Марат Жанпейсов – Восходитель. Том 3 (страница 28)

По пути сюда Ньем еще раз рассказал о том, что получение «инструмента» крайне важно, так как это по сути становится продолжением тела игрока. Личное оружие или артефакт, с которым будет настроена тесная магическая связь. К этому вопросу нужно подойти очень ответственно, так как на высоких этажах твое новое оружие или доспехи смогут спасти тебе жизнь. Понимаю, что это очень похоже на «Черный скат», который я получил еще до официального начала восхождения. Тоже оружие, которое неоднократно мне помогало, а также послужило истоком моего прозвища.

За окнами кареты проплывают грязные улочки, а потом мы въезжаем в квартал, в котором имеют право работать только избранные ремесленники. В глаза сразу бросается первый цех, из которого валит пар, а внутри строения вращаются огромные шестерни. Сразу хочется спросить, что это такое, но сейчас Ньем рассказывает кое-что другое и более важное.

— Вы должны были это уже видеть, но еще раз напомню: услуги ремесленников платные, а валютой являются денарии. Это основная и официальная валюта Башни Испытаний.

Ну, это я уже знаю от сестры Доритан, но пока что не знаю, как эти денарии получать. Не знаю, но догадываюсь, а Ньем догадку подтверждает.

— Чтобы заработать необходимую сумму, нужно выполнять задания, которые можно брать в соседнем районе, туда мы приедем под конец, — продолжает куратор. — Во время событий прошлого, после которых мы оказались частью Башни Испытаний, наш народ долгое время скрывался под землей, поэтому за века были выстроены поистине титанические подземелья, доходившие порой до ядра планеты. Сейчас часть тех подземелий до сих пор доступна, но стала очень опасной.

— И восходители за деньги спускаются туда, чтобы что-то сделать? — говорю догадку вслух.

— Абсолютно верно, — щелкает металлическими пальцами Ньем. — Туда наш народ спускал однажды всё ценное, чтобы сохранить, а теперь мы хотим поднять назад, но сейчас подземелья наводнены монстрами, как биологического, так и механического происхождения. Множество сокровищ мехалитов там осталось, множество утерянных даже Коллегией Малеатор знаний… Соответственно, мы теперь сотрудничаем с восходителями в этом плане. К тому же, все самые ценные материалы и чертежи не найти в Кузнеграде, только в глубинах подземелий под нами.

Собеседник указывает на пол кареты, и я уже представляю, как буду бродить по руинам мехалитов где-то очень глубоко. Звучит интересно, всегда мечтал посетить настоящие подземелья. А раз там опасно, то так еще лучше. Могу даже смело помечтать о том, что все монстры будут сильнее меня или хотя бы на одном уровне. А то в Кодэн Хошт, как правило, или очень слабые или сверхсильные, что только «караул» кричи.

Мы выходим из кареты и направляемся вдоль домов, в каждом из которых открыта ремесленная лавка. Одни лавки выглядят очень скромно, предлагая дешевые материалы, за которыми даже не нужно спускаться в подземелья. Но это явно не то, чего бы мне хотелось. Другие же места даже лавкой назвать язык не поворачивается. Это целый кузнечных цех с огромной печью на внутреннем дворе и конвейерной лентой. Десятки мехалитов под присмотром главного мастера бьют по раскаленному металлу или выполняют более тонкую работу, например, прикрепляя драгоценные камни на рукоять меча.

— Мы можем прийти к любому ремесленнику с деньгами, чертежами и материалами?

— Ну, теоретически к любому, но не у каждого мастера может оказаться свободное время. Согласно договору с администраторами, мехалиты не могут отказаться выполнять работу, но могут установить максимальное количество восходителей, для которых в конкретный момент изготавливают «инструмент». Так что прошу отнестись с понимаем, если конкретный ремесленник не сможет принять ваш заказ. Однако свободные мастера есть всегда, чаще всего заняты самые знаменитые.

— Ну, логично. А они ведь все отличаются не только опытом и мастерством?

— О да, — куратор явно рад моему интересу, а я рад, что хоть на этом этаже кто-то не прочь всё объяснить. — Каждый мастер имеет свой почерк и пристрастия. Некоторые принципиально не делают оружие, а другие только на нем и специализируются. Одни делают уклон на техномагию и работу механизмов, а другие больше склоняются к чисто магическим наукам. Выбрать нужного мастера можно даже на основании Пути. Например, ваша спутница может обратиться к мастеровым, тоже следующим Пути Света и изготовляющим подходящее вооружение.

— Можете кого-нибудь посоветовать?

— Конечно, давайте повернем здесь.

Понимаю, что мне придется пройтись по всем, чтобы сделать какой-нибудь выбор. Несмотря на то, что у меня уже есть отличный пистолет, он явно не учитывается в рамках здешнего главного квеста, поэтому мне тоже нужно будет придумать, что именно хочу для себя. А пока что можно помочь с этим Эслинн, ведь мы теперь команда.

