Мара Вульф – Вина и грехи (страница 23)
Меня пронзила жгучая ярость, и я выпалила заклятие, которое отбросило его в снег на несколько метров от меня. А вдогонку послала три молнии, которые ударили прямо рядом с ним. Вверх брызнули грязь и земля, которые потом осыпались на него.
– Ты не имеешь права указывать мне, какие из моих действий разумные, а какие – нет. Потому что самая большая глупость, которую когда-либо мог совершить палатин, – это прыгнуть в постель к королеве ведьм, чтобы она оставила в покое его народ. – Николай поднялся на ноги и теперь с раздражающей невозмутимостью стряхивал снег с черного кожаного костюма, но я еще не закончила. – Почему ты это сделал? Потому что снова хотел пожертвовать собой ради кого-то? Со мной ты был тоже только поэтому? Чтобы я спасла Селию?
Едва эти слова прозвучали, как мне захотелось взять их обратно. Но уже было поздно. В его глазах засветился холод, и Николай дерзко улыбнулся.
– А что-то изменится, если я скажу «да»? Разве не все мы делаем то, что должны?
– Ненавижу тебя.
Я опять вскинула руки, но, прежде чем успела запустить в него новым проклятием, рядом со мной приземлился черный ворон и тут же перевоплотился. Между мной и Николаем встал Магнус.
– Лучше не убивай королевскую игрушку.
Заклятие ударило в корбия, так что теперь и его надменная задница валялась в снегу.
– Валеа уже далеко не такая кроткая, как раньше, – с ухмылкой заявил ему Николай. – Я рад, что она не превратила меня в кучку пепла.
Магнус вскочил:
– Ты это заслужил.
Я переводила изумленный взгляд с одного на другого. Мало что могло причинить вред стригою, но огонь уничтожал их раз и навсегда. Так что, если бы я целенаправленно выпустила молнию в Николая, он был бы сейчас мертв. Я бросилась на него.
– Ты совсем с ума сошел! – заорала я. – Даже не защищался! – Мой кулак ударил по его каменной груди. Я чуть не убила отца своего ребенка. – Почему ты не используешь свой дурацкий боевой посох?
Одним плавным движением он вытащил его из петли на поясе:
– Чтобы убить меня, понадобится кое-что посерьезнее.
Я с огромным трудом сдержалась, чтобы не стереть заклинанием эту заносчивую улыбочку с его лица. Словно прочитав мои мысли, Николай изогнул одну черную бровь. Гнев нагрел землю подо мной и растопил снег до самых костей. На трясущихся ногах тяжелым шагом я двинулась прочь. Подальше от Николая и Магнуса, которому хватило ума ничего больше не говорить, и подальше от останков мертвых ведьм. Несмотря на холод и усталость, во мне росла решимость. За последние годы бывали дни, когда я чувствовала себя слабой, даже обладая такой силой. Дни, когда я хотела сдаться, потому что чувствовала себя ужасно одинокой. Дни, когда я бы с распростертыми объятиями встретила смерть, которая отвела бы меня в страну вечного лета к Кириллу и моим родителям. Только ради дочери я решила принять судьбу, которую уготовила мне Великая Богиня. Именно поэтому я здесь. Николай вел собственную битву, и тем не менее я бы очень хотела все ему рассказать. Но его столь очевидное беспокойство могло быть очередным трюком. Сегодня на карту поставлено гораздо больше, чем в прошлый раз. Несмотря на все эти разумные соображения, мне казалось неправильным продолжать хранить от него свой секрет. Николай мог защитить Эстеру гораздо лучше, чем я. Но он заключил союз с Селестой. Это нельзя игнорировать, хотя с каждым днем мне все меньше и меньше верилось, что это правда. Просто это слишком опасно.
Я стала методично обыскивать окрестности в поисках своей метлы. Теоретически можно с помощью магии приказать ей вернуться ко мне, но сначала нужно кое-что выяснить, и мы как раз находились достаточно далеко от замка. Магнус улетел, а Николай прислонился к дереву, не сводя с меня глаз. Несмотря на мое нападение, все в нем выглядело безупречным и чистым. Распущенные волосы ниспадали на плечи. От влаги они слегка завивались, смягчая суровые линии скул.
– Значит, королева вбила себе в голову мысль снова отыскать магические источники, – неожиданно начала я. – С чего она взяла, что я могу ей помочь?
– Без понятия. Это ты мне скажи. Источники запечатали больше тысячи лет назад, и никто не знает, где они находятся. Мы сказали тебе это еще два года назад.
– Так написано в книгах, – согласилась я. – Но не факт, что так и есть на самом деле. Много времени прошло, и если я правильно поняла, она их искала, но не нашла.
– Во всяком случае, так она утверждает.
Я приподняла одну бровь.
