Мара Евгеника – Ну, какая я - бабуся! Если я ещё... (страница 11)
– Нет, – выдыхаю категорично.
– Обожаю, когда девочки нетькают, - смеётся Илья и продолжает руками скользить по моему телу, добираясь до развилки ног.
Оказавшись на месте, Илья без церемоний сдергивает с меня шелковую черную простыню.
Его колено жестко вклинивается между моих бедер.
Ладонь одной руки ложится на лобок.
Вторая обхватывает часть моей шеи и подбородок.
В таком положении я нахожусь в полной зависимости от него. Даже пошевелиться не могу. Лишь немного отклоняю голову в сторону иллюминатора. Но…
Илья тут же нежно, но твердо, поворачивает моё лицо к себе.
Жадным ртом впивается в мои губы.
Его язык одним толчком проникает внутрь и заставляет мой подчиниться и плясать в его ритме.
Мы не целуемся, а пожираем друг друга.
От того, что снова творим, я испытываю смешанные ощущения стыда и возбуждения.
Чувствую, как мои щеки начинают пылать, а между ног медленно сочится влага.
- Потекла сладкая киска, - мурлычет Илья мне на ухо, словно мартовский кот. - Все правильно! Чтобы утро было по-настоящему добрым, нужно его начать горячим сексом.
Понимая, что хочу его, отгоняю ненужный мне в данный момент стыд. Расслабляюсь, ощущая мужскую эрекцию, что напирает на вход в лоно.
Через секунду мое чувствование становится острее от жесткой и распирающей наполненности внутри.
А еще от горячего дыхания в лицо и бархатного рыка: “Давай! Ну же, поддавай попкой! Кричи, сучечка! Кричи! Мне нравится, как ты кричишь!”
И я кричу! И царапаю его плечи ноготками. И прогибаюсь сильнее в пояснице, приподнимаю задницу и упираюсь ногами в мягкую поверхность матраса, чтобы больше раскрыться и дать ему то, что он просит…
После яркого и громкого оргазма он раздвигает мои ноги. Смотрит так, что я снова вспыхиваю от его взгляда, словно спичка.
И мы опять сливаемся в одном порыве в единое целое…
Очередной сексуальный марафон с Ильей и новый сумасшедший оргазм лишают меня сил напрочь.
Не засыпаю, а просто, еще кончая, проваливаюсь в мягкое облако сна, которое тут же уносит меня в царство морфея.
Веки приоткрываю от луча солнца, что их щекочет.
Распахнув глаза, утыкаюсь взглядом в часы на стене.
Смотрю на ход стрелок и не без удовольствия вспоминаю о ночных секси гонках во всевозможных горизонтально-вертикальных плоскостях и поверхностях. И все же… И все же…
По тянущей боли между ног понимаю, что есть предел человеческих возможностей.
Про громко сопящее рядом со мной тело, конечно, не знаю. Но…
Мой предел так точно наступил. Во всяком случае некоторые места моего организма сигнализируют красной лампочкой “финиш”.
Пройдя вместе с часовой стрелкой очередной круг, в моей голове снова проходит процесс восстановления цепи последних событий. И тут же начинается очередное посыпание головы пеплом, которое останавливает рингтон уведомления телефона.
На автомате шарю рукой около кровати, точно помня, что гаджет должен быть там.
Напряженно смотрю на экран. Внутренне скукоживаюсь, читая сообщение от мужа.
В мозге пульсируют вопросы: “Как тихо сбежать? Что говорить мужу? Как жить дальше?..”
🎄🎄🎄
Дорогие друзья, в честь праздника у меня для вас приятные
“Маша у Топтыгиных. А тому ли я дала…пирожок”
“Мой генерал. Понять. Полюбить. Приручить”
Забирайте книги в свои библиотеки и читайте с удовольствием!
С уважением ваша Мара Евгеника.
Глава 10
Глава 10
- Чего напряглась, Эм? - раздается в мою макушку баритон Ильи.
- Мне нужно в отель, - шепчу в ответ.
- Муж?
Всего одно слово. Но…
Оно было сказано так, что меня передергивает. По спине проходит дрожь. Тело покрывает противная гусиная кожа.
Ощущение, будто на мою голову вылили ушат ледяной воды и ведро дерьма сверху.
Душе моей зябко и противно. Но…
Стараюсь держаться и не показывать, что внутри меня пульсирует, словно от воспаления нарыва.
– Да, – сиплю на выдохе. – Муж…
Сразу же встаю с постели, заворачиваясь в простыню, как в тогу.
По дороге в душ молча подхватываю с пола платье и белье и иду мимо Ильи.
Он сидит на краю кровати в дурацкой скорбной позе: голый с широко расставленными ногами и опущенной головой.
Как только равняюсь с ним, Илья резко хватает простынь, что на мне, и тянет её на себя.
Вынужденно плюхаюсь на его колени. Упираюсь руками в богатырские плечи.
Он смотрит на меня прищурившись и ехидно приподняв правый уголок губ.
Вижу в его глазах вопрос.
– Мне нужно собраться, – произношу спокойно, усилием воли держа голос как можно ровнее.
– Ну, что ж…Полетала птичка. Порезвилась. И…На жердочку… В клетку… К кормушке, – с кривой ухмылкой цедит Илья, кидая каждое слово мне в лицо, словно острую пику.
Слушая, закусываю до крови губу, чтобы не расплакаться.
Впервые в жизни мне обидно до слез!
Обидно, потому что своими словами, тоном и выражением лица Илья заставляет меня чувствовать себя грязной потаскухой.