Мара Вересень – Убийства в Брамонде. Чародейка в деле (страница 9)
Поэтому, несмотря на все возражения ворона, Шарлотта настояла на своем и заставила того работать «посыльным».
– Я тебе это припомню, наглая девчонка! – возмущался Гомер, хлопая крыльями.
Но девушка точно знала, что его защита на окнах пропустит, а вот кого другого – нет. Сама на ночь глядя она из дома выходить не намеревалась, поэтому у проводника попросту не было выбора!
Зато сейчас, не вылезая из-под тёплого одеяла, Чарли могла себе позволить понежиться в постели, и ее совершенно не волновал ни ветер, что шумел за окном, ни то, что на улице было все еще темно. Предрассветные сумерки. Самое спокойное время, но город уже просыпается. А значит, совсем скоро мистер Браун получит ее сообщение. Чарли вспомнила то, что написала всем своим клиентам: «
Вот так, обтекаемо, с непременным уважением, но без перегибов, она решила рассказать все, но при этом не рассказывая ничего. Пусть теперь те из ее клиентов, кто относится к чародеям с пренебрежением, подумают, что же безопасникам могло понадобиться от нее. А главное – кому именно из служб, обеспечивающих безопасность. И в следующую их встречу, Чарли точно знала, недовольные клиенты будут не выражать свое недовольство, а пытаться исподволь выяснить, что же именно она делала в интересах Империи. Любопытство – один из самых мощных способов управлять людьми. Этому ее научил дядя в те беззаботные времена, когда у Чарли сила только просыпалась.
Примерно через час в спальню залетел Гомер с его извечным:
– Вставай!
Но Чарли уже даже не было в кровати.
– Слушай, – проговорила она, выходя из гардеробной и поправляя подол темно-фиолетового платья, – как думаешь, это не слишком?
Гомер, открыв клюв, даже каркнуть не смог. Только шумно хлопнул крыльями.
– Я не понял, ты чего не спишь?
– Выспалась, – отмахнулась чародейка, подходя к туалетному столику и приподнимая волосы в предполагаемую прическу, – так не слишком?
– Деморализация противника? – склонив голову набок, предположил ворон.
– Не совсем, – хитрая улыбка скользнула по губам девушки. – Детектив вчера слишком явно отреагировал на мои штаны, ну и…
– Я понял. Это месть. Самая обыкновенная женская месть, кра-ха-хах, малышка, не думал, что ты такая мелочная.
– Ты никогда не был девушкой, – загадочная улыбка сменила хитрую усмешку. – И объяснять тебе, в чем смысл моих действий, не буду. Сам все увидишь… Наверное.
– Есть вариант, что меня не будет при вашей встрече? – тут же возмутился ворон.
– Нет, но есть вероятность, что я неправильно оцениваю возможные варианты реакции детектива на мое появление в управлении.
Расчет Чарли был прост. Если уж для мужчины был столь неприемлем ее вчерашний образ, что он позволил себе вести разговор с ней как с дамой полусвета, то сейчас она обязана показать себя с лучшей стороны. Хочется детективу работать со слабой, застенчивой мисс – будет ему застенчивая мисс. С трепетанием ресничек, едва уловимым ароматом духов, с темными локонами, каскадом ниспадающими из высокой прически, чтобы очертить овал лица. Молодая женщина под прикрытием легкого флера загадочности и невинности.
И если она права, а Чарли была уверена, что не ошибается, то разговор с детективом потечет совсем по иному сценарию, чем он планирует. А он планирует, тут никаких сомнений быть не могло. Достаточно было вчера встретить его прямой взгляд, чтобы понять, насколько несгибаемым характером обладает мужчина. Он определенно предпочитает быть хозяином положения. Так вот, пусть и будет. И чародейка ему даже не будет в этом мешать, но и от своей цели она не откажется.
Что может быть благороднее, чем помощь нуждающейся в помощи мисс?
Если бы только Чарли знала, что ее план обречен на провал, не стала бы столько времени тратить на выбор платья, прическу, подбор неброских украшений. Да она бы вообще не стала столько времени тратить на одежду и, тем более, не отправилась бы в управление обутая в низкие сапожки на каблучке-рюмочке, рискуя как минимум подвернуть ногу на скользкой брусчатке дорог. Лучше бы чародейка надела свои любимые штаны и удобные сапоги, а дверь в кабинет детектива бы открывала так, как могут позволить себе чужбины… И чародеи. А не притворялась той, кем прекратила считаться, как только в ней проснулись силы, и она стала одаренной. Тогда, возможно, она и была бы лишена пристального внимания со стороны работников ГГУБа, но точно не услышала бы разговор детектива Ли с его начальником. Хотя рычащий голос детектива было сложно не услышать, ведь он гремел на весь коридор второго этажа управления. Как и голос начальника управления, отвечающий ему емкими хлесткими фразами. И обсуждали они при этом именно ее. Чарли. Вот только, явись мисс Хилл в своей привычной одежде чародейки, могла бы позволить себе намного больше единственного сдержанного, но полного ярости восклицания:
– Хам!