– Тебе правда больше ничего не известно об этом? – Остановившись перед Николаем, я уперлась руками в бока. – Или ты просто не хочешь мне говорить? Боишься, что я подвергну себя опасности? Тогда у меня для тебя есть важная информация. Мы уже в опасности. Все мы.
Ему достаточно было бы лишь слегка поманить меня пальцем. Один-единственный крошечный намек на то, что он все еще на моей стороне. Что не ведет нечестную игру, а делает все это только для того, чтобы остановить Селесту. Тогда я бы доверилась ему и поделилась всем, что знала. Смогла бы рассказать, что у него есть дочь.
– После того как Селеста сообщила мне, что Люциан отправится с тобой на испытание шестого уровня, я поставил в известность Магнуса.
Я разочарованно выдохнула. Этого мало. Почему он увиливал? Почему просто не расскажет мне все?
– Он и парочка его корбиев все время находились поблизости. Он бы спас тебя, если бы ты сорвалась, при этом Магнус оказался достаточно умен, чтобы не вмешиваться. Селеста восприняла бы это как оскорбление и отправила бы карательную миссию.
– Кого бы она наказала?
– Твой народ. Она очень вольно трактует договор, который подписали с ней мастера. Вот почему они вновь открыли старые оборонительные крепости, оставшиеся со времен последней войны. Они спрятаны в пещерах, и их легче защищать, чем деревни. Но тех, кто остался на прежних местах, все равно еще много. И там виккане – легкая жертва. Я говорю тебе об этом только для того, чтобы ты знала о последствиях, если выступишь против нее. Если будешь строить собственные планы, а она о них узнает. Не связывайся с ней. Предоставь это мне.
Значит, он собирался ее уничтожить?
– И что же мне делать, пока ты согреваешь ее постель? Вязать крючком? Вышивать?
Глаза стригоя потемнели. Внезапно раздался волчий вой, помешавший ему ответить.
– Ликаны?
Николай уже стоял у меня за спиной, положив руки мне на плечи.
– Да. Их становится все больше. Мать Ярона, Брианна Валери, ни с кем не церемонится. Ей очень нравится пополнять армию своего сына. При малейшем проступке обрекает собственных людей на такую судьбу. Даже Селеста не настолько жестока. Она просто убивает своих противников.
– Тогда мы должны их остановить. Селесту и мать Ярона, – не задумываясь, выпалила я.
– Валеа, – начал он с мукой в голосе. Руки на моих плечах сжались сильнее.
Рядом с нами приземлился Магнус. В клюве он держал мою блестящую брошь. Каркнув, он уронил ее в слякоть и трансформировался.
– Ты должна вернуться в лагерь на метле. Только тогда испытание засчитают. Сможешь?
– Конечно. Спасибо. В следующий раз держись подальше от всего этого. Он не имеет права тебе приказывать. – Я указала на Николая, который стоял позади меня. – Я не хочу, чтобы ты подвергал кого-то опасности, особенно из-за меня.
– Ты не сможешь освободить Лупу в одиночку, – сказал Магнус. – Тебе понадобится помощь.
– Если вытащишь сестру из подземелья и сбежишь с ней, – вмешался Николай, развернув меня лицом к себе, – Селеста убьет всех твоих близких.
– Получится довольно короткий список, – парировала я сладким голосом.
– Уверена? – Материализовав крылья, стригой один раз хлопнул ими в воздухе.
Я и глазом не моргнула, несмотря на то что впервые видела его крылья вблизи. Если мне и раньше казалось, что он способен разрушить все стены мира, то теперь это впечатление стало еще сильнее. Размах крыльев достигал невероятных размеров, и, хотя тонкая черная кожа между костями почти просвечивала, они выглядели несокрушимыми. Впрочем, опыт научил меня, что ничего вечного нет. Желание прикоснуться к крыльям Николая было почти непреодолимым, но я не имела на это права, да и ему это бы не понравилось, учитывая, как сердито он на меня смотрел.
– Могу дать тебе еще один мудрый совет. На твоем месте я бы не рассказывала ей, что на охоте ты
Улыбка, которой он меня одарил, совсем не выглядела знакомой.
– Не буду. Она может усмотреть в этой безобидной встрече нечто такое, чего нет и в помине.
Я лишь прищурилась, оттолкнулась от земли и взлетела. Николай следовал за мной на достаточном расстоянии, а вороны Магнуса присоединились к нам V-образным строем. Только когда в поле зрения появилась равнина Караймана, они свернули, и черная тень Николая унеслась в сторону замка.
Наверное, уже близилась полночь, когда я приземлилась перед палаткой Первого ковена. Узкий полумесяц освещал лагерь, в котором были потушены почти все костры и факелы. Стражники разглядывали меня одновременно с любопытством и благоговением. Они не входили во внутренний круг Люциана. Один из них поклонился мне, а другой сдвинул в сторону полотно на входе.
– С возвращением, принцесса. – Впервые это слово прозвучало из уст ведьмака не издевкой.