— Здесь, например, живет и работает Афи́нн, — произносит Ньем, указывая на вход в лавку.

С улицы не видно, что находится внутри, как в других местах с открытыми прилавками, но взгляд цепляется за магические кристаллы, ярко освещающие по контуру дверь. Не думаю, что Ньему есть смысл давать плохую рекомендацию, поэтому смотрю на эльфийку, которая мне кивает. Похоже, мы начинаем понимать друг друга без слов.

Внутри лавки не оказывается других посетителей, что нам на руку, поэтому остается сразу подойти к прилавку, за которым находится фигура этого Афинна. Вокруг светло из-за больших ламп, поэтому легко можно рассмотреть мехалита, который в свою очередь очень внимательно смотрит на лучистый магический кристалл в руке. Свечение отражается от металлической маски цвета золота, но я обращаю внимание на вполне человеческое ухо, что довольно странно выглядит в окружении механизмов.

— Да осветит вам Свет дорогу, — ремесленник кладет кристалл в шкатулку на столе. — Рад тебя видеть, Ньем.

— И я тебя рад видеть. Я привел с собой двух восходителей, они только что прибыли в Кузнеград. Юная леди встала на Путь Света, поэтому я подумал, что ты сможешь ей помочь.

На самом деле я не был бы так уверен насчет того, что Эслинн можно назвать юной. Дело в том, что эльфы ведь долго живут относительно людей, вроде меня. Несмотря на то, что она молода и красива, ей вполне может быть лет сто или пятьсот. Хотя, Ньему тоже может быть пару тысяч лет, его механическое тело не может ведь стареть, только изнашиваться и ломаться.

— Здравствуйте, меня зовут Эслинн, а это Север, — девушка подходит ближе к прилавку.

— А меня можно звать Афинном, — кивает мастер. — Вижу, ты из народа солнечных эльфов. Связь со Светом тебе действительно очень подходит.

«Ого, а как он понял, откуда она? У солнечных эльфов есть отличительная черта, которой нет у других эльфов? И как он что-то видит без глаз?» — в моей голове разом проносятся вопросы, но пока что приберегу их.

— Да, я действительно солнечный эльф. Как думаете, я смогу найти что-то для себя подходящее?

— Разумеется, — кивает Афинн. — В этом ведь суть вашего главного испытания в Кузнеграде. Не знаю, рассказывал ли вам Ньем, но наш народ в прошлом был не самым последним. Мир наш никогда не был отсталым, мы пользовались арканой, а наши торговые маршруты проходили через множество миров и измерений. В подземельях можно встретить не только наследие нашего народа, но также интересные вещи и знания из совсем других миров. Сейчас я свободен, поэтому могу стать вашим ремесленником, который поможет изготовить «инструмент».

— Думаю, я согласна, но Север еще не выбрал себе Путь, поэтому он ремесленника пока что не выберет, ведь так? — Эслинн оборачивается и вопросительно смотрит на меня, пока я разглядывал клинок на стенке, причем, лезвие оружия будто сделано из чистого белого света.

— Ага, мне еще нужно будет походить, подумать, прикинуть, — я улыбаюсь, думая про себя о том, что еще и Кузнеград может стать местом, которое я переверну с ног на голову.

— Вероятно, вы просто не нашли отклик с шестью глобальными Путями. К счастью, мироздание достаточно велико, в нем есть силы и направления развития, которые не имеют такого же размаха, что Свет, например, — кажется, Афинна не смутила моя ситуация.

— Очень на это надеюсь, но пока что готов заняться сбором материалов для Эслинн.

— Очень хорошо. Тогда… — Афинн смотрит на нашего куратора.

— Тогда мы отправляемся в Вестибулум, — кивает Ньем. — Это предпоследняя наша остановка. Именно там происходит взятие заданий и спуск в подземелья.

На этом остается попрощаться с Афинном и снова сесть в карету, чтобы механические скакуны отвезли нас в так называемый Вестибулум, в который нам часто придется наведываться, пока мы заняты прохождением четвертого этажа. Ньем рассказывает, что выдаст нам карту города, чтобы мы не терялись, но предупреждает, что лучше не бродить где попало.

— Для восходителей выделен целый квартал, где есть всё необходимое. Оттуда стоит посещать только квартал ремесленников и Вестибулум. Когда вы закончите главный квест, я снова вас найду и проведу до дверей на следующий этаж.

— А почему не стоит посещать другие места? Это запрещено?

— Запрета, как такового, нет, мы рады восходителям, но Кузнеград не такое безопасное место, как могло показаться. Пускай это неприятная тема, но, как куратор, я обязан её коснуться. Наш народ пережил чудовищные события, так еще в процессе потерял человечность. Не всем это понравилось, не все смогли адаптироваться к новому, поэтому в городе можно встретить силы и явления, которые опасны и для мехалитов, и для гостей Кузнеграда. Ничего точнее сказать не могу, просто постарайтесь свести к минимуму пребывание вне обозначенных мною мест, ведь там городская стража держит усиленные патрули.