами, а ноги ныли от непривычной обуви. Но он не останавливался. Шумели деревья, в кустах орешника слышались шорохи белок. Обещанной помощи все не было.

"Не мог меня Сюша обмануть", ─ решил парень, прислоняясь к березке. В её тени было прохладно, ему казалось, что дерево обнимало его в ответ холодными тонкими ветвями. Убаюкивало сладким шелестом, в котором одному ему слышны слова. Лес любил Микулу, а потому с радостью отдавал свои силы, чтобы парень шёл дальше.

"Они скоро придут", ─ зашелестели берёзки. Микула сразу понял, про кого говорят деревья. Он радостно поднял корзинку и медленно пошёл дальше навстречу обещанной помощи. Солнце поднималось все выше, играя солнечными бликами на тропе. Парню было тепло и уютно в этом светлом лесу. Казалось, он идёт к очередной полянке с ягодами или грибами, а не на поиски призрачного камня, бога и человека из другой деревни. Что вот сейчас соберёт дары природы и вернётся домой, сядет обедать, потом будет помогать матушке. От мыслей о матушке у Микулы саднило сердце. Как они сейчас там, одни? Отец-то ушёл в поле скорее всего, а матушка… Не скучно ли ей одной? Может, она сидит у окна, в надежде, что Микула вернётся? При мысли о матушке парню захотелось повернуть обратно. Пусть кто-то другой идёт к Велесу. Пусть другие спасают деревню. Он не способен на такое. Он слишком слаб и труслив. И словно в подтверждение его слов вокруг разом зашевелились кусты. Микула вскрикнул и замер, не зная, что делать. Он изо всех сил сжал копье – посох, готовясь сражаться за свою жизнь. На солнечный свет осторожно вышли маленькие человечки. Они были не больше его сапог. Зелёные, полупрозрачные, и больше напоминали ветки деревьев для хвороста, а не людей. Тонкие, словно ниточки, но всё ещё напоминающие людей.

"Дети Лешего, дети Лешего", ─ зашелестели берёзы, словно смеясь то ли над Микулой, что по трусости испугался, то ли над самими человечками. Они тем временем с осторожностью смотрели на Микулу большими чёрными глазами. Острие копья они игнорировали, видимо веря, что парень их не тронет. Одежда их скрывала немногое, но походила на вещи Микулы. Парень поднял копье.

─ Простите, я думал, что вы дикие звери, ─ теперь засмеялись человечки. Их смех напоминал капельки воды, ударяющей о камень. Мелодично, но раздражающе. Дети Лешего ничего не сказали, но поманили Микулу за собой. Тот в нерешительности огляделся по сторонам. Словно кто-то мог подсказать ему, что делать. Никого не было, и парень с осторожностью сошел с тропы, следуя за маленькими помощниками. Ещё в детстве отец объяснил ему, почему сие действие опасно и какие последствия его ждут. Но пугал он не дикими зверями, а злом, чистым и живым, похожим на черную болотную жижу. А также духами, что могут заманить в свои сети, свести с ума и отнять душу. Это было страшнее всего. Волка можно победить, а зло победить нельзя. И хоть Микула мог призвать огонь, который в теории пугал то самое зло, страх никуда не делся. Первые шаги вне тропы давались с трудом. Мальчику казалось, что он вязнет в болоте, хотя под ногами была твёрдая земля да корни дубов. Шагая за детьми Лешего, Микула замечал все более прекрасные и удивительные места: поляну с дикой мятой, высокими стеблями отцветшего левкоя и крапинками красных зрелых костянок. От поляны тянуло свежим ароматом, вместо привычного сырого запаха грибов и земли, что преобладал в лесу. Рыжих белок и серых зайцев, пробегающих мимо. Замечал в спешке улетающих глухих тетеревов. И слышал заунывную песню иволги. Птицы особенно громко шумели в лесу, трещали сойки, надрывались свиристели, скрежетали невидимые глазу дубоносы. Какофония птичьих трелей тонула в шелесте листвы Великого леса, создавая уникальную мелодию. Идти вслед за добрыми духами Микуле было проще. И если бы у него были ещё силы, то он обязательно запел бы. Солнце светило высоко и ярко, когда они добрались до небольшой низины с маленькой речушкой. У реки стояли редкие берёзки, много ольхи и осины. Сама речушка спряталась за цветущими кустами рябины, калины, жимолости и смородины, отчего на самой полянке стоял удушающе сладкий аромат. Около речушки сидел мужчина: тонкий, как берёза, малахитовые волосы скрывали острые плечи, чёрная рубаха, расписанная зелёными нитками, висела на нем мешком. На рубахе Микула разглядел узор не только листьев берёзы, но и белых цветов жимолости. Было заметно, что вышивала эти узоры девушка, и делала это с теплом и добротой. Тёмные штаны были также расшиты. На ногах старые лапти. Рубаха подпоясана зелёной лентой с коричневым пушистыми хвостиками. Под глазами у мужчины залегли чёрные мешки. Нос его был крюковат, как бугорок ветви на стволе дерева. И борода, столь большая и густая, что стянуть её в хвост, было невозможно. Мужчина смотрел на Микулу серьёзным взглядом, и в глубине изумрудных глаз он видел упрек.

