Марджери Эллингем – Преступление в Блэк-Дадли (страница 7)

Уайетта он увидел сразу. Тот в халате стоял у окна, упираясь в раму руками.

Эббершоу окликнул его, но тот отозвался не сразу. Уайетт резко повернулся – лунный свет на миг озарил его лицо и длинные тонкие руки – и подошел к другу.

Но настроение Эббершоу уже изменилось: он не чувствовал в себе прежней решимости. План уже не казался ему таким хорошим.

– Я только что узнал, – сказал он с искренним сочувствием. – Мне очень жаль. Полагаю, для вас это шок? Если я хоть чем-то могу помочь…

Уайетт покачал головой:

– Благодарю, но его врач уже давно этого ждал. Все приготовления, вероятно, были сделаны заранее. Боюсь, теперь ни у кого здесь нет желания веселиться.

– Мой дорогой друг, – поспешно заверил его Эббершоу, – разумеется, утром мы все разъедемся. Большинство гостей явились сюда на машинах.

– О, прошу, не надо, – вдруг принялся настаивать Уайетт. – Насколько я понял, мой дядя очень хотел, чтобы вечеринка продолжалась, несмотря ни на что. Право, вы окажете мне большую услугу, если останетесь до понедельника и убедите остальных сделать то же самое. В конце концов, это даже не дядин дом, все здесь принадлежит мне, как вам известно. Поместье перешло ко мне после смерти тетушки, но мой дядя, ее муж, захотел остаться здесь, поэтому я сдал его ему. Я бы хотел, чтобы вы остались. Ему бы это понравилось, а мне, признаться, нет нужды сейчас быть одному. Он не был мне родней по крови, и при этом, насколько мне известно, я его единственный родственник. – Он сделал паузу и добавил, поскольку Эббершоу все еще заметно колебался: – Похороны и кремация пройдут в Лондоне. Гидеон уже обо всем договорился; он был адвокатом дяди, а еще очень близким другом. Оставайтесь, если сможете, хорошо? А теперь спокойной ночи. Спасибо, что зашли меня проведать.

Эббершоу не спеша направился к себе, пребывая в легком замешательстве. Он ведь намеревался рассказать Уайетту о том, что узнал, и теперь не мог взять в толк, почему промолчал. Инстинкты подсказывали ему соблюдать осторожность. У него было чувство, будто прежде в Блэк-Дадли никогда не происходило ничего столь загадочного. Казалось, тайны этой ночи несли в себе невиданную угрозу.

В своей комнате Джордж обнаружил Прендерби: пепельница рядом с ним была полна окурков.

– Вот и вы наконец-то, – раздраженно сказал он. – Я опасался, что они уготовили вам какое-нибудь сенсационное исчезновение. В этом доме сплошь призраки по углам, и мне здорово не по себе. Так что там произошло?

Прежде чем ответить, Эббершоу подсел к огню.

– Я подписал свидетельство, – сказал он наконец. – Меня практически вынудили это сделать. Они все, включая этого воинственного Бетховена, явно в сговоре.

Прендерби наклонился вперед, на его бледном лице вдруг вновь проступил интерес.

– Они что-то задумали, не так ли?

– О, несомненно, – заверил его Эббершоу. – Я видел лицо покойного. На нем не было ни малейших признаков приступа. Его явно убили, вероятно, вонзили клинок в спину. – Он осекся, погрузившись в раздумья.

– Все как я и предполагал. – Прендерби с любопытством посмотрел на него. – Вижу, вас осенило? Что еще там произошло?

Эббершоу взглянул на юношу:

– Чертовски странная вещь, Прендерби. Настоящая загадка, коих здесь и так больше, чем кажется. Когда я отдернул простыню и увидел лицо, в полутьме было трудно что-либо разглядеть, но кое-что я все-таки заметил. Из-за кровопотери кожа так истончилась, что пластина на лице соскользнула и открыла нечто необычайное.

– Чудовищные шрамы? – Прендерби вопросительно посмотрел на него.

– Нет, отчего же, напротив. И это самое удивительное. – Эббершоу наклонился вперед, его взгляд был очень серьезным и суровым. – Прендерби, этому человеку не было нужды носить пластину. Его лицо так же цело, как у нас с вами!

– Боже мой! – Юноша так и выпрямился в кресле, когда до него постепенно дошел смысл сказанного. – Выходит, это была всего лишь…

– Маска, – кивнул Эббершоу.

Глава 6

Мистер Кэмпион устраивает переполох

После того как Прендерби ушел, Эббершоу еще некоторое время курил, сидя в кресле. Он наконец лег в постель, но никак не мог уснуть – все глядел в темный потолок и размышлял.

Джордж только-только задремал, уже предчувствуя, как события этой ночи явятся ему в причудливых кошмарах, – и вдруг страшный грохот над головой и осыпавшийся на лицо дождь из штукатурки заставили его мигом очнуться.

Он сел на кровати, весь напряженный, взвинченный, ожидая, что будет дальше.

Почти сразу грохот повторился.

Казалось, что этажом выше, прямо над его головой, швырялся мебелью разъяренный великан. Стук перемежался нескончаемым потоком ругательств.

