Мара Вересень – Бывшие в министерстве магии. Нам ведьмак (не) нужен (страница 3)

– Прощаю, – не стала обострять я, хватит с меня острого на сегодня. Воспользовалась моментом, вынула ноги из туфель и пребывала сейчас в почти прекрасном настроении. Ибо у меня имелся чай с зефиром, здоровая злость на Верстена и жгучее (у меня даже кончики пальцев покалывало) желание отомстить той же монетой.

– И раз вы такой хороший, – продолжила я, хотя на язык так и просилось “хорошенький”, – тогда может расскажете, что у меня сегодня по плану?

Это была чистой воды провокация, какие планы, если я только пару часов как его начальник, но Фааль действительно был хорошим секретарем или просто опыт от шести предыдущих ревизоров сказывался, потому что план у него имелся.

– Сегодня у вас административный день. Потому что это ваш первый день и потому что понедельник. В этот день нет плановых выездов, только если аварийный случится, но этого не бывает почти никогда, для подобного другие службы есть. Так что самые важные у вас на сегодня дела – получить у начальника управления ваше служебное удостоверение, а в хозчасти – форму, служебные амулеты, оружейный жезл и… я дам вам список.

– Оружейный что? – я едва не подавилась последним глотком чая. – Зачем мне оружие? Я же не в патруль работать пришла, а пломбы на щитках магической безопасности проверять и условия хранения потенциально и условно опасных артефактов.

– Так положено. Полную форму тоже почти никто не носит. Только на официальных мероприятиях. А жезл обязателен к ношению при исполнении, как и удостоверение, и прилагающийся к нему жетон.

– А остальные полдня что я буду делать? Откапывать свой стол?

– Я бы на вашем месте не обольщался, магесса Мейл. Вы просто не знаете мадам Шайну Шилли.

– Это кто? – поинтересовалась я.

– Это заведующая складом служебного инвентаря. Но сначала – удостоверение и жетон. Без них к Шиншилле, то есть мадам Шилли лучше не соваться. Так что можете пока подняться на четвертый левый к начальнику управления, а я как раз подготовлю список и бланки для получения снаряжения. О, не волнуйтесь, я все заполню сам, вам останется только подписать.

Я, собственно, не очень-то и волновалась, просто мне после утренних событий больше нечем было волноваться, а вот здоровое опасение, что казавшаяся непыльной работа такой только кажется, у меня возникло. И уж чего-чего, а пыли на горе, под которой был погребен стол в моем недокабинете, хватало.

Я взяла еще одну зефиринку, чтоб подсластить неизбежное, влезла в туфли и максимально независимо отправилась получать положенное.

Надавив нужную комбинацию символов в кабине лифта, я запоздало пожалела, что не уточнила у Фааля, как зовут начальника управления, к которому относится мой отдел. Ничего страшного, надеюсь, табличка на его кабинете так же информативна, как и моя.

Немножечко страшно было по другой причине. Дело в том, что мой благоневерный жених и сказочный враль Адам Верстен тоже работал в министерстве магии. Начал он это нелегкое и нервное дело сразу после магистратуры и так стремительно принялся взбираться по карьерной лестнице, что я устала запоминать километровые звания и просто перестала это делать. Так что если дома Адам заикался о кадровых перестановках и при этом сыто щурился, значит его опять переставили куда-то повыше. Собственно поэтому, как он объяснял, он и не торопился делать мне предложение. Хотел занять положение повыше и поустойчивее.

Вот почему, выйдя из кабины и вышагивая по коридору, я держала пальцы крестиком на удачу. На каждой встреченной двери мне мерещилась фамилия Адама. Ужас, до чего, оказывается, в управлении по предотвращению и устранению магических происшествий и катастроф много посторонних “В”. И что главное, ни на одной из них не было написано: “к начальнику – сюда”.

На мое счастье, появился местный житель. Явный эндемик. Тощеватый типус вынырнул из-за одной из дверей и теперь с надутым видом катил перед собой тележку с папками. Столкновение интересов произошло ровно посреди коридора. Типус не хотел уступать, а мне требовалась информация.

Я застопорила колесико тележки ногой и настойчиво спросила про нужное. Тип кивнул в хвост коридора, обозначенный разлапистой пальмой, куда я слегка не дошла, после чего был отпущен с миром.

Табличка отсутствовала. Приемная, почти такая же просторная и шикарная, как моя, только не зеленая, а темно-синяя, обидно и пугающе пустовала.

– Ингис, милая, вы пришли? Я же позволил вам остаться дома, – раздался из глубины приемной голос, от которого у меня к горлу подступил комок жгучей ненависти. Перед глазами встала алая пелена…

Пришлось вдохнуть и взять себя в руки. Да-да в эти вот руки с тлеющими на кончиках ноготками, которыми я толкнула приоткрытую дверь в, собственно, кабинет, на котором табличка как раз имелась. Но мне уже было не до чтения.

