Марат Чернов – Создатели монстров (страница 4)

Доктор Шанц в этом смысле недалеко ушёл от некоторых наиболее фанатичных коллег и уже давно облюбовал себе комнату на верхнем этаже центрального здания института. Чтобы добраться до неё, нужно было пройти обычным маршрутом мимо двери в апартаменты профессора. Так доктор сделал и на этот раз. Он не собирался нарушать покой своего шефа, но, проходя мимо, невзначай услышал за дверью профессора чьи-то приглушённые неразборчивые голоса. Шанц остановился и прислушался. Голоса стихли внезапно, будто собеседники заподозрили о его присутствии. Дверь скрипнула и приоткрылась, точно от сквозняка. Внезапно позади доктора донеслось какое-то шуршание, словно кто-то невидимый прошмыгнул за его спиной.

Альберт испуганно оглянулся, но коридор был совершенно пуст. Он взглянул на дверь, приоткрывшуюся, словно приглашая его войти. Подстёгнутый любопытством, доктор Шанц толкнул дверь и осторожно вошёл внутрь. Он увидел профессора в глубине помещения, поспешно убирающего что-то, похожее на шприц с иглой, в несгораемый шкаф.

Видимо, профессор услышал его шаги, потому что быстро захлопнул дверцу шкафа и обернулся к нему:

– Ах, это вы, доктор! А я ещё подумал, кто тут шляется?

– Я не помешал? – Шанц прошёлся взглядом по комнате в поисках неизвестного собеседника, но рядом не было никого.

– Конечно, нет, доктор, заходите. Не хотите ли коньячку на сон грядущий?

– Нет, спасибо. У вас была открыта дверь, вот я и решил напомнить вам…

– О чём? – профессор бросил на Шанца острый взгляд. – Неужели о безопасности.

Доктор сухо кивнул.

– Поверьте мне, Альберт, – сказал профессор, с тяжёлым вздохом усаживаясь в широкое кожаное кресло. – Я не забываю об этом ни на минуту… Как самочувствие Доминанта?

– Все показатели в норме. Вообще с ним всё как всегда. Это кома, сон без сновидений. Очень глубокий сон.

– Согласен, вряд ли Доминант видит сны. Ведь он и не должен их видеть… Кстати, он на месте? – спросил вдруг Волков.

Шанц с удивлением ответил:

– Конечно! Почему вы спросили?

– Стерегите его, доктор. Вы отвечаете за это!

– Само собой, он под наблюдением. Правда, за охрану непосредственно отвечает Багров.

Профессор помолчал с минуту, затем поучительно произнёс:

– И запомните ещё одно: всего один посторонний на территории нашего объекта – это ни много ни мало как объявление войны!

Доктор кивнул в ответ и внутренне поёжился, вспомнив о специально натренированных сторожевых псах, обходивших всю достаточно обширную территорию вокруг научного института день и ночь, благодаря чему даже сотрудники избегали пересекать её на своих двоих – только на машине и желательно в присутствии охраны. Такова была воля профессора: ни один посторонний, кто бы он ни был, не мог проникнуть за внешнюю ограду объекта незаметно и безнаказанно.

– Между прочим, доктор, – обронил Волков, – мы ждём гостей.

Это известие было для Шанца неожиданным.

– Неужели? – спросил он.

– Я узнал об этом только сегодня от нашего общего покровителя. Мы ему слишком многим обязаны, доктор, особенно я. Так что будьте готовы дать отпор врагу.

– И кто наш враг – правительство? – не без грустной иронии спросил Шанц. – Любопытные из академии наук, помнится, уже были. Кто теперь приедет к нам с проверкой: ФСБ, МВД, секретный агент под видом коммивояжера с роботом-пылесосом?

– Не будьте так циничны, ведь даже в нынешнем правительстве у нас есть друзья. Наши замечательные спонсоры, как вы знаете, вращаются в тех же кругах.

Доктор промолчал, подумав о том, что либо эти «замечательные спонсоры» ходят по очень хрупкому льду, либо обладают властью подчас несоизмеримо большей, чем некоторые представители «высших эшелонов».

– Так кто же к нам заявится на этот раз? – повторил свой вопрос Шанц.

– Видимо, кто-то из службы госбезопасности, но кто именно и когда это произойдёт, я вам не скажу.

Профессор умолк, задумчиво опустив глаза, и доктор понял, что на этом их разговор окончен.

Прежде чем выйти, он невольно снова бросил взгляд по сторонам, пытаясь уловить хоть один намёк на то, что тут недавно кто-то был. Ведь не мог же Волков спрятать своего собеседника вместе со шприцем в несгораемом шкафу! Он хотел было спросить об этом профессора, но в последний момент передумал: ему не хотелось быть уличённым старым честолюбцем в излишнем любопытстве. Поэтому он повернулся и тихо вышел, плотно прикрыв за собой дверь.

4

Солнце отбрасывало на медленно остывающую землю свои последние лучи, когда Пришвин и Самойлов подошли к высокой железной ограде, протянувшейся, наверное, на несколько десятков километров вокруг научного объекта. Корпуса самого объекта терялись где-то далеко вдали, напоминая угловатый тёмный островок посреди океана безжизненной суши.

