Маргарет Астер – Маг (страница 55)

Услышав слова Алестата, мирно лежавший в объятиях Забытого альраун выгнул спину дугой и ощетинился:

– Возмяутительно!

– Тише, тише! То, что наш мальчик многого не понимает, не значит, что на него нужно ругаться. Достаточно объяснить и показать.

Опустив кота на землю, небожитель подошёл к чародею и протянул к нему ладонь. Илдис посмотрел на неё, как на какое-то омерзительное склизкое существо из неведомых морских глубин.

– Мне даже неизвестно твоё настоящее имя, а ты предлагаешь довериться тебе? – выплюнул он.

– Фрейр.

– Что? – в один голос произнесли мы с магом.

– Моё имя Фрейр. Раньше моих детей называли фрейри – рождённые от Фрейра, но проклятие Богини постепенно вытеснило одну букву из этого слова.

– Всё не может быть настолько легко, – встряла я. – Истинные имена не сообщают так запросто. Почему мы должны вам верить?

– А зачем мне лгать? Я всесилен. Неужели ты думаешь, что вы можете причинить мне вред, девочка? Моё имя было стёрто из памяти всего живого, но даже это не смогло уничтожить меня. Дай руку, мальчик. Я отплачу добром за добро.

Алес несмело протянул ему ладонь. Забытый Бог провёл по ней тонкими пальцами. Там, где его длинные заострённые ногти касались бледной кожи, по венам разливалось мягкое свечение. Маг поморщился и хотел было выдернуть руку, но Фрейр стиснул его запястье, не давая вырваться.

– Вспомни тот день, когда научился контролировать магию, тогда ты понял, что всю вселенную можешь найти в себе. Когда человек становится волшебником, он перестаёт жить в этом мире – весь мир начинает жить внутри него.

Свет растёкся по всему телу Алестата. Засиял в глазах мириадами звёзд, излечил раны, лунным лучом пролился из кончиков пальцев. Волшебник изумлённо уставился на расписанные сияющими узорами кисти.

– Теперь я снова смогу использовать Силу?

– К чему спрашивать, если можно проверить?! – подмигнул небожитель.

Чародей взмахнул рукой, но ничего не произошло. Я разочарованно приготовилась утешать его, но вдруг где-то далеко громыхнуло. На горизонте, где совсем недавно отгорел закат, показался чернильно-чёрный грозовой фронт. Тучи неслись к лесу с поразительной скоростью. Пара мгновений, и хлынул ливень такой силы, какого я не видела ни разу в жизни. Пожирающий лес огонь зло зашипел, но куда ему было тягаться с водной завесой, застилающей всё вокруг. Буря неистовствовала, и только поляну с поверженным менгиром словно кто-то накрыл стеклянным куполом. Пламя погасло. Во вспышках зарниц опалённые стволы с немым укором тянули к небу кривые ветви. Лес, ставший мне вторым домом, в одночасье превратился в наполовину обгоревший труп.

– Поздравляю, Алес. Верховный маг снова готов встать на защиту короны. Но почему… почему ливень? Пока тучи собрались, несколько десятков деревьев успело пострадать.

Я понимала, что по сравнению со всеми событиями этого дня пара обуглившихся растений – прах, но вид пепелища заставлял сердце сжиматься.

– Дождь вызовет меньше вопросов. Не думаю, что пожар начался случайно. Слишком уж это совпало с нашим здесь появлением и визитом в хижину ведьмы.

Чародей многозначительно вскинул бровь и принялся водить ладонью над одеждой, избавляясь от следов боя с призраком прошлого.

– Ты же не хочешь сказать, что это случилось по нашей вине? Леэтель? Но как она… снова колокольчик!

Хлопнув себя по лбу, я невольно потянулась к золотому серпику на поясе. Ох, и дорого нам обошлись он и пара слабых зелий. Что стоило ведьме наложить на лачугу проклятье? Раздавшийся звон активировал охранное заклинание.

Забытый Бог с интересом понаблюдал за нами пару минут, а потом подхватил на руки Вальдара и собрался откланяться.

– Долг благодарности отплачен. Вы помогли мне, я помог вам. Квиты! Теперь мы с хранителем можем покину…

Фрейр не успел договорить, когда кот боднул его головой. Потирая подбородок, небожитель удивлённо воззрился на него.

– Мяу-стер, позволь твое-мур верно-мур стражу остаться с избранными, – жалобно промурлыкал альраун.

– Если таково твоё желание, иди. Хотя это и опечалит меня, после всего, что ты сделал, я не могу отказать.

Фамильяр, предпочевший меня Богу, принял облик кудрявого мальчугана и низко поклонился бывшему хозяину. Тот кивнул с печальной улыбкой.

– Спасибо за помощь. Но, признаться, я буду рад, если больше никогда не встречу тебя, прародитель фейри, – протянул Алестат.

– Не могу обещать, что когда-нибудь не решу навестить своего потомка. Но пока нужно повидать старых друзей… и врагов.

– Значит, вы не поможете нам справиться с болотной ведьмой? – выпалила я в спину отвернувшегося Фрейра.