Еще спустя секунду Джордж решил встать и узнать, в чем дело. Наспех накинув халат, он выбежал в коридор, где серый свет раннего утра уже сменил ночную тьму.

В коридоре шум слышался еще отчетливее. Казалось, особняк вот-вот рухнет.

Проснулся не только Эббершоу, но и, судя по всему, все в доме. Он взбежал по лестнице на звук грохота и обнаружил, что века назад архитектор построил над его спальней широкую галерею с примыкающей второй лестницей. И здесь глазам доктора предстала удивительная сцена.

Слуга, привлекший внимание Джорджа накануне, отчаянно дрался с кем-то, кто оказывал очень упорное сопротивление. Он атаковал противника с поразительной яростью. Мебель летела во все стороны. Слуга беспрестанно бранился.

Поначалу Эббершоу решил, что дело в грабителе, застигнутом с поличным, но, когда дерущиеся переместились к окну, где рассеянный свет озарил фигуры, доктор вздрогнул от удивления, увидев лицо безобидного глуповатого Альберта Кэмпиона.

На лестнице уже слышались шаги, и спустя мгновение по меньшей мере половина гостей поместья топталась за спиной Эббершоу. Из толпы выступил Крис Кеннеди в роскошном халате.

– С добрым утром! Да тут дерутся! – В его голосе послышалось что-то вроде удовлетворения. Ни секунды не раздумывая, Кеннеди бросился разнимать этих двоих.

Пока все кругом растерянно наблюдали за дракой, Эббершоу метнулся вперед, резко наклонился и поднял что-то с верхней ступеньки второй лестницы. Он управился так ловко и быстро, что никто этого даже не заметил.

Благодаря приличному весу и воодушевлению Криса Кеннеди схватка быстро закончилась.

Мистер Кэмпион выбрался из угла, куда его отшвырнули. Он еле дышал, но это не мешало ему глупо хихикать. Тем временем Крис Кеннеди осматривал слугу, чей поток брани стал громче, но и бессвязнее.

– Да он вдрызг пьян, – объявил Кеннеди при ближайшем рассмотрении. – Напился, вот и полез в драку, но уже потихоньку трезвеет. – Он презрительно толкнул драчуна, тот пошатнулся и быстро скрылся из виду.

– Что случилось? Что за переполох? – Уайетт Петри торопливо шел к ним по коридору, голос его был встревоженным и слегка раздраженным.

Все посмотрели на мистера Кэмпиона. Тот прислонился к балюстраде, его светлые волосы падали на глаза. Эббершоу лишь теперь отметил, что Альберт полностью одет, но совсем не в смокинг, который был на нем накануне.

Его объяснения не отличались большой оригинальностью.

– Просто поразительно, – сказал он фальцетом. – Этот парень напал на меня! Схватил и давай мотать туда-сюда, словно гантель. Я сначала подумал, что кто-то из вас решил надо мной подшутить, но, когда этот человек стал на меня бросаться, до меня дошло, что он хочет меня убить. Исколошматить меня, как отбивную! – Он глупо улыбнулся. – Я начал отбиваться. Этот коршун, конечно, сильнее меня. Как же хорошо, что вы, ребята, подоспели. Мне не очень-то хотелось, чтобы он разбил моей головой здешние стены.

– Дорогой друг, мне ужасно жаль, что так вышло. Завтра же его уволят. Я прослежу за этим. – Уайетт был искренне обеспокоен, а вот Эббершоу такое объяснение не устроило.

– С чего ему вздумалось на вас напасть? – спросил он, выступив вперед. – Где вы были?

Мистер Кэмпион ответил на этот вопрос с очаровательной простотой:

– Я как раз выходил из своей комнаты, вот через эту дверь. Не успел ее открыть, как оказался втянут в драку. – Говоря, он застегивал изорванный в потасовке жилет.

Эббершоу посмотрел на напольные часы наверху лестницы – те показывали восемь минут пятого. Мистер Кэмпион проследил за его взглядом.

– О да, – глупо ухмыльнулся он, – я… я ранняя пташка.

– На удивление, – многозначительно сказал Эббершоу.

– Сегодня встал ни свет ни заря, – весело согласился мистер Кэмпион и объяснил: – Плохо сплю в незнакомом месте. И потом, я ведь, знаете ли, очень боюсь привидений. Нет, конечно, ничего такого я не видел, – спохватился он, – но вчера вечером, ложась спать, сказал себе: «Альберт, здесь так и веет призраками» – и почему-то всю ночь не мог выкинуть эту мысль из головы. Поэтому, едва рассвело, я решил немного пройтись. Встал с кровати, оделся и тут же угодил в переплет. – Он задумчиво зевнул. – Пожалуй, мне лучше все-таки вернуться в постель, – сказал он, и все уставились на него. – Что-то мне расхотелось гулять. Да и вообще ничего не хочется. Друзья мои, не будите дядю Альберта до половины десятого, увидимся за завтраком. – Он помахал рукой и исчез в своей спальне, плотно закрыв дверь.

Уже возвращаясь к себе, Эббершоу заметил стройную фигурку в халате. Это была Мегги. Повинуясь внезапному импульсу, он заговорил с ней: