Мара Вульф – Вина и грехи (страница 79)
Я подняла взгляд на Николая. Его глаза блестели в темноте.
– Пойдем. – В голосе отразилось беспокойство, которое я целиком и полностью разделяла. – Нужно унести ее отсюда.
– Это слишком опасно, – возразила я. – Если кто-то отнимет ее у нас… Если Селеста ее украдет, что тогда? – Я не могла себе представить, что она сделает с ее помощью. – Мы должны уничтожить ее. Здесь и сейчас.
– Сердце души Нексора не может быть внутри этой палочки, – натянуто возразил Николай. – Будь это так, Эстера уничтожила бы ее. Наверное, королева хотела, чтобы палочка досталась носительнице семиконечной звезды. Чтобы она ею пользовалась.
Я бы никогда не стала колдовать с этим орудием тьмы. Я крепче сжала палочку, и вдруг меня словно насквозь пронзило что-то темное. Я покачнулась.
– Лучше отдай ее мне, – потребовал Николай.
Неужели в его голосе паника? Неужели он думал, что палочка причинит мне вред? Я крепче сжала ее, не желая выпускать из рук.
– А как же его гроб? Разве мы не должны открыть и его?
Сначала Николай, казалось, колебался, но потом обошел гроб Эстеры, положил руки на крышку гроба Нексора и глубоко вздохнул. Он ни на секунду не отрывал от меня взгляда. Он хотел, чтобы я остановила его. Ничем хорошим это закончиться не могло: если в белом саркофаге находился такой черный магический артефакт, то что же ждало нас в черном?
Зловещее рычание прозвучало еще до того, как крышка сдвинулась с места, и я почувствовала, как зашевелились волосы на затылке. Я медленно обернулась. Из темноты появились тени. Бесчисленные тени. Они становились все четче по мере того, как приближались к свету, который теперь окружал саркофаги. Когтистые руки рассекли воздух. Руки, лишь скудно прикрытые рваными клочьями меха и тряпками. Существо дико размахивало ими вокруг себя. А потом проявились обезображенные лица с глазами, сверкающими от дикого голода. Ничего подобного я никогда не видела. Я судорожно сглотнула. Что это? Тела напоминали человеческие, но они никак не могли быть людьми. Двое из них вошли в круг света и обнажили острые как бритва зубы. Должно быть, это те самые монстры, о которых говорил мне голос. Неужели они действительно освободились из своего более чем тысячелетнего плена именно в этот момент?
Николай выпрямился.
– Иди ко мне, – спокойно велел он, в то время как мое дыхание участилось, а сердце бешено заколотилось о грудную клетку.
Я осторожно придвинулась ближе к нему, однако монстры тоже наступали. Я насчитала троих, потом пятерых и, наконец, появился шестой. Кто они: уриаши, кэпкэуны или самчи? В принципе, это не имело значения. Неужели мы освободили их, открыв саркофаг? Возможно, именно поэтому Эстера хотела, чтобы я нашла палочку? Что произойдет, если мы откроем второй гроб?
Одно из существ прыгнуло вперед, обнажив зубы. До меня донесся тошнотворный запах разложения, и я попятилась. Когти заскрежетали по мраморному полу, и от этого звука в ушах зазвенело. Если эти твари доберутся до нас, то разорвут на части. Из темноты появлялись все новые и новые пары светящихся глаз. Мне уже не нужно было считать их, чтобы понять, что мы в меньшинстве.
– Не подвергай себя ненужной опасности, – приказал Николай. – И позаботься о том, чтобы не потерять палочку. Она нам нужна, в ней наше спасение.
