Marfen – Ледяное сердце вкуса пряной вишни (страница 29)

Сю Юань не стал допивать свою чашку, поставив ее обратно. Он любовался уснувшей Аяо, как своим самым ценным трофеем.

— Теперь у тебя есть только я. Обещаю сделать тебя счастливой. Твои потери с лихвой окупятся в будущем. Вся Вселенная вскоре будет принадлежать только нам двоим. Ты будешь моей Императрицей, — сказал он тихо вслух и нежно провел рукой по ее голове.

Сю Юань встал со стула и, подойдя к спящей госпоже, опустился на колено перед ней. Снял обувь и развязал пояс ее голубого шелкового ханьфу. Отнеся свое сокровище на кровать, аккуратно положил золотистую голову на подушку. Ее губы слегка приоткрылись, искушая его на поцелуй. Но Сю Юань лишь провел по ним пальцем, ощущая их нежность и тепло. Его пальцы пошли дальше и коснулись шеи, а затем небольшого треугольника бархатной кожи в том месте, где он встречается с тканью. Нестерпимо желая опуститься ниже, он все-таки сдержался. Всему свое время.

Убедившись, что она спит беспробудным сном, вышел из комнаты.

— Повелитель, — Му Чен поклонился.

— Не привлекай внимание, — Сю Юань жестом показал ему подняться. Они стояли во дворе гостинице в темном углу, заранее убедившись в отсутствии посторонних ушей поблизости.

— Повелитель, простите, сегодня вам нелегко пришлось в схватке с Мин Чже.

— Да, я не ожидал, что он обладал настолько мощной энергией. Но теперь я убедился, что это была божественная сила. Но ни одного упоминания о ребенке я так и не нашел.

— Солдаты обыскали все, перевернули каждый камень, допросили всех, кто остался в живых, но тоже ничего не обнаружили. Может быть, ребенок все же умер вместе с Императрицей?

— Тогда зачем бы боги дали этому ничтожеству Мин Чже такую мощь?

— Владыка, может быть тщательнее допросить …госпожу Цзян? — Му Чен сделал паузу при упоминании ее имени.

— Напомни еще раз Императору, чтобы и волосок с ее головы не упал! Если хоть пальцем кто-нибудь до нее дотронется, гореть ему в демоническом пламени без возможности переродиться. Ты меня понял? — Сю Юань грозно сверкнул глазами.

— Да, Повелитель. Простите мой вопрос, но что вы намерены с ней делать дальше?

— Она будет моей женой и Императрицей. Поэтому с этого дня ты должен защищать ее также, как и меня.

— Но, Повелитель… она же смертная. В темном царстве не одобрят… — Му Чен находился в растерянности.

— Темное царство — это я. Как только мы уничтожим отпрыска Цзи Хуана здесь, и я вернусь обратно, сразу разберусь с ним самим. И с той минуты я буду Владыкой всех миров. Посмотрим, кто станет мне перечить.

— Да, Повелитель, — верный слуга поклонился.

— Лань Мин использовал перо?

— Простите, Повелитель, что сначала засомневался в вашем решении отдать драгоценное перо этому человеку. Но вы очень мудры. Решили отравить его энергией первородного огня. Их школа практикует “Запредельное пламя”, но они не фениксы. А значит, первородное пламя не усилит, а поглотит энергию. Яд уже начал проникать в его меридианы, ему недолго осталось. К тому же, без Главы мы легко справимся с их учением. Поздравляю вас с двойной победой!

— Больше никаких упоминаний об этом человеке и клане фениксов. Пусть сгинут в вечности. Я приведу Аяо в свой клан. Подготовь все к нашему приходу.

— Слушаюсь, Повелитель, — и Му Чен, откланявшись, как обычно, исчез в темноте.

Глава 46

Восседая на черном, как смоль, красавце коне, Сю Юань в обнимку с Аяо въехал в свои смертные владения. Предыдущий временный Глава школы “Тысячи и одного клинка” был полным неудачником, как и все остальные смертные до него. Они были не в силах повторить прием, который придумал Владыка, основав свое учение.

Каждую свою земную жизнь с момента создания собственного клана, Повелитель вынужден был, как и все остальные люди, умирать. Поэтому какое-то время учение переходило в руки других. Но как только Му Чен пробуждал Владыку, он каждый раз забирал свою школу в свои руки. Вот и в этот раз прошлой ночью пришлось смертному отдать законному владельцу не принадлежавшее ему. К сожалению, ценой собственной жизни.

И хотя Сю Юань надел на Аяо свой плащ с капюшоном, чтобы не привлекать к ней лишнее внимание, это было невозможно. Она была первой женщиной, переступившей порог школы с момента ее создания. Владыка нарушил свой собственный указ.

— Аяо, если эти олухи будут тебе мешать, ты только мне скажи, я разгоню их всех и наберу новых, — сказал Сю Юань, когда они зашли в ее новые покои.

— Господин Ли, — Аяо почти не помнила ничего из прошлой ночи, поэтому опять отдалилась от Сю Юаня.

— Называй меня по имени, — сказал он очень мягко и, подойдя к ней ближе, положил руки на ее плечи.