─ Почему так долго? ─ спросил он настолько властно, что Микула был уверен, он обращается именно к нему. Дети Лешего зашелестели, запищали и кинулись кто куда по кустам, оставив Микулу одного. "Хороши помощники", ─ подумал он, сжимая свой посох сильнее.

─ А ну вернитесь, корешочки недоделанные! ─ разгневался мужчина, резко вставая, из его рук стали проступать тонкие ветви и молодые листья. Но дети уже убежали, и ему оставалось только грустно вздохнуть.

─ Извини, Микула, они те ещё сорванцы, водили тебя кругами, чтобы посмотреть, как ты начнёшь плакать, ─ взгляд мужчины стал мягче. Он махнул рукой, и рядом с парнем появились деревянные стул и стол.

─ Присаживайся, ─ Микула в удивлении сел, поставив пожитки на землю.

─ Вы меня знаете? ─ удивился мальчик. Он переборол первый шок и с трудом решился спросить.

─ Ну конечно знаю! ─ доброжелательно воскликнул незнакомец, и лес зашелестел, ─ Сюша о тебе много рассказывал. Я тебя отвлекаю от путешествия, но мне помощь твоя нужна. Всего пару минут отниму, не более, ─ торопливо объяснил он. Микула понял что перед ним Леший во всей его красе. Раньше он думал, что Леший выглядит совсем иначе. Страшно, противно, как ива у болота или совсем заросшие, брошенные в лесу дома. Но мужчина перед ним был обычным, да и из странностей только ветви, торчащие из рук.

─ А чем я могу вам помочь? ─ осторожно спросил парень.

─ Видишь ли, ─ Леший сел напротив, ─ я поругался со своей возлюбленной. А она возьми да удери от меня. Избушка её столь шустро бегает, не угонишься. Помоги мне её найти, ты же с деревьями разговариваешь, пущай скажут, где она, ─ попросил он.

─ Избушка шустрая? Хотите сказать, изба сама в лес убежала? Да как так-то? ─ Микула после избушки дальше не слушал. Его больше удивляла самоходная изба, чем то, что Леший эту избу сам отыскать не может.

─ Ну да, встала и ушла, ─ спокойно ответил Леший.

─ На чем? ─ продолжал допытываться парень. Леший заметил блеск в его глазах и усмехнулся.

─ На костях, ─ засмеялся мужчина, ─ То есть этих, лапах куриных. Но так со стороны от костей не отличить, ─ Леший с удовольствием наблюдал, как эмоции на лице Микулы сменяют друг друга. От любопытства к страху и отвращению.

─ Так поможешь найти? ─ продолжил напирать он, хитро подмигивая.

─ Нет! ─ Микула вскочил, ─ Сами ищите свою нечисть. ─ Леший нахмурился и, облокотившись на стол, встал.

─ Послушай, мальчик, у тебя и выбора особого нет. Без меня и моих детей можешь вечность в лесу блуждать. Деревья тебе этот камень найти не помогут. Он для них ничто. А я точно знаю где он, ведь не раз мимо него ходил. И можешь мне поверить, ни одна тропа к нему не ведёт. А не прочтя слова на том камне, к Велесу тебе не дойти. Так что будь добр, помоги мне, ─ с напором произнёс мужчина. Микула в ужасе сел обратно. Взгляд Лешего его пугал. Казалось он его закопает, прямо тут, под столом, и глазом не моргнет.

─ Хорошо, я помогу, ─ прошептал парень, с трудом вставая на ватные ноги.

В объятиях берёзки ему было спокойнее. Деревце с радостью поделилось с ним энергией, но где возлюбленная Лешего, не сказала.

─ Простите, но, похоже, лес не хочет говорить, где она, ─ печально ответил Микула.

─ Что значит не хочет? Ты что же, заставить их не можешь? ─ разъяренно спросил Леший, топая ногой, словно малое дитя.