Маргарет Хэддикс – Вестники (страница 28)
Возможно, Эмма не ошиблась, и Финн действительно гений. Потому что вдруг он понял, что нужно сказать.
– Знаете, что вам надо сделать? – спросил он, как будто люди, наблюдающие за ним по телевизору, могли ему ответить. – Выключите телевизоры и выйдите на улицу. Посмотрите на небо. Оно синее, и по нему плывут облака. А если у вас ночь, вы увидите звёзды. И тогда вы поймёте, что ваш мир – это не только люди, которые сражаются друг с другом, и лгут, и заставляют вас совершать ошибки. Идите на улицу… а потом знаете что будет? Потом вам наверняка захочется выбрать других правителей, и самим принимать решения, и сделать ваш мир лучше! Ясно? Выйдите из дома! Вы свободны! Можете радоваться, совершать добрые поступки и развлекаться! Вы сами можете решить, что есть на ужин – тако, или спагетти, или гамбургеры! Даже если вы хотите гороховый суп – пожалуйста! Или минестроне!
«Минестроне», суп из овощей, – это было их кодовое слово, когда всё только началось… когда мама уехала и попала в руки плохих людей. Финн знал, что сейчас миры полностью разделены, но всё-таки не переставал надеяться. Может быть, мама смогла проникнуть сюда, хоть Лана и уверяла, что проходы между мирами закрыты. Может быть, мама видит его и при слове «минестроне» тоже улыбнулась.
– Мы заканчиваем наш эфир, и вам придётся отойти от телевизоров, – сказала подошедшая к Финну Кона. Она повернула какой-то выключатель, и слова «прямой эфир» и «идет запись» погасли.
Эмма и Чез обняли Финна.
– Финн, ты великолепен! – воскликнул Эмма. – Ты сказал всё самое главное… ну, про тако и спагетти можно было опустить. Но всё остальное – это именно то, что нужно. Теперь подождём и посмотрим, что будет. Если люди тебя послушают, мы снова включим камеру и расскажем им остальное.
– Здо́рово, – добавил Чез.
– Н-надо поскорее убираться отсюда, – заикаясь, выговорила Лана. – Пока нас не арестовали…
– Давайте сначала посмотрим, что там, – предложила Эмма, кивнув на аппаратную.
Финн бросился к мониторам. На них были те же виды, что и на экранах за столом охраны.
– Люди в столовой! Они встают! И идут к двери! – взволнованно сообщил Рокки. – Парень, они тебя послушались!
– Если они посмотрят на небо, когда выйдут на улицу, – вот это будет настоящее доказательство, – сказала Кона.
Люди на экране дошли до двери. Вышли на улицу. И – да! – все одновременно запрокинули головы, как если бы исполняли общий танец.
– Финн, ура, Финн, ура! – распевала Эмма, пританцовывая. – У тебя всё получилось!
А потом произошло что-то странное. Вся толпа хлынула обратно в здание. И вдруг Финн заметил, что один из экранов показывает площадку перед залом, где проходил суд над мамой. На этой картинке люди тоже выходили из здания, смотрели на небо и поспешно возвращались обратно.
– В чем дело? – спросила Лана.
– Может, они пошли есть гороховый суп или минестроне? – спросила Кона.
Но Финна больше не смешило это слово. Он следил за движением толпы на мониторах. Обратно в здание, мимо стола охраны, по коридору в столовую…
Все сорок или пятьдесят человек, которые до того находились в столовой телецентра, сели на прежние места, повернулись к висящему на стене телевизору и молча уставились на пустой чёрный экран.
– Ничего не получилось! – воскликнул Финн. – Я выступил по телевизору… ну и что?!
– Хватит, – сказала Лана. – Пошли отсюда, пока нас не поймали. Скорей! – Она потащила Финна за руку. Тот потянулся к Чезу и Эмме, потому что не собирался их бросать.
Но Эмма отстранилась. Она положила на пол чехол с рычагом и шагнула к экрану:
– Нет, подождите. Можно как-то отмотать запись? Кажется, я видела… видела…
– Что? – спросила Кона, нажимая на кнопки. – Куда отмотать?
– Вот оно! – воскликнул Рокки. – Я тоже вижу!
И вновь на экране люди, выйдя из столовой, уставились на небо.
– Что там? – спросил Финн, внимательно разглядывая застывшую картинку.
– Этот человек! – ответила Эмма, указав на размытую фигуру сбоку. – Кажется, он бросает на землю монетки! Наверняка он на нашей стороне. Мы нашли союзника!