Гриша Самойлов выудил из своего рюкзака старый, но, видимо, очень надёжный армейский бинокль и передал Пришвину:

– Смотри, сколько влезет, всё равно ничего не увидишь.

– Очень мило с твоей стороны! – съязвил Костя. – А мы не могли подобраться где-нибудь поближе, чтобы лучше рассмотреть окрестности?

– Вряд ли, – ответил его друг. – Я здесь тоже зря времени не терял и обошел тут всё кругом. Этот объект – неприступная крепость.

– А что, если перебраться через ограду? – предложил Пришвин.

– Не советую. Этот забор под напряжением, – в доказательство своих слов Самойлов указал на неприметную табличку на ограде с изображением черепа и перекрещенных костей – вольный портрет несчастного, нашедшего свою судьбу, поджарившись на оголённых проводах.

Пришвин внимательно осмотрел в бинокль местность, простирающуюся за оградой. До объекта оставалось всего километров десять, не так много, но это расстояние можно было пройти пешком, лишь перебравшись через неприступный с виду забор. Его внимание привлекли несколько медленно передвигающихся силуэтов, напоминающих каких-то диковинных животных, почти сливавшихся с наползающими сумерками, однако определить, что именно это было, он не смог даже в бинокль.

Воспалённое воображение тут же нарисовало Косте жутких мутантов, сбежавших из секретной лаборатории и бесцельно бродивших вокруг научного объекта подобно призракам, однако здравый смысл подсказывал ему, что он, скорее всего, перегрелся на солнце. Как сказал бы Гриша, это просто миражи.

– Что ты ещё знаешь об этом объекте? – спросил он у Самойлова.

Тот предложил перевести фокус бинокля в сторону к западу от ограды. Последовав совету приятеля, Костя увидел гряду однообразных холмов.

– Здесь довольно странный ландшафт, – заметил Пришвин, – и всё вокруг в каких-то красных тонах.

– Земля здесь насыщена солью и железом, – ответил Гриша. – А на том месте, где мы стоим, когда-то было море… Теперь взгляни на те холмы. Видишь на западе перевал? Он кажется почти таким же непреодолимым, как и эти соляные горы, но это обманчивая видимость. За ним проходит дорога, ведущая прямиком к контрольно-пропускному пункту, а это – заветные врата, открывающие путь к святая святых, куда мы с тобой так рвёмся. Единственная возможность сократить путь – перебраться по воздуху. Но, к сожалению, у нас нет вертолёта.

– Я всё это слышал и раньше, – с досадой ответил Пришвин. – Ну и какого же хрена ты привёл меня сюда? Мы ведь могли направиться сразу к главной дороге.

– Потому что здесь я впервые увидел нечто паранормальное!

Костя весело рассмеялся: по-видимому, время мало изменило его друга, и он остался всё тем же охотником за дешёвыми сенсациями.

– Тише, – шикнул на него Самойлов, настороженно оглядевшись по сторонам. – Я увидел это в первый же вечер именно здесь.

– Фата-моргана? – напомнил ему Пришвин. – Миражи?

– Ну уж нет! В конце концов здесь не Сахара для того, чтобы видеть миражи так часто. Вначале я, так же как и ты, был уверен, что это – гиблое место для поиска сенсаций. Но я ошибался. Подумать только, в первый же день приезда – первый знак! Я был уверен, что это – знамение свыше, знак, что с этим местечком не всё чисто, что здесь надо копать…

– Ладно, допустим. Ну, и что ты увидел?

– Ты знаешь, что такое полтергейст?

– Это уж слишком, – усмехнулся Пришвин. – Ты веришь в эти сказки?

– Нет! – Самойлов едва не вскрикнул от возбуждения. – Я верю в то, что слышал и видел своими глазами. Дело в самом этом месте, в научном объекте! Я почти уверен, что с ним не всё в порядке. Послушай, Костик, у меня профессиональное чутьё на сверхъестественные вещи, тут пахнет сенсацией!

– Так что ты видел?

– Я видел… Только не смейся – привидение!

Костя в изумлении уставился на Гришу.

– Призрак, похожий на человека. И в то же время… не похожий. Укутанный, как кокон в какие-то тёмные грязные одежды, если, конечно, это были одежды. Видишь ли, я стоял здесь и пытался рассмотреть хоть что-то в темноте в бинокль, и тут услышал этот странный шорох. Непонятный тихий шелест вроде шипения змеи. Он тогда меня до ужаса напугал!.. Я слышал, что смерч, приближаясь, создает такой же непонятный шум. Но смерча не было и в помине. Так вот, я всматривался в кромешную тьму, как вдруг по ту сторону ограды возник фантом…

– Призрак? – переспросил Костя.

– Ты смеёшся, но это было жутко! Внезапно он исчез и снова возник через секунду всего в десятке метров от меня. Ты понимаешь, проскользнул сквозь железную ограду, будто настоящий полтергейст! У меня душа ушла в пятки, но, к счастью, он вроде бы меня даже не заметил. Затем сделал несколько шагов, оглянулся и мне показалось, что он посмотрел прямо на меня – конечно, не дам гарантию, ведь я не видел его лица, было слишком темно. Мне показалось, что я увидел только его глаза, хотя и тех, по-моему, не было – лишь глубокие серые впадины, как у мертвеца. После этого он просто растворился в воздухе, как будто его и не было вовсе.