Мара Вульф – Знаки и знамения (страница 33)

– Не посмеет, – возмущенно ответила я.

Алексей пожал плечами:

– Будь к нему милосердна. Он не может каждое утро подниматься в такую рань и гоняться за тобой. Николай уже не мальчик, ему нужен сон. А если он не выспится, то становится сварливым.

– Он был не сварливым, а грубым и злым.

Алексей хохотнул:

– Поверь мне, он был всего лишь сварливым. Злым ты видеть его не захочешь. – В последнем предложении послышалась непривычная серьезность. – Что это ты там пьешь? – сменил тему он.

– Чай. Мне его приготовил Кирилл. Как у вас дела?

– Он попросил Амелию выделить ему другую комнату, – раздосадованно откликнулся Алексей. – Ты не предложишь Валеа сначала его попробовать?

Селия вздохнула:

– Ты сам попросил приготовить мне сбор, а теперь ты ему не доверяешь? Я могу его выпить, если Валеа не попробует?

– Нет. Я хотел пойти с ним, когда он будет смешивать травы, но Кирилл отказался.

– Потому что ты его обидел. Мне казалось, тебе нравится Кирилл?

– Так и есть, но люблю я тебя.

Он что, полагал, что Кирилл выбьет чашку у меня из рук, если в ней яд? Дурак несчастный. Я взяла чашку из рук Селии, подула на горячую жидкость, отпила глоток и объявила:

– Вкусный.

– Кирилл не применяет свои способности кому-то во вред, кровосос. – Рядом с Алексеем остановилась Лупа. – Так они, по крайней мере, имели бы смысл.

– А ты, видимо, самая милая викканка на свете, – бросил в ответ он. – Очень раз наконец с тобой познакомиться.

– Я умею быть милой, – промурлыкала она, шагнула ближе к нему и провела указательным пальцем линию от его груди до пупка.

– Точно. Как кошка. Сначала она требует у тебя корм, а потом вонзает когти в самые нежные части тела, – спокойно парировал он, обнажая клыки в улыбке.

Я рассмеялась, поскольку это идеально описывало поведение Лупы, и вместе с тем меня тут же начала мучить совесть, потому что я почувствовала себя предательницей.

– В случае с тобой я бы начала со второстепенных по важности. – Сестра злобно ухмыльнулась. – Мы же не хотим на самом деле тебя сломать.

– Какое облегчение. – Оставив нас обеих, он увел Селию из зоны досягаемости Лупы.

– Садись с нами, – крикнула мне стригойка, вырвавшись из хватки брата. – Пожалуйста, – взмолилась она с забавным выражением лица.

Так как все остальные столы уже были заняты, выбора у меня все равно не было. Я взяла себе порцию поленты[4] и яичницу-глазунью со стола с едой, на котором имелось абсолютно все, что только можно пожелать. Потом последовала за двумя стригоями. Вскоре к нам присоединился Магнус, который не проронил ни слова и просто молча жевал огромную порцию бекона с омлетом. Только когда Кайла выдвинула соседний с ним стул, корбий поднял глаза и прищурился, потому что напротив него сел Николай.

– Доброе утро, – радостно сказала Кайла. – Все хорошо выспались?

– Выспался бы, если бы у тебя в комнате не творилось такое оживление. Не мог бы он вести себя тише и не хлопать дверью так громко?

– Он сидит прямо напротив тебя, – ухмыльнулась Кайла. – И если тебе показался слишком громким грохот двери…

– Детишки, детишки, – оборвал Алексей ссору, которая явно веселила Кайлу, зато Магнуса заставила рукой согнуть пополам вилку. – Вы же слышали, что вчера сказала Мелинда. Так что если не хотите рискнуть тем, что вас выгонят, то придется как-то договариваться. Например, сегодня ночью Кайла сама пойдет к Николаю, его комната в другом конце коридора, – не сумел удержаться от колкости он. А я-то еще удивилась его разумности, которая совершенно с ним не сочеталась. Я сжала зубы. Меня ни капли не волновало, кто и где проводит ночи.

– Так и сделаем. – Довольная Кайла сделала глоток из своего бокала. – Тебе нужно больше есть, мышонок, – повернулась она к Селии. – Принесу тебе немного орехов и ягод. – Она встала, и секунду спустя Магнус отправился следом за ней к столам с едой.

Алексей наигранно вздохнул:

– Юная любовь.

Вряд ли это она. По-моему, Магнус, скорее, обезумел от ревности из-за того, что Кайла с Николаем. Вот только зачем она его провоцировала, оставалось для меня загадкой. Николая же это, кажется, мало интересовало. Он сидел за столом неподвижно как статуя. Если бы его взгляд не блуждал по лицам присутствующих, можно было бы подумать, что какой-нибудь скульптор поместил здесь свое лучшее творение.

