Марат Жанпейсов – Звериная поступь (страница 40)

«Как только они оказались рядом, огненная руна должна открыться на их лбах, передавая знания обо мне. Как только это закончится, они оба или кто-то один появятся передо мной».

Именно так и происходит, когда раздается шум, и из поворота впереди вылетает бык в два раза выше человека. Кажется, что у него стальное тело, если судить по бликам факелов на шкуре, а также выпирающие мускулы и острые загнутые рога. Разумеется, это Енсон принял новый облик и сейчас несется на человека, стремясь пронзить, опрокинуть и растоптать.

«Ускорение разума» снова дает много субъективного времени на любые размышления, пока тело покрывается золотым доспехом. В таком режиме видно, как на боках монстра появляются крылья с острыми лезвиями на гранях. Очевидно, что это не для того, чтобы летать, а чтобы резать. Стоит только дернуться в любую сторону, чтобы уклониться от тарана, как крылья развернутся с целью отрезать голову. Вот только уклоняться Ирай не будет.

Вместо этого он сам бросается вперед под усилением золотого доспеха и грудью встречает бешеный напор. В каком-то другом случае был бы отправлен в полет таким ударом, но пол под ногами трескается из-за огромного веса, появившегося из ниоткуда. Магия Земли также может предложить навык, который сильно увеличивает вес тела, хотя применять такой навык на собственном теле без навыка усиления смерти подобно, ведь кости переломаются от подобной нагрузки.

Енсон словно налетел на несокрушимый столб с такой силой, что задние копыта поднялись к потолку, а сам монстр кувырком перелетел через человека. Далее Ирай отменяет навык магии Земли, и приходит черед атакующих маневров. Сейчас посох откинут в сторону, а в руках появляются два новых кинжала, которые уже успели вобрать в себя много разной стихийной магии.

Крестообразный разрез ревет потоками ветра, которыми можно резать дерево и камни, но стальную шкуру быка они лишь царапают, значит, такие атаки будут бесполезными. Енсон уже встал на ноги и теперь несется в новую атаку, но уже не просто таранит, а подпрыгивает высоко, будто лань, и обрушивается сверху вниз с целью впечатать в землю.

А вот здесь имеет смысл отпрыгнуть, оставив под собой ледяную ловушку. В момент удара во все стороны летит холодное крошево: лоб быка разбил ледяные пики, нисколько не пострадав. Мифический оборотень действительно является опасным врагом для кого угодно, ведь может менять свойства тела на лету, например, изрыгнуть поток кислоты, как бы странно для быка это не выглядело.

Снова приходится уклоняться, ведь даже кислота у Енсона может иметь слишком ненормальные свойства. Можно сказать, что именно с ним Ифрат явно перестарался, но тут пространство озаряет вспышка молнии, и алый клинок ударяет по спине быка, оставляя дымящийся шрам. Вот теперь-то Енсон воет от боли, когда сила Гримуара Драконов пробилась сквозь его броню.

— Я помогу, — выкрикивает Хирона с драконьими крыльями за спиной.

Сейчас она парит под потолком, вот только это становится опасным, ведь на коже быка выстают иглы, выстреливающие из плоти плотным потоком, причем каждый шип явно движется быстрее арбалетного болта. Вот только навык «Штормовая драконица Икрелег» позволяет Хироне стать подобно молнии, которая зигзагами несется к врагу и наносит теперь удар по голове.

Но оборотень оказался готов, теперь вместо быка стальной шар, внутри которого тело нового монстра. Енсон катается вокруг, стараясь задеть врагов, но в таком состоянии он точно плохо видит окружающую обстановку, что и использует Ирай, создавая многочисленные черные цепи, опутывающие врага.

Оборотень легко разрывает их, но для этого ему пришлось раскрыться на всю длину нового тела с четырьмя когтистыми лапами. И именно в этот момент стальное копье пронзает его шею с одновременной активацией «Иссушения родника жизни».

Ярко-красная кровь бежит по копью, созданному при помощи магии Металла, Енсон пытается вырваться, но тут сзади Гнисира подлетает на крыльях бури Хирона и пинком загоняет стержень еще глубже. Это становится сигналом для того, чтобы заставить вошедшее оружие выпустить сотни крючков, которые не позволят теперь вытащить копье. Из этой ситуации Енсон скорее всего вырвется одним-единственным способом, а именно новой трансформацией с более податливым телом.

Так и происходит, когда броня и горы мышц сменяются студенистым бесхребетным телом, которое крючками больше подцепить не получится, оно просто расходится во все стороны от копья, но это смертельная ошибка. Молния бьет из-за плеча, сорвавшись с алого меча и оглушив Енсона, а потом магия Льда промораживает насквозь бесформенное и тягучее тело. Далее взрыв разбивает тело на куски, словно ваза разлетается на осколки.

