Маргарет Хэддикс – Незнакомцы (страница 2)

«А если не найдутся?» – подумал Чез. Но говорить это Финну он не собирался.

– Да, никогда не встречал ещё какого-нибудь мальчика по имени Рочестер, – признал Чез и заставил себя улыбнуться брату. – Или кого бы сокращённо звали Чез. Ну и ладно.

– Может, надо подать на маму в суд за то, что она дала тебе такое имя? – предложил Финн.

– Да это я должна подать в суд за то, что у меня такое скучное, широко распространённое имя, – вмешалась Эмма. – Ты представляешь: в нашем четвёртом классе ещё три Эммы! И ещё целых восемь во всей школе!

Чез не обращал внимания на брата и сестру, потому что мама подняла руку и указала на экран ноутбука. И это выглядело жутко. Мама походила на привидение или на человека под действием злых чар, как в сказке. Похоже, она только и могла указать, но не говорить.

«Мы повторяем то, что нам известно о пропавших Густано, – сказал голос диктора. На экране появилась фотография добродушного темноволосого мальчика. – Старшему из трёх похищенных детей, Рочестеру Чарльзу Густано, сокращённо Рокки, в прошлый вторник исполнилось двенадцать лет…»

Чез отвлёкся и перестал слушать. Его полное имя тоже было Рочестер Чарльз. И день рождения он отпраздновал в прошлый вторник. Разве может быть на свете ещё один Рочестер Чарльз, родившийся одновременно с ним?!

И как случилось, что его похитили?

Глава 4

Финн

Все были слишком серьёзны. Перестали болтать. Даже Эмма. Она стояла рядом с мамой и Чезом, молча глядя на экран ноутбука.

– Эй, – сказал Финн. – Время полдника, вы что, забыли?

Никто не ответил.

Он попробовал ещё разок:

– И почему вы всегда требуете бросить немедленно, когда я играю в компьютер, а вы считаете, что надо заняться чем-то другим?

Он подошёл и потянулся к кнопке выключения ноутбука. Вообще-то он не хотел его выключать – Финн уже выслушал немало нотаций за то, что портил мамину работу, – он хотел просто немного подразнить маму, чтобы она начала вести себя как обычно.

К удивлению Финна, Эмма схватила его за руку. Поначалу казалось, что она просто пытается остановить брата, пока он не сделал какую-нибудь глупость. Но потом Финн понял, что ей очень НУЖНО было взять его за руку.

Он привстал на цыпочки и, посмотрев на экран, увидел три фотографии в ряд, с именами и возрастом. У всех детей на снимках были тёмные волосы, как у Грейстоунов, и они смотрели на Финна с неподвижной школьной улыбкой, словно им сказали: «Учтите, это ваша официальная фотография на целый год, так что не дурачьтесь!» Младший мальчик, которого Финн уже начал мысленно называть «другой Финн», был щербатый – один передний зуб вырос только наполовину, а соседний напрочь отсутствовал.

Финну стало слегка завидно. У него оба передних зуба выпали через две недели после того, как осенью их класс сфотографировался, и мама почему-то не позволила ему пересняться.

– Но мам, вот как я выгляжу во втором классе! – возразил Финн, просовывая язык в дыру на том месте, где раньше были зубы, просто по приколу. – Разве ты не хочешь запомнить меня таким навсегда?

– Не волнуйся, – сказала мама, смеясь и делая вид, что пытается ухватить его за язык. – Я и так ни за что не забуду.

Возможно, другой Финн был чуть-чуть старше, и именно поэтому ему посчастливилось потерять оба передних зуба до фотографирования.

«Финн Майкл Густано, – гласила подпись. – 04.03.2011».

– У него полное имя как у меня? – потрясённо спросил Финн. – И… погодите-ка. Ноль четыре ноль три – это ведь четвёртое марта?

– Его зовут так же, как тебя, – изумлённо ответил Чез. – И родился он в тот же день.

– А эту девочку тоже зовут Эмма Грейс, – добавила Эмма. Она неотрывно смотрела на экран, как будто была слишком удивлена, чтобы отвести взгляд. – И она тоже родилась четырнадцатого апреля.

– Ничего себе, – сказал Финн. – Очень странно. Они что, присвоили наши имена и дни рождения? Или… а, я знаю! – Он вырвал у Эммы свою руку, упёрся кулаками в бёдра и попытался принять строгий вид. – Мам, ты что, разрешила нас клонировать? – Он хотел, чтобы все рассмеялись. Ему было очень нужно, чтобы все рассмеялись. Тогда мама закроет ноутбук и забудет про тех, других детей. Она, как обычно, принесёт угощение и спросит, как дела в школе.

Но мама ничего этого не сделала. Даже когда Финн подошёл и прижался к ней, она не пошевелилась.

Она просто продолжала смотреть на фотографии пропавших детей.

Глава 5

Эмма

– Финн, не говори глупостей, – велела Эмма. – Клоны просто выглядели бы как мы, а не родились бы в тот же день.