Глава 6
Утро в управлении для Бакстера началось с премерзкой мысли: через несколько часов должна заявиться Шарлотта Хилл.
И вроде бы, что сложного встретиться с чародейкой, заключить договор о сотрудничестве, скрепить его клятвой о нераспространении информации, ввести в курс дела и все. На сегодня это максимум из того, что они могут сделать. Но стоило представить, что девчонка будет расхаживать по коридорам конторы в своих узких штанах и нарушать привычный уклад, как кулаки сжимались сами. А еще Дрейк решил заглянуть в кабинет детектива.
– Ну как, – прикрыв за собой дверь, спросил начальник вместо приветствия, – решил, с кем из чародеев работать будешь?
– Чародейкой, – недовольно буркнул Бакстер и посмотрел на Миллера исподлобья.
– В каком смысле с чародейкой? Ты к кому обратился?!
– К Чарли Хилл, – детектив откинулся на спинку стула и скрестил руки на широкой груди, – решил, что с молодым специалистом будет проще найти общий язык, чем со старым маразматиком.
– И? О чем тогда ты мне толкуешь, не могу понять.
– О том, что у нас в личном деле Чарли есть одно большое упущение!
Бактер и не думал скрывать своего отвратительного настроения. Если секретарь Дрейка работает спустя рукава, чем подставил самого детектива, то молчать он об этом он не собирался.
– А с Харрисом что?
– А про Чарли тебе неинтересно?
– Так, Ли, давай-ка нормально все объясни, как ты умеешь. А ругаться потом будем, раз уж ты так этого хочешь.
Начальник за годы своей службы в системе обеспечения безопасности Империи давно привык общаться со своими подчиненными в зависимости от их работы, а не так, как уставом положено. От десятерых тупых исполнителей приказов, как Миллер успел убедиться, толку меньше, чем от одного своенравного, но мозговитого детектива. И пусть он может позволить себе высказывать свое недовольство, общаться на грани грубости и периодически нарушать приказы, но уровень раскрываемости! А уж спустить пар Дрейк и сам был не дурак. Наверное, поэтому с Бакстером они нашли общий язык очень быстро. И несмотря на то что их общение в большинстве случаев оставалось в рамках начальник-подчиненный, иногда они могли позволить один другому сбросить накопившееся раздражение и высказаться, не выбирая слов. Сейчас явно пришла пора показать свой характер Бакстеру. А раз так…
Дрейк плотнее прикрыл дверь, взял старый, скрипучий стул и, усевшись напротив детектива, приказал:
– Рассказывай.
И детектив рассказал. Так рассказал, что стены коридора второго этажа в управлении дрожали от его криков. Сотрудники ГГУБа, слыша, как рычит Бакстер, предпочитали не выходить из своих кабинетов, чтобы не попасть под горячую руку детектива. Тем более, что к крикам сослуживца вскоре присоединились громкие комментарии начальника управления. Ничего удивительного, что все, кому срочно нужно было подписать какие-либо документы, враз решили, что их дела подождут. Не такие уж и важные вопросы, в конце концов, были на повестке.
А Картер Бакстер Ли со всей отдачей поведал Дрейку и о том, что Чарли Хилл оказался не кем иным, как девушкой с высоким уровнем дара, красивой фигурой и совершенно невыносимым характером. А еще у нее дома обитал возмутительный ворон, который имел наглость разговаривать. И как будто этого мало, так еще и старик Харрис решил прогуляться дорогой Теней!
– Подожди, – хмуро прервал поток ругани, который Бакстер называл рассказом, Дрейк, – с чего ты взял, что чародей мертв?
– С того, что услышал разговор Шарлотты с ее птицей. Тот, насколько я успел узнать, проводник. Как раз и увидел душу Харриса в мире Теней.
– Вот они так и сказали, что чародей именно умер?
Дрейк на мгновение замолчал, вспоминая, что именно говорили Шарлотта и ее ворон, а потом даже головой помотал. И дело было не в том, что он дословно вспомнил все сказанное вечером, а потому как понял, к чему клонил Миллер.
– Да быть не может, – выдохнул, пораженно смотря на начальника. – Не может!
– Ну почему же, – усмехнулся Дрейк, – насколько я помню, для Харриса вообще нормально прогуливаться по миру Теней, так как он магистр посмертия! Ну и потом, ты же прекрасно знаешь, что новость о смерти чародея в любом случае дошла бы до управления в кратчайшие сроки. Но по нашим данным, старик все еще жив. Правда, насчет здоровья утверждать не возьмусь.