Маргарет Этвуд – Беззумный Аддам (страница 50)
Готовясь к вылазке, Зеб надел свежевыстиранные коричневые вельветовые штаны. Он состроил лицо, положенное несуществующей персоне – Шету, – и подмигнул ему в зеркало в ванной. «Ты доживаешь последние часы», – сказал он Шету. Зеб знал, что не пожалеет о расставании с Шетом, которого навязал ему старший брат, уверенный, что он всегда знает, как лучше. Зебу страшно хотелось увидеть Адама – ну хотя бы для того, чтобы выругать его за дурацкую личину Шета. Например, сказать: «Ты хотя бы представляешь себе, что я выстрадал из-за этих дебильных штанов?»
Шету пора было уходить. Он с пропуском в руке поплелся к главным воротам, напевая про себя:
Теперь главное – не забыть легенду Шета, младшего кодера на побегушках. Его послали расследовать происшествие с веб-сайтом «НоваТы» и понять, каким образом он был взломан. Кто-то – возможно, юный хакер с бурлящими гормонами, каким когда-то был сам Зеб, – изменил картинки на сайте: теперь при щелчке на изображения продуктов, улучшающих цвет лица и настроение, откуда-то появлялись орды пюсово-оранжевых насекомых и начинали со страшной скоростью пожирать красивые картинки, а потом взрывались, испуская желтый дым и подергивая лапками. Глупость, конечно, но выглядит чрезвычайно зрелищно и неаппетитно.
Руководство «Здравайзера-Западного», разумеется, не захотело, чтобы проблемой занимался кто-то изнутри их собственной сети: то, что выглядело дурацким хулиганством, могло оказаться ловушкой. Возможно, авторы диверсии как раз и рассчитывали на вмешательство спецов из «Здравайзера», чтобы в этот момент проломить здравайзеровские файрволлы и стащить ценную ИС. Следовательно, кому-нибудь надо было отправиться в «НоваТы» собственной персоной: не слишком важному сотруднику, такому, при исчезновении которого компания не пострадает – ведь плебсвилли с царящими в них бандами опасны. Выбор пал на Шета; впрочем, ему дали служебную машину с водителем. Скорее всего, никто не захочет валандаться с Шетом ради извлечения информации: он ведь не принадлежит к внутреннему кругу посвященных. Но мало ли.
«НоваТы» не просила выяснить, кто и зачем взломал сайт: это было бы слишком дорого. Нужно было только починить файрволлы. Собственным сотрудникам «НоваТы» это оказалось не по зубам – объяснение, почему именно, показалось Зебу не очень убедительным. Впрочем, компания была небогата – времена ее процветания, когда она открыла салон красоты в парке, лежали впереди. ИТ-персонал в «НоваТы» был далеко не первого сорта. Возможно, даже и не второго – самых умных разбирали корпорации побогаче. Компаниям победнее оставалось утешаться тем, что третий сорт – не брак.
Но сотрудникам «НоваТы» придется долго ждать посланного к ним ремонтника, подумал Зеб, ведь не пройдет и часа, как он трансформируется в Гектора, а Шет исчезнет с лица земли. Шахматная фигурка слона была при нем, в кармане мешковатых вельветовых штанов. В этом же кармане Шет держал левую руку – так, на всякий случай: если кто-нибудь заинтересуется, пусть думают, что это он втихомолку доставляет себе удовольствие. Чем он тут же и занялся, притворяясь, что старается не бросаться в глаза – на случай, если машина оборудована камерами слежения (скорее всего, так и есть). Лучше пусть его сочтут онанистом, чем перебежчиком, везущим краденое.
«НоваТы» располагалась в обшарпанном комплексе на краю серо-рыночного плебсвилля. Поэтому было совершенно неудивительно, что машине, в которой ехал Зеб, преградила путь перевернутая тележка «Секрет-бургера», вокруг которой шла полномасштабная драка. Ее участники уже с ног до головы изгваздались в красном соусе. Над местом драки воздух пульсировал от гудков автомобилей и воплей шоферов, и в нем со свистом проносились снаряды-бургеры. Водитель Зеба тоже принялся давить на гудок, но открывать окно, чтобы прокричать ругательство, не стал – знал, что выйдет себе дороже.
Но не успели бы вы сказать «престидижитатор», как на машину Зеба напала банда, человек двенадцать «косых». Похоже, у них была цифровая отмычка с заранее введенным кодом машины «Здравайзера», потому что кнопки замков моментально отщелкнулись. Не прошло и секунды, как «косые» уже выволокли брыкающегося, вопящего шофера наружу и принялись вытряхивать его из одежды и обуви – ловко, словно чистили початок кукурузы. Эти банды знают свое дело, что есть, то есть. Еще секунда – они завладеют ключами от машины, дадут задний ход, и поминай как звали. Машину продадут целиком или на запчасти, смотря что выгоднее.
Это и был момент, которого ждал Зеб. Банде заплатили заранее: «косые» работали грязно, но и стоили недорого, и к тому же охотно брались за мелкие дела. Убедившись, что водитель его не видит – еще бы, с головой, полностью залитой красным соусом, – Зеб рыбкой выскользнул из задней двери машины, на корточках прополз по проулку и завернул за угол, потом за другой, а потом и за третий, где состоялось его рандеву с указанным мусорным контейнером.