Он проследил, как я засунула палочку в вырез платья. Дерево казалось ледяным по сравнению с моей кожей. Но так безопаснее, чем в моей руке. Затем стригой обнажил клыки, издал угрожающий рык и могучим прыжком перемахнул через гробы навстречу монстрам. Его противники удивленно отступили, но это длилось лишь мгновение, прежде чем они бросились в атаку в едином порыве. Рев, крики и рычание эхом отражались от стен. Мое сердце громко стучало, уши закладывало от шума, а магия внутри меня нарастала. Я не позволю им убить его или даже ранить. Один из монстров прыгнул на Николая, но тот поймал его железной хваткой и свернул шею резким движением, едва заметным для невооруженного глаза. Должно быть, у меня вырвался какой-то звук, потому что стригой оглянулся на меня – его глаза светились как угли. Передо мной стоял не мужчина, который любил меня, а монстр, который убьет любого, кто подойдет слишком близко. Он сказал, что не потеряет меня снова, и только что доказал серьезность своих слов. Второй зверь бросился вперед и попытался ударить Николая своими когтистыми лапами. Палатин ловко увернулся, а в следующий момент нанес удар ужасающей силы. Хрустнули кости, и монстр с воем отступил, в то время как третий и четвертый напали на стригоя одновременно. Этих монстров сразили огненные шары, которые я выпустила как раз вовремя, помешав им вонзить когти в лицо и грудь Николая. Твари с визгом упали. А затем все чудища набросились на нас одновременно. Я вскинула руки выше и выпустила бурю, которая заплясала на моих ладонях. Это наша общая битва. Магия взвилась, с бешеной скоростью разнеслась по моей крови, пока я убивала одного монстра за другим. Я взрывала их молниями и огненными шарами, парализовала и замораживала. Двух из них я швырнула в скалу, и монстры буквально разлетелись на куски от силы удара. На Николая я даже не смотрела, поскольку знала, что он сражается за меня так же, как и я за него. Мы были невообразимо жестокими, однако это не последняя битва, в которой нам придется сражаться за свою свободу. Их будет много, и они будут еще страшнее. На меня одновременно бросилось три монстра, и я подняла невидимый щит, от которого они отскочили и, оглушенные, упали на землю. Николай внезапно оказался рядом со мной и свернул им шеи одну за другой. Его свирепый взгляд внимательно изучил мое тело.
– Я цела, – заверила я, и на его лице отразилось облегчение, хотя знакомые черты казались чужими и безжалостными в глубине этого подземелья.
Неожиданно из темноты позади стригоя высунулась когтистая лапа, схватила Николая и потащила прочь. Вопль превратился в триумфальный вой. Я бросилась за ним, но передо мной возникли четыре монстра. Одного из них я убила ударом молнии, и вместе с тем ощутила, что моя магия начала угасать. Она становилась все слабее. Не успела я осознать эту страшную мысль, как вдруг мои ноги оторвались от пола, я почувствовала когти у себя на шее, и меня потащили по твердому полу. Все тело ныло от мощного выброса магии. Шею жгло прямо в том месте, где когти впивались в кожу, а в животе поселился страх.
– Николай! – крикнула я в надежде, что он услышит меня за всем этим визгом.
Куда они нас поволокли, в свои подземные норы? Туда, где они обитали более тысячи лет? Николай не отвечал. В мои руки и ноги вцепились когти. Я мобилизовала последние силы. Мы должны выбраться отсюда. Из моих пальцев хлынуло пламя. Монстры с визгом меня отпустили. Я вновь упала на землю и вдохнула запах паленой шерсти. Меня затошнило, но я все равно вскочила на ноги и начала швырять вокруг себя светящиеся шары. С каждым разом расстояние увеличивалось, пока я не различила монстров, утаскивающих Николая. Похоже, он оглушен, потому что не сопротивлялся. Я бросилась следом. Из последних сил я метнула молнии в спины наших врагов, которые так увлеклись пойманным стригоем, что не заметили моего приближения. Я настигла их как раз вовремя, еще несколько метров, и они бы исчезли в расщелине. У чудищ не было ни единого шанса. Трое погибли от взрыва моей оставшейся магии, а последний сбежал. Я рухнула на колени рядом с Николаем и потрясла его. Вздрогнув, он пришел в себя.
Тут раздался пронзительный рев, от которого кровь стыла в жилах, и эхом отразился от куполообразного потолка. Каменный пол под моими ногами задрожал. Что-то к нам приближалось. Что-то гигантское, и, если я не ошибалась, это было страшнее тех монстров, что недавно нас окружили, а теперь с рычанием отступали и исчезали в расщелинах, которых я раньше не замечала. Нам нужно вернуться к лестнице и надеяться, что монстр, притаившийся в темноте, нас не обнаружит. Николай встал и потянул меня за собой. Я не могла разглядеть его лицо в темноте, но чувствовала, как его гнев буквально бурлит где-то под кожей. Тем не менее стригой с бесконечной нежностью положил руку мне на щеку.
– Я тебя унесу. Мы полетим.
– Моя магия почти израсходована. – Я обвила руками его шею, а он обхватил меня за талию.
– Она вернется. Просто нужно немного времени.
Откуда у него такая уверенность в этом? Крылья Николая раскрылись с резким звуком, напоминающим треск кнута. Когда он оттолкнулся от земли, меня обдало жаром.
Видение исчезло так же быстро, как и появилось. Николай взлетел под куполообразный потолок, пылающий звездами, и направился к лестнице. Она оказалась слишком узкой, чтобы стригой мог на нее приземлиться, поэтому он отпустил меня у подножия. Гулкие тяжелые шаги раздавались все ближе и ближе.