На этом бой скорее всего завершен, так как вряд ли Енсон сможет восстановить такие повреждения, но тут приходится защищаться от новой атаки с другой стороны. Огненные шары бомбардируют коридор, но не наносят Ираю и Хироне серьезного урона. Теперь к схватке присоединяется та, кого точно получится пронзить кинжалами.

В дыму слышен безумный смех Энигмы, а потом появляется она сама с десятком амулетов на шее, с жезлами за поясом и выпирающими карманами других вещей. Это может выглядеть нелепо со стороны, но каждый предмет может представлять опасность, а у Энигмы было достаточное количество времени, чтобы пополнить коллекцию.

— Я заберу твою жизнь, игрушка Ифрата! — кричит невысокая девушка с русыми волосами и носом-картошкой. Энигма никогда не отличалась умом или физической силой, но просто подойти к ней будет уже сложно. И хуже всего то, что она где-то нашла воскрешающий артефакт, хотя таких вещей существовать не должно.

Но спорить с эффектом трудно, ведь браслет на правой руке Энигмы ярко сияет, а останки Енсона соединяются в единое целое, после чего увеличиваются в размерах до огромной гидры с семью головами. Мифический оборотень возвращен к жизни подругой, и теперь схватка будет на равных, если Амелла и Клогги не найдут их в этом лабиринте.

Глава 24

Два человека против двух монстров. Причем обе стороны считают друг друга прислужниками Ифрата. Ирай понимает, что заслуживает такое прозвище, ведь согласился на контракт с богом игр, а вот судьба бывших товарищей пленена Ифратом, что еще хуже. Одна Хирона более-менее независима.

Правда, есть еще Дасиилай, которая просит девушку быть осторожнее сейчас. Да, все-таки их трое, пускай Гримуар Драконов временно стал драконьим доспехом на теле авантюристки.

— Я поняла. Ирай, конкретно в этом случае я предпочту действовать по твоей указке, — говорит Хирона, не отводя взгляда от приближающихся врагов. Времени очень мало для того, чтобы придумать новый план, но душелишенный справляется с задачей.

— Всё очень просто: не попадайся под удар. Остальное на мне.

В следующий миг коридор в лабиринте заполняется морем огня. Причем Хирона успевает оседлать огненное облако, пробежав по стене и потолку за спины врагов. Для стороннего наблюдателя маневр бы показался ударом молнии, но все остальные сейчас смотрят только перед собой, видя лишь стену пламени.

Одна из голов гидры выстреливает из огня, покрывшись негорючей шкурой. Острые лезвия-клыки щелкают в опасной близости от золотого доспеха, но Ирай успевает переместиться и взмахнуть левой рукой. Части поглощающего кристалла на рукоятке оружия выпускают накопленную магию, проходящую свежим порывом ветра до кончика лезвия, что оставляет полупрозрачный след в воздухе. Из этой черты на огромной скорости выстреливает поток сжатого воздуха, который ненормально углубляет разрез пасти в потоке темной крови.

Голова гидры с воплем разрывает дистанцию, вот только рядом остальные шесть, обрушивающие водопады кислоты во все стороны. Во всяком случае Енсон явно собирался это сделать, если судить по первым каплям, но потом лед захрустел в каждой пасти, когда магия Льда заблокировала выход из глоток.

А сам Гнисир продолжает бежать вперед, чтобы схватиться именно с Энигмой. Даже если снова убить Енсона, его напарница сможет вернуть к жизни, поэтому нужно изменить порядок их убийства. Но пускай душелишенная не может трансформировать тело как угодно, у нее свои тузы в рукаве.

Когда Ирай оказался совсем рядом, одновременно за спиной Энигмы в молниевом прыжке оказалась Хирона с занесенным над головой мечом. Одновременная атака с двух сторон оканчивается ничем, так как моментально возник очень прочный барьер в виде хрустального пузыря.

«Кажется, у нее есть в коллекции божественные и иномировые вещи», — думает Ирай, который даже с ускорением разума не будет тратить время на чтение многочисленных описаний Языковой Системы, которые могут появиться по первому зову. Дело в том, что Гнисир прекрасно помнит предпочтения Энигмы, поэтому нет смысла анализировать каждый амулет и жезл одновременно.

За спиной слышен топот гидры, а море огня, наконец, исчезает. Можно ожидать, что Енсон не будет бить масштабными атаками, пока рядом с врагами Энигма, но та вдруг исчезает и появляется на спине чудовища.

«Телепортационный артефакт. Понятно. В прошлом у нее такой вещи не было, но такие предметы обычно имеют жесткие ограничение на количество использования», — Гнисир уклоняется от выпада одной из голов и сжигает глаза на этой голове синим пламенем. Жаль только, что не получится сразу лишить зрения все головы, которые точно могут регенерировать полученные травмы.