– Сегодня утром я узнала, что ты, Адам Верстен, скотина, но что такаааая! – почти восхищенно сказала я, перешагнув порог.

Скотина, в стильной мантии поверх костюма, сидевшая на краю стола, подняла взгляд от ежедневника, который листала, и отвратительно неотразимо улыбнулась. А самое обидное – у него был нормальный кабинет!

Два в одном

При моем появлении “такаааая скотина” поднялась, язвительно ухмыльнулась и с видом победителя уселась в… на трон. По-другому и не скажешь.

– Ты сама говорила, что тебе скучно, и хочется чем-то заняться или путешествовать. – Адам откинулся на спинку, скрестив на груди руки с длинными пальцами, и меня бросило в дрожь от воспоминаний, что он ими делал и где и кого держал сначала вчера вечером, а потом сегодня утром.

– Два в одном, Фей, – добавил Верстен. – Занимайся и путешествуй. Вообще-то, это планировалось как подарок.

– Ты это еще и планировал?! Отправить меня подальше, пока будешь с той мокрой курицей эротические кулинарные игры устраивать? Хорошенький подарок!

– Однако ты его приняла, как и прочие, – взгляд Верстена прошелся по мне, начиная от туфель и ими же и закончил, слегка застопорившись на руке с кольцом.

– Ах, вот как ты заговорил, – угрожающе протянула я, прищуриваясь, чтоб хоть как-то разглядеть этого представителя парнокопытных сквозь мечущиеся в глазах алые точки. От такого только отвернись, сразу в спину пнет. Вон как зенками наглыми буравит, мол, подойди, увидишь небо в алмазах.

А я и подошла.

Спустя миг оба красных пыточных устройства, которые он мне по моей же просьбе презентовал, грохнули каблуками о столешницу, оставляя на дорогой полированной поверхности вмятины. Следом я припечатала ладонью кольцо.

– Должность тоже вернешь, – резко подался вперед Адам, опираясь на руки. Его длинные волосы упали, опуская на лицо тень, и в глазах зажглось по хищному янтарному огню.

– Демона с два! Так легко ты не отделаешься, Верстен.

– Даже так? Ну что ж, тебе придется сильно постараться, инспектор Мейл, чтобы заслужить пару часов личного времени в сутках.

Адам вышел из-за стола, взяв что-то из верхнего ящика, подошел ко мне и с препохабнейшим видом продел удостоверение, за которым я, собственно, сюда явилась, мне в вырез рубашки, просунув уголок под край ажурного бюстье. Медленно, будто кабачной девке за резинку чулка монетку совал.

Алое застило глаза, и я заехала Адаму по наглой морде, приложив максимум усилий и дар. Вторую оплеуху он, шипя от ожога, перехватил, оттолкнул и встретил темным щитом оба моих пламяшара, пущенные с обеих рук одновременно. Огонь, полыхнув, размазался по стенкам кабинета и, лишенный контроля, радостно бросился дегустировать все, что попалось. Обивку, грамоты и дипломы в рамках.

Завыла сирена, под потолком вспенилось облаком нитей противопожарное заклинание, но нам было не до того. Мы швырялись магией и предметами и орали.

В глазах у меня стояли слезы, но это были слезы ярости. Да! Именно!

– Потаскун! Кошколюб блудливый! Мало тебе было меня?

– Ревнивая истеричка! Прежде, чем бросаться об…

Я бросила об него подсвечником с оплывшей от жара свечой, сувенирной пепельницей и роем огненных ос, которые Верстен отбил воздушной волной. Все, кроме отделившейся в полете свечки, съездившей ему по макушке.

– …обвинениями, – продолжил он, перегородив мне подступы парой проскакавших от стены стульев, – могла бы потрудиться…

Я трудилась. Я же сюда трудится пришла? Вспыхнувшие и бросившиеся Верстену в лицо волной папки со стола тоже вполне себе орудие труда, а пресс-папье – так вообще улет! Улетело. Верстен увернулся и наподдал мне валявшимися на кресле книжками по затылку, лопаткам и заднице.

– …потрудиться выслушать и понять! Она просто отправила зум, сообщив о поломке, с которой не могла справиться сама!

– С чего она взяла, что может слать тебе зумы в такую рань, откуда у нее вообще твой личный код!

Теперь мы стояли лицом к лицу чуть вытянувшись навстречу и одинаково сжимая руки в кулаки. Швыряться обвинениями и ядом так выходило эффективнее, чем сквозь щиты, огненные вуали и бросающуюся под ноги мебель.

– Мы контракт на аренду подписали, как ты помнишь, и подписи там две! – рычал Адам.

– Почему она аварийку не вызвала? – взвизгивала я.

– Вызвала! – огрызался он. – Но там велели ждать, а она не могла ждать.

– И ты! Ты! Тоже никак дождаться не мог!? Да?

– Что ты вообще там делала в такое время?

– Добрые люди подсказали, – шипела я.