Коричневые вельветовые штаны отправились в контейнер – наконец-то, а из контейнера были извлечены хорошо поношенные джинсы и ряд аксессуаров. Черная искожаная куртка, черная футболка с надписью «ДОНОР ОРГАНА – ДАЮ ПОПРОБОВАТЬ БЕСПЛАТНО», зеркальные черные очки, бейсболка с изображением красного черепа средних размеров. Золотая фикса на передний зуб, фальшивые усы, свежая ухмылка, и Гектор-Вектор готов рассекать по кварталу. Шахматного слона он старательно сберег и осторожно спрятал в застегивающийся на молнию внутренний карман куртки.
После этого он отправился в путь. Он торопился, но не показывал этого сторонним наблюдателям: лучше пусть будет незаметно, что он идет по делу. Кроме того, он старался выглядеть как человек, который явно ничего хорошего не затевает, но в общем, а не конкретном смысле.
Чтобы добраться до нужного ему клуба «Хвост-чешуя», надо было углубиться в территорию плебсвиллей. Если бы Зеб зашел туда в своем прежнем гиковском обличье, то ему наверняка пришлось бы защищать свою территорию, начиная со скальпа, носа и яиц. Но в таком виде, как сейчас, он почти не привлекал внимания. Несколько человек оценили его, прищурившись: стоит ли связываться. И решили, что нет. Так что Зеб беспрепятственно рассекал дальше.
Вот он, клуб, прямо впереди: неоновая вывеска «РАЗВЛЕЧЕНИЯ ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ», а под ней шрифтом помельче: «Для джентльменов с изысканным вкусом». На афишах были изображены змееподобные красотки в обтягивающих чешуйчатых одеяниях, большая часть – со впечатляющими сисимплантами, некоторые – в таких затейливых позах, словно у них вообще нету позвоночника. Женщина, способная закинуть обе ноги себе на шею, безусловно, может предложить нечто новое в постели, хотя и не совсем понятно, что именно. А вот и питон Март – обвивается вокруг висящей на трапеции женщины в огненно-красном костюме кобры. Женщина была удивительно похожа на Катрину Ух, прекрасную укротительницу змей из Плавучего Мира, которую Зеб столько раз помогал распиливать на куски.
Судя по афише, она даже старше не стала. Значит, она все еще «не теряла формы». Что бы это ни значило в ее ремесле.
Еще рано, посетители пойдут в заведение позже. Зеб напомнил себе дурацкий пароль, которым его нагрузили: «маслянистый». Как его использовать, чтобы это выглядело естественно? «Вы сегодня очень маслянисто выглядите». За это можно схлопотать пощечину или удар кулаком в нос, смотря к кому обращаешься. «До чего маслянистые погоды стоят». «Выключите-ка эту маслянистую музыку». «Чо это ты такой маслянистый?» Все звучало ужасно нелепо.
Он позвонил в дверь. Дверь была толстая, как в банковской кладовой, с большим количеством металла. В глазке показался глаз. Защелкали замки, врата отворились, и на пороге возник вышибала – такой же здоровенный, как сам Зеб, только черный. Короткая стрижка, темный костюм, черные очки.
– Чо надо? – спросил он.
– Я слыхал, у вас тут девки маслянистые. Аж скользят.
Мужик уставился на него сквозь очки.
– Чего-чего?
Зеб послушно повторил.
– Маслянистые девки, – произнес вышибала, перекатывая эти слова во рту, как жареную дырку от пончика. – Аж скользят.
Углы его рта поехали к ушам.
– Угу. Ясно. Заходи.
Прежде чем захлопнуть дверь, он оглядел улицу. Опять защелкали замки.
– Тебе к
Он повел Зеба по коридору, устланному пурпурным ковром. Вверх по лестнице. Здесь пахло фабрикой удовольствий в нерабочие часы. Очень грустный запах. Запах продажной любви, который говорит о наигранной похоти, означающей одиночество; означающей, что тебя будут любить, только пока ты за это платишь.
Вышибала что-то сказал в микрофон – очень маленький, потому что Зеб его не видел. Может, он вделан в зуб; сейчас это стало модно, хотя если зуб выбьют в драке и ты его проглотишь, то будешь разговаривать из задницы. Они дошли до внутренней двери, на которой было написано: ГОЛОВНОЙ ОФИС, А ТАКЖЕ ОФИС ВСЕГО ОСТАЛЬНОГО ТЕЛА. Еще на двери висел зеленый логотип с подмигивающей змеей и рекламный девиз: «Мы проявляем гибкость».
– Заходи, – буркнул вышибала. Похоже, у него был очень ограниченный словарь. Зеб вошел.
Комната была своего рода кабинетом; в ней стояла куча видеоэкранов и дорогая мягкая мебель, которая о чем-то заявляла, но очень приглушенно; еще тут был мини-бар. Зеб с тоской взглянул на мини-бар – а вдруг там найдется пиво, у него от всей этой беготни и трансформаций пересохло в горле. Но сейчас было не время для разговоров о пиве.