– Вам это не нужно. Помощников хватит и без меня.

– Выходит, надежда только на вновь обретённую магию.

– Магия – всего лишь слово, которым ты и твоё племя объясняет всё, чего не может понять. Учись мыслить шире, девочка!

Сверкнув белозубой улыбкой, Забытый Бог закинул на плечо край бирюзового плаща с застёжкой в виде солнца и луны и растворился в темноте. Забрезжил рассвет, обволакивая обгоревшие стволы пугающим алым светом. Самая короткая ночь в году подошла к концу.

Глава 23

Городок, в котором мы очутились, ещё спал. Первая попытка перемещения прошла успешно. Оказывается, не только дроттару под силу перебросить куда-то сразу троих. Никто из нас так хорошо не знал королевство, как Алестат. Переходя из точки в точку, важно не только не ошибиться в начертании круга телепортации, но и знать, куда хочешь попасть. Нельзя переходить в место, где ни разу не был, если у тебя нет там маяка-ориентира. По словам мага, это чревато как минимум болезненной смертью. Что же тогда «как максимум», я предпочла не уточнять.

Накинув старые дорожные плащи, мы брели по пустым улочкам. Подаренные фейри наряды слишком приметны. Несмотря на припекающее с самого утра солнце, приходилось плотнее кутаться в теплые накидки. Поселение находилось достаточно далеко от Альбимора, и, по нашему общему мнению, даже если Леэтель-Кассандра отправила на наши поиски всю королевскую рать, здесь было относительно безопасно.

Алес сказал, что перемещаться придётся короткими рывками. Такие переходы не вызывают сильных колебаний в магическом поле. Их сложнее отследить. Соваться сразу в столицу было бы равносильно самоубийству. С тех пор как мы подались в бега, слишком многое могло произойти. Нужно собрать свежие сплетни и разработать план действий.

Мне хотелось быстрее отвадить ведьму от моего возлюбленного принца, но я понимала, что Илдис прав. Действовать с наскока нельзя! Болотница готовилась к захвату власти десятилетиями. Вряд ли так уж легко будет явиться в замок и расстроить королевскую свадьбу.

После изматывающей ночи все валились с ног. Хотелось поесть, рухнуть в кровать и проспать до самого Колосада. Мы с Авином впервые встретились как раз накануне праздника урожая. Сорванная охота, раненый принц, кража перстня с королевской печатью, наш танец в свете костров и странный парный обряд – всё это, казалось, произошло в прошлой жизни.

Хозяин единственного постоялого двора дрых без задних ног и не отреагировал на стук в дверь. Я была настроена колотить и дальше, но Алес перехватил мой кулак, предупредив, что стоит вести себя тише, если мы не собираемся поближе познакомиться с городской стражей.

К счастью, на рыночной площади уже появились первые торговцы. Разоряться на булочки с корицей маг наотрез отказался, но купил нам на троих свежеиспечённый пшеничный каравай. До нового урожая было далеко, и белый хлеб стоил дорого, так что я была рада и этому.

Усевшись на неотёсанную скамью чуть поодаль от лоточников, мы принялись усиленно жевать, мимоходом вслушиваясь в пересуды пришедших ни свет ни заря покупателей. В основном местные перемывали кости застуканным на сеновале парочкам, обсуждали погоду и торговались с продавцами, но была среди всей этой шелухи и пара любопытных новостей. Во-первых, здешний барон-самодур неожиданно получил загадочное письмо и сорвался в столицу, а во-вторых, он зачем-то прихватил с собой десяток девушек, якобы по приказу кронпринца. Двое особенно голосистых покупательниц, услышав об увезённых девицах, запричитали, что в соседнем селении произошло то же самое. Забрали, мол, в услужение при дворе даже дочку местного старосты, а потом прислали ему кошель серебра и весть о том, что та слегла от какой-то болезни да и сгинула в замке.

– Что думаешь? – ткнула я в бок Алестата.

– О том, что пекарь содрал с меня денег как за пшеничный хлеб, а сам подмешивает в него серую муку?

– Да нет же, насчёт барона и пропавших.

– Насчёт барона ничего не понятно, а вот второй пункт беспокоит. В замке хватало людей. Даже реши Авин полностью обновить прислугу, это бы не стали делать единовременно, слишком хлопотно. И уж точно никто не послал бы за девушками в такую глушь. Что-то здесь нечисто.

Его слова усугубили мои опасения. Не затевает ли ведьма что-нибудь в ожидании нас? Я хотела поинтересоваться мнением Вальдара, но тот так самозабвенно жевал, что не оставалось ни малейшего сомнения: ничего из нашего разговора он не слышал.

Купив немного припасов и сняв наконец комнату, мы проспали до самого вечера. Не было никакого желания вылезать из тёплой постели ради пьяной болтовни завсегдатаев таверны на нижнем этаже постоялого двора. Потративший десять минут на то, чтобы растормошить меня, Алестат в итоге потерпел в этом деле сокрушительное поражение, плюнул и спустился один. Вернулся он затемно хмурым и озадаченным.