— Господин Ли, я еще не извинилась на за прошлую ночь. Я слишком много выпила. События вчерашнего дня потрясли меня. Если я позволила себе лишнего, то прошу меня простить. И благодарю вас за оказанную помощь, — она опустила глаза, в которых наворачивались слезы. Алкогольное опьянение прошло, и грусть опять навалилась всем своим непереносимым весом.

— Аяо, тебе нужно как следует отдохнуть. Мой помощник должен был подготовить все необходимое. Если тебе понадобится что-то еще, то сразу обращайся. Сегодня здесь должны появиться новые слуги-девушки, которые будут тебе во всем помогать, — его руки будто приклеились к ее плечам, не желая их отпускать.

— Господин, что будет, если Император придет за мной?

— Пока ты находишься под моей защитой, никто и никогда не причинит тебе вреда, я тебе обещаю, — его руки немного напряглись, и он сделал еще шаг, приблизившись к ней почти впритык.

Аяо стояла, как послушная тряпичная кукла, не сопротивляясь. Печаль, смешавшись с похмельем, сжимали ее голову в жесткие тиски. Даже движение глазных яблок причиняло ей острую боль.

— Господин, я немного устала, не могли бы вы оставить меня одну? — она подняла на него свои большие глаза. Небесную лазурь которых сейчас застилала серая пелена.

— Конечно, я пришлю к тебе новых служанок. И если что-то понадобится, — он тянул время как мог, не желая отпускать ее, — то сразу приходи ко мне.

В ответ она лишь слегка кивнула головой, желая уже, наконец, прилечь. Сю Юань, еще с минуту простояв молча, держа ее за плечи, все же убрал свои руки. Но, развернувшись, чтобы выйти, добавил:

— Аяо, на этом твои беды закончились. Я тебе обещаю, больше никто и никогда не причинит тебе боли, — и больше не оборачиваясь, он вышел из ее комнаты.

Избавившись, наконец, от Сю Юаня, она, в чем была, легла на кровать. Мысли роились в ноющей голове.

Как же мало успел рассказать отец. Почему она, дочь богов, оказалась в теле слабой смертной? Почему ее силы запечатаны? Что это за кулон такой в конце-концов, который способен сдерживать пламя феникса настолько, что она даже свечу зажечь не в состоянии?

Что будет с их школой? Теперь она законная владелица, но кто захочет иметь во главе человека, не имеющего никаких способностей? Сколько учеников выжило? Устроят ли они достойные похороны отцу?

Еще не понятно, откуда Император узнал про кулон? И зачем он ему понадобился? Кто тот шпион, открывший ворота изнутри для императорской армии?

Столько вопросов, разрывающих ее голову, на которые ей предстояло найти ответы…

Как долго она сможет оставаться здесь? А что, если своим присутствием она также привлечет беду? Кто поверит, что у Сю Юаня внезапно появилась сестра, еще и с такой узнаваемой внешностью? Не лучше ли ей будет покинуть это место?

Отец сказал, что нужно держаться Лань Мина. Но как же его держаться, если он даже не пришел ее спасти. Бросил их с отцом на верную погибель. Нет, она его никогда не простит. И никогда больше не попросит у него помощи.

Но как же тогда ей распечатать собственные силы? Отец сказал, что кулон сам выпустит феникса, но когда? Школа “Тысячи и одного клинка” тоже практикует магию огня. Может быть, попросить Сю Юаня немного попрактиковаться с ней? А вдруг что-нибудь да выйдет?

Сю Юань. Вот еще о ком стоило бы подумать. Что это за человек? Почему ей кажется, что от него исходит запах опасности? Она ведь даже никогда не видела его лица… Интересно, какой он?

Мысли и дальше терзали бы ее голову, если бы в комнату не вошли две девушки, отправленные ей прислуживать.

— Госпожа, нас к вам прислал Глава, — они сделали поклон.

— Хорошо, я хочу помыться. Подготовьте все для купания, — Аяо аккуратно встала, чтобы не расплескать содержимое своих мыслей.

Одна служанка пошла набирать воду, а вторая помогла госпоже раздеться. Длинные волосы цвета созревшей пшеницы рассыпались по обнаженным плечам, прикрывая стройное тело.

— Госпожа, вы такая красивая, — смущенно проговорила девушка. — У нашего Главы самая красивая невеста во всем мире.

— Какая еще невеста! — резко ответила Аяо. — Я его младшая сестра.

— Да, госпожа, простите меня, — служанка помогла ей лечь в деревянную кадку овальной формы.

Через какое-то время теплая вода окутала измученное тело Аяо, погружая ее в расслабляющую негу. Она закрыла глаза, наслаждаясь. Тяжелые тиски последних событий немного ослабили свою хватку, позволяя ей больше не думать. Хотя бы сегодня больше ни о чем не думать…

Глава 47

Они кружились в умопомрачительном смертельном танце под музыку ветра. Быстрые и мощные словно волны океана, то поднимались выше крыш домов, то, обрушиваясь на свою цель, рассекали ее пополам острейшим клинком. Их то становилось тысяча, то был всего лишь один. В этот момент не существовало пространства, как и времени. Был лишь меч и была цель.