Маргарет Хэддикс – Вестники (страница 31)

– Вы тогда ещё не знали про телевизоры, да? – усмехнувшись, спросил Рокки. – Ну, сейчас это бессмысленно…

– Ш-ш!

Финн даже не понял, сколько человек произнесли это «ш-ш!» – возможно, все сразу.

Голос из монетки зазвучал грустно:

– Я не могу заставить вас прийти к нам на помощь. Порядки нашего мира вошли в мою плоть и кровь; если бы это предоставили мне, я бы создал монетку, которая внушила бы вам, что вы обязаны отправиться сюда. Но Кейт и Эндрю Грейстоуны были гуманистами, в отличие от меня. Хотя с тех пор я тоже изменился. Может быть, они больше верили и надеялись. Они верили, что люди из другого мира помогут нам по собственному желанию, как только узнают нашу историю. Может быть, вы уже послушали другие записи, где я рассказываю, что случилось с Грейстоунами и с Джиной. Двое погибли – Джина и Эндрю. Четверо в опасности – Кейт и её дети. Джины не стало первой. Я был в отчаянии. Но она, похоже, знала, что будет, потому что заранее отправила мне инструкции. Она предвидела, что после её гибели все монетки, которые она ещё не успела отослать, станут мостом между мирами. Они должны были… созреть, что ли. Джина объяснила мне, как соединить монетки и сделать нечто вроде рычага, способного открыть временный проход. Им может воспользоваться кто угодно из любого мира. Не только люди, у которых есть двойники. Отважный пример Джины словно… всех соединил. Я последовал инструкциям и однажды тёмной ночью, когда камеры наблюдения в их районе временно отключили по техническим причинам, оставил рычаг на крыльце Кейт Грейстоун…

Финн не удержался и крепко обнял его.

– Вы спасли нас! – воскликнул он. – Восемь лет назад вы дали маме рычаг! Вот почему вы хотели, чтобы мы услышали эту запись!

Мужчина смутился:

– Нет-нет! Я хотел только… чтобы вы знали, какими героями были ваши родители и чем они занимались. Всё, что они делали, рискуя жизнью, было ради вас.

Финн протянул руку и коснулся монетки. Он вспомнил про папин листок с цифрами у Эммы и про рисунок, который бережно хранил Чез. А у Финна не осталось никакой памяти об отце. Но раньше ему было и не нужно, потому что он совсем его не помнил.

– А можно мне… – начал он. – Можно мне взять эту монетку? Раз уж вы не отослали её в другой мир.

Двойник мистера Густано провёл большим пальцем по монетке, и слова снова превратились в шифр.

– У меня есть ещё одна точно такая же, – произнёс он сдавленным голосом. – Точнее… у неё, – уточнил он, кивнув на Кону. – Я сделал много копий, потому что знал, сколько проблем было у Джины, пока она не отладила систему. А потом другие люди начали сотрудничать с Ланой… и со мной… и мы внесли свои усовершенствования. Надпись на монетах – почерк вашего папы, в память о нём. Но в этом принимали участие очень много людей…

Когда Финн подумал об этих людях, у него закружилась голова. Если бы только они могли собраться и открыто сказать: «Послушайте! Давайте выберем хороших правителей, которые не врут и не совершают преступлений!» И тогда бы всё изменилось…

«А может, их бы тоже арестовали», – с дрожью подумал Финн.

Кона рылась в кармане:

– Никак не могу сосчитать…

– Я бросил пять монет, – сказал телевизионщик.

– Я подобрала три, – ответила Кона.

Мужчина откинул голову, чуть не ударившись затылком о капот джипа, вскочил и побежал на то место, где стоял, когда дети впервые увидели его.

– Ты не обманываешь? – спросил он, опускаясь на колени и перебирая пальцами траву. – А может, ты случайно их выбросила?

– Я подобрала всё! – заверила его Кона.

Все остальные тоже принялись ползать по земле. Траву на газоне недавно подстригли, и монетки не могли в ней затеряться…

– Ура! – воскликнула Лана. – Две монетки улетели в другой мир! Видимо, переходы снова открылись!

Остальные зашумели:

– Это правда?!

– Значит, теперь…

– Если монетки улетели…

Финн не стал ждать ответа. Он достал рычаг из чехла, размахнулся изо всех сил и воткнул его в землю.

Глава 41

Эмма

– Финн, не надо! – закричала Эмма. – Только не здесь!

А вдруг, если воткнуть рычаг в землю, миры поменяются местами? Или просто… сольются?

Но ничего не произошло. Рычаг не укрепился в земле, а просто сковырнул кусочек дёрна.

– Я думал, если монетки нашли дорогу в другой мир, то и рычаг сработает, – уныло сказал Финн, опускаясь на траву.

– Всего две, – напомнила Эмма. – А три остались здесь. Наверное, переход между мирами приоткрылся на время.

– И я уверена, что это произошло во время выступления Финна по телевизору, – сказала Кона. Она сняла Кафи с сумки, на которую та пыталась влезть, и прижала к себе. – Люди, которые вышли на улицу, чтобы посмотреть на небо… наверное, они все думали о чём-то своем. Может быть, они не до конца верили телевизору. Может быть, им захотелось взглянуть на небо. Они не просто послушались Финна.