У девочки на экране были прямые светло-каштановые волосы, а у Эммы – тёмно-каштановые и вьющиеся. По крошечной картинке всегда трудно судить, но, кажется, у той девочки глаза были тёмно-синие, а у Эммы – тёмно-карие, почти чёрные. И ещё: у той девочки подбородок был круглее, щёки полнее, а взгляд слишком… безмятежный. Когда Эмму фотографировали, у неё неизменно получалось такое лицо, словно она пытается решить в уме сложную математическую задачу.

Иногда она так и делала – ведь фотографироваться адски скучно.

Но смотреть на фотографию человека, который родился в один день с тобой и носит почти такое же имя – и которого похитили, – было совсем не скучно. Ничего более странного Эмме не встретилось за целый день. Но с другой стороны – чему тут так удивляться?

Эмма обрадовалась: вопрос Финна пробудил её мозг.

– Статистика, – сказала она. – Вероятность. В мире миллионы детей. Может быть, есть тысячи девочек по имени Эмма и у них есть братья. Может быть, у нескольких сотен из них есть брат по имени Финн, а у нескольких десятков – ну или хотя бы пары-тройки – ещё и брат по имени Рочестер. Какая-нибудь формула наверняка позволяет вычислить вероятность того, что родителям, которым нравится имя «Эмма», нравятся также имена «Финн» и «Рочестер». А насчёт дней рождения… здесь возможных вариантов всего триста шестьдесят пять. Триста шестьдесят шесть, если считать високосный год. Если собрать вместе всего лишь триста шестьдесят семь человек, можно гарантировать, что минимум двое из них родились в один день.

– А сколько надо собрать, чтобы совпали сразу три даты? – спросил Чез.

Эмма не сомневалась, что есть какой-то способ вычислить и это, но у неё возник более сложный вопрос: какова вероятность, что в двух семьях детям дадут одинаковые имена в одной и той же последовательности? Нужно знать количество всех возможных имён, верно? А поскольку родители могут просто выдумать для ребенка любое имя, какое захочется, подсчитать это невозможно.

Эмме не нравилось, когда математика её подводила.

– Похищение, – прошептала мама. – Вероятность, что у кого-то похитят детей…

– …минимальная, – подхватила Эмма. – Всё равно что выиграть в лотерею. Один шанс из миллиона – не стоит и билет покупать. Но кто-то ведь выигрывает. Кто-то же оказывается одним из миллиона. Иначе это был бы ноль шансов. Но повезёт только одному.

– Если человека похитили, по-моему, ему НЕ повезло, – хихикнул Финн. Потом нахмурился и указал на экран: – Или ты хочешь сказать, что всё невезение досталось этим ребятам, поэтому мы можем не бояться, что нас похитят? Спасибо, другой Финн, другая Эмма и другой Рочестер! Надеюсь, вас скоро найдут!

Мама словно пришла в себя. Она посмотрела на Финна, как будто только что его заметила, потом подняла голову, и её взгляд упал сначала на Эмму, потом на Чеза. Она распахнула руки и обняла всех троих, прижав их к себе так крепко, что Эмма чуть не задохнулась.

– Не бойтесь, что вас похитят, – произнесла она своим обычным твёрдым голосом. – Обещаю: я сделаю всё, чтобы это предотвратить. – Это прозвучало бы очень обнадёживающе, если бы мамин голос в конце не дрогнул.

Почему мама решила, что ей вообще понадобится что-то предотвращать?

Глава 6

Чез

Чез проснулся посреди ночи от боли в ногах. «Я расту», – подумал он. Мама объяснила это ему год назад и даже помогла найти информацию в Сети. Финн тогда спросил: «Что? Вырасти таким, как Чез, – это больно? Нет, уж лучше я останусь маленьким!»

Финн до сих пор думал, что такие вещи можно контролировать. Чез не помнил, чтобы у него у самого мозг когда-либо работал таким образом – чтобы он чувствовал себя абсолютно свободным в выборе. Чезу всегда приходилось быть старшим и ответственным, тем, кто помогает маме с Эммой и Финном. Маленький взрослый.

Наверное, так получилось потому, что папа умер, когда все они были ещё совсем малыши. Интересно, а тот Рочестер, которого похитили, тоже так считал?

Чез представил, как тот Рочестер – Рокки – сидит на корточках возле младшего брата и сестры в каком-нибудь запертом фургоне без окон. Или в подвале. Младшие, наверное, плачут. А Рокки говорит им: «Всё будет хорошо, я вас не брошу». Даже если на самом деле он думает: «Мы в ловушке! Что же нам делать?»

Чез прекрасно это представлял. «Может быть, тех детей уже спасли. Может быть, их уже давным-давно встретили дома – с шариками, плакатами, игрушками и мороженым, как и сказал Финн».

Чез видел, как мама за ужином постоянно проверяла под столом телефон, и потом тоже, пока все делали уроки. И когда, в качестве особого развлечения перед сном, позволила детям посмотреть первую часть «Лего-Бэтмена», она не убирала ноутбук с коленей.

Мама сказала, что заполняет счета на оплату, чтобы разослать клиентам, – механическая работа, которую можно делать, одним глазом следя за героями мультика. Но Чез почти не сомневался, что мама проверяла новостные сайты.