Кайла изящной походкой вернулась к Селии и поставила перед ней тарелку. Селия вздохнула и взяла чернику. Неудивительно, что бедняжка захотела жить со мной, это прямо-таки какая-то чрезмерная забота. Оглянувшись, я увидела, что Магнус стремительно вышел из зала.

– Может, осмотрим замок после вступительной лекции? – обратилась я к Селии. – Наверняка тут найдется много интересного.

– Южное и западное крылья закрыты, – неожиданно выпалил Николай. – И я сам планировал показать Селии окрестности.

Жаль, что у этой статуи есть рот.

– Не утруждайся. Я пойду с Валеа. Уверена, у тебя много дел, – откликнулась Селия. – Важные государственные дела и все такое. Не хочу быть виноватой в том, что ты пренебрегаешь своими обязанностями.

Но от него так легко не избавишься.

– Кайла пойдет с вами. Она ориентируется в замке. Так вы не заблудитесь.

– Конечно, – встала со своего места та. – Поторопитесь, пока Мелинда нам чего-нибудь не наколдовала. Она ненавидит, когда кто-то опаздывает, а Бредика ушла уже пять минут назад.

– Я думала, что вредящие заклинания запрещены.

Другие устремились к выходу из зала.

– Для участников, не для директрисы, – сказал Николай. – В случае нападения она будет защищать замок всеми доступными средствами.

– А что, на замок уже когда-то нападали?

Он шел почти вплотную к Селии, будто каждую секунду опасался как раз такого нападения.

– Попытки были, но они всегда пресекались.

– Атаковали ведьмы или стригои?

Его задумчивый взгляд остановился на мне.

– Виккан ты сразу исключаешь?

– Да. Мой народ не воюет. Мы используем дарованную Богиней силу только ради защиты.

– Разумеется. – На его челюсти заходили желваки.

Кайла взяла его под локоть.

– Расслабься, – тихо велела она и похлопала его по руке. – От одного взгляда на тебя у меня начинает болеть голова. У нас все под контролем.

Я слегка отстала и теперь шла следом. Последняя фраза звучала так, будто подразумевалось нечто большее, чем защита Селии.

Мы дошли до двери в помещение, напоминающее древний театр. Похоже, все участники съезда уже собрались. Николай и Кайла отправились к самому нижнему ряду, где сидели несколько библиотекарей. Обитые красным бархатом кресла располагались в несколько ярусов. Стены были искусно расписаны и напомнили мне картинки из книг по истории Ардяла. Ведьмы сражались со стригоями, виккане призывали мощь земли, и за всем этим наблюдала Великая Богиня. Я бы с удовольствием повнимательнее рассмотрела эти сцены, однако Мелинда, стоявшая на круглой платформе у подножия амфитеатра, хлопнула в ладоши. У меня за спиной с грохотом захлопнулась дверь в коридор. Мы с Селией пробрались к двум свободным сиденьям.

– Привет, – дружелюбно улыбнулся нам Ярон. – Вы еле успели.

– Прежде чем вы углубитесь в учебу, – торжественно начала директриса, – я хотела бы напомнить тем, кто приехал вчера, о причине этого ежегодного съезда.

– Вечно одна и та же шарманка. У меня великолепная память, – громко прошептал Алексей, чтобы все услышали. – Я слышал это уже сотню раз.

Стригой развалился в удобном кресле на два ряда ниже нас. Вдруг на него с потолка спикировала птичка, два раза ударила острым клювом, после чего рассыпалась на мелкие бумажные обрывки, которые остались у него в волосах.

– Ай, – возмутился Алексей и потер голову под дружный смех окружающих.

– Просто держи свой чересчур громкий рот на замке. – Сидевшая около него Карис выудила бумажки из его волос. – Можно подумать, ты не знаешь, как тут все устроено.

– Я каждый год надеюсь, что она подобреет, – угрюмо пробурчал парень. – Но этого, увы, не происходит.

– Лишь благодаря этой старой шарманке… мы понимаем, – невозмутимо продолжила Мелинда, – как на самом деле важен мир. Прошлые войны показали, что ни один народ не способен победить и что в войне есть только проигравшие.

– Говорит как хренова викканка, – проворчал кто-то позади меня.

Обернувшись, я поймала взгляд холодных голубых глаз Адриана. Он завернулся в свой черный плащ, а по обе стороны его окружали несколько таких же хмурых ведьм и ведьмаков. Рядом с Адрианом сидела Лупа. Этот мужчина не внушал мне доверия. Я знала достаточно парней вроде него. Высокомерных и эгоцентричных. Однако Лупа, похоже, могла о себе позаботиться.