– Но потом они опять воткнулись в телевизор, – напомнил Чез. – И тогда, возможно, переход закрылся. И последние три монетки, которые бросил мистер Гус, вместо того чтобы отправиться в другой мир, просто упали на землю.

– Примерно так оно и работает, да, мистер Гус? – спросила Лана.

Тот вновь подозрительно посмотрел на фонари вокруг парковки.

– Да, – шёпотом ответил он. – Несомненно так.

– Но почему? – спросила Эмма. – Я знаю, что всё связано – монетки, рычаги, телевизоры, запахи. Но как…

Мужчина опять взглянул на фонари и вздохнул.

– Всё дело в равновесии, – сказал он. – В равновесии между мирами. Между злом и добром. Монетками и телевизором. Мэр и другие члены правительства пошли на большой риск, оставив этот мир под контролем телевизоров и отправившись к вам. Они уже давно стали красть рычаги. Кроме того, они поняли, как их делать самим… Если они установят контроль над обоими мирами, то будут непобедимы. С такой огромной властью ни монетка, ни рычаг, ни человек ничего не смогут поделать.

– Но… – с надеждой начала Эмма. Она знала, что должен быть хоть какой-то выход и что у них должен оставаться шанс.

– Но прямо сейчас они черпают силу для вторжения в другой мир из сознания людей, подвластных им в этом мире, – сказал мистер Гус. – Сила мысли, творческая энергия… её выкачивают, чтобы мэр и остальная власть могли распространить своё влияние и на ваш мир. Когда люди вышли и посмотрели на небо – они вдруг перестали служить и выполнять приказы. Как будто… отключилось электричество.

– Или, наоборот, скакнуло напряжение, – сказала Кона. – И хорошие люди сделали первый шаг…

– Теперь всё понятно! – возбуждённо воскликнул Финн. – Я вернусь на телевидение и попрошу людей выйти на улицу… допустим, на пять минут. Тогда нам хватит времени, чтобы использовать рычаг! Мы вернёмся домой, спасём маму и наших друзей и победим мэра. Дайте мне только пять минут, чтобы поговорить с людьми, – вот и всё!

Финн был таким оптимистом.

– Нет, – произнёс мистер Гус, печально качая головой. – Приказы и просьбы не принесут результата. Главное – чтобы люди думали своей головой, понимаешь? Каждый из них, по отдельности, хочет перемен к лучшему. В прошлый раз тебе удалось застать их врасплох. А если попробуешь снова провернуть ту же штуку, они просто пожмут плечами и подумают: «Да ладно! Когда я вышел на улицу и посмотрел на небо, ничего не произошло. Лучше буду сидеть и смотреть телевизор».

Эмма сердито взглянула на звукооператора. Ну и мрачный тип! Удивительно, что он вообще имел дело с монетками. Казалось, он вообще уже ни на что не надеялся.

«Наверное, он уповал только на монетки», – подумала Эмма. И тут у неё возникла идея. Говорят, вдохновение подобно включившейся лампочке – но у Эммы оно напоминало молнию. И даже сопровождалось громом.

– А если… – начала она, с трудом подбирая слова. – А если… Мистер Гус, Лана, вы не знаете, где можно достать ещё монет?

Мистер Гус и Лана переглянулись. Сначала вид у них был такой же настороженный – губы сжаты, зубы стиснуты, глаза прищурены. Но, наверное, им было приятно сознавать, что их двое, и они уже начали доверять друг другу. Хотя бы немножко.

А ещё они начали доверять Грейстоунам, Рокки и Коне.

– Знаю, – осторожно сказал мистер Гус, и уголки губ у него чуть-чуть приподнялись.

На другом лице это выглядело бы как сердитый оскал. Но двойник мистера Густано несомненно улыбался.

– Тогда пошли! – воскликнула Эмма и, схватив его за руку, помогла ему подняться. – Пошли!

Глава 42

Чез

Чез не питал особых надежд.

Эмма собиралась наполнить джип монетами, привезти их в телецентр и разбросать перед камерами на глазах у всего мира.

– У нас всё получится. Мистер Гус уверен, что многие люди тоже сделали себе монетки… даже если они их не отправили, – сказала Эмма. – Монетки напомнят каждому, во что он на самом деле верит, что думает и что чувствует… короче говоря, кто он такой. И на что надеется.

«Если монетки могут изменить этот мир, почему этого до сих пор не произошло?» – подумал Чез. Но он вместе с остальными влез в джип, за которым они прятались, – это оказалась машина звукооператора. А что ещё он мог сделать? Сказать родной сестре, что она говорит глупости? Сесть на землю в знак протеста – и пусть остальные уезжают?

Сдаться?

Чез устроился на заднем сиденье джипа. К его удивлению, Рокки уселся рядом. Впрочем, занимать места для Финна и Эммы не понадобилось. Они устроились впереди, весело засыпав мистера Гуса вопросами: сколько вообще монеток, по его мнению, существует, и сколько отправились в другой мир, и…