Глава 38
Эмма
Эмма бегом бросилась к столовой.
«Это наш друг! – думала она. – Мы нашли ещё одного друга!»
Человек, у которого есть монетки, должен быть на их стороне. Ведь логично?
Остальные бежали за ней.
– Эмма, осторожно! – крикнул Чез. – Давай сначала всё обдумаем…
Но Эмма не замедляла шага. Никто не схватил их по пути к телебашне – даже когда Финн вышел в прямой эфир, – поэтому она уже ничего не боялась. Особенно теперь, когда у них появился шанс обрести союзника.
Тяжело дыша, Эмма влетела в столовую. Ей показалось, что в тишине её дыхание слышно ужасно громко. Но никто даже не взглянул на неё, пока она не встала между людьми и телевизором и все недовольно забормотали:
– Нет-нет, сядь…
– Сядь с нами…
– Сядь и смотри… скоро будут новые инструкции…
– Кто сказал, что скоро будут новые инструкции? – спросила Эмма, рассматривая толпу в поисках человека с монетками. Она даже во сне могла задавать вопросы: спрашивать и одновременно искать было совсем не сложно.
На сей раз ей ответили разные голоса:
– Телевизор…
– По телевизору всегда дают инструкции…
– Мы делаем то, что говорят по телевизору…
– Это официальные сведения…
– Правда только то, что говорят по телевизору…
– Телевизор передает сообщения правительства. Телевизор единственное, чему можно верить…
Слушать это было просто нестерпимо.
– Экстренные новости: телевизор больше ничего не скажет! – крикнула Эмма, продолжая высматривать незнакомца. Куда же он делся?!
Жаль, что она не видела его лица – только затылок и что на нём были джинсы и непримечательная синяя куртка с капюшоном.
Многие мужчины здесь, в столовой, носили джинсы и синие куртки.
«Вьющиеся тёмные волосы. Найди человека с вьющимися тёмными волосами и небольшой лысиной».
Она двинулась в обход столовой, высматривая лысеющего мужчину. Но тут толпа испустила дружный вздох облегчения. Эмма обернулась и увидела, что телевизор включился. Он напоминал зомби в фильме ужасов – чудовище, которое нельзя убить. Эмма прищурилась, пытаясь понять, как эта штука вообще работает.
На экране люди жались друг к другу среди развалин, в то время как вокруг всё вспыхивало.
«Что происходит? – подумала Эмма. – Да какая разница, как работает телевизор? Хорошо, что работает. Мы предупреждены. Очевидно, все действия начались после того, как мы добрались до телебашни. И после того, как все вернулись в столовую. Наверное, на нас напали из другого мира. Хорошо, что телевизор обо всём рассказывает, и мы знаем, что нужно оставаться здесь, в безопасном месте. Нужно просто сидеть и смотреть…»
– Эмма! – Чез крикнул это прямо ей в ухо, а потом схватил сестру за руку и потянул к двери.
Эмма как будто приросла к полу.
– Мы ещё раз посмотрели запись с камеры наблюдения, кажется, тот человек не заходил внутрь! – крикнул Чез.
– А-а… – проговорила Эмма.
Её мозг боролся с влиянием телевизора. Чтобы успокоиться, она сосредоточилась на лице Чеза – таком знакомом и привычном. Одна ноздря чуть больше другой, над правым глазом крошечный шрамик (однажды Финн случайно стукнул брата клюшкой). Эмма всё это хорошо помнила: Финну было так стыдно, что он целый месяц извинялся перед Чезом. Эмма хорошо знала Чеза. Она знала, что он любит её и желает ей только лучшего.
А телевизор её не любит. И никому не желает лучшего.
«Я могу мыслить сама, – подумала Эмма. – Мозг у меня работает, даже когда телевизор включен. И это только потому, что я смотрю на Чеза».
Чез потянул Эмму к двери. Ноги у неё продолжали сопротивляться – да и тело Чеза тоже не сразу слушалось, – но наконец они вышли из столовой в коридор и Чез захлопнул дверь, заглушив звук телевизора.
– Ты меня спас, – сказала Эмма. – Если бы не ты, я бы так и стояла там со всеми своими монетками. Почему я такая… внушаемая?
– Мы все такие, Эмма, не ты одна, – Чез улыбнулся – почти радостно. В любом случае, так ей показалось. – Ты столько раз помогала нам во время прошлых наших путешествий, когда советовала нам быть храбрее и не оставлять загадки без ответа. Мы отличная команда. Мы все дополняем друг друга.