Мара Евгеника – Нам (не) по пути (страница 35)
Варя говорит, а моё сердце меняет ритм. Секунда, и я подхватываю ее под бедра, сажают стол, развожу ножки в стороны, перехватываю голову и впиваюсь в её сладкие губы, мну их, засасываю, по-хозяйски, ласкаю её своим языком. Моя злючка, упирается мне в грудь руками, пытается оттолкнуть и при этом страстно стонет и отвечает на мои поцелуи. Трогаю её потяжелевшую грудь. Она без бюстика. Опускаю руку ниже в штаны, блять, и без трусиков. Веду губами ниже по шее к груди. Приподнимаю футболку, ласкаю каждую, провожу языком по соскам и родинке в виде сердечка.
— Варя, хочу тебя так, что сейчас яйца лопнут. Тебе не противопоказан секс?
Она тяжело прерывисто глухо стонет. Пальцами своими хваткими цепляется за мои волосы. На мой вопрос отрицательно качает головой. Я снимаю её со стола, поворачиваю к себе спиной, наклоняю аккуратно. Она совсем не сопротивляется. Стаскиваю с неё штаны, с себя джинсы вместе с боксерами. Плюю себе на руку, чтобы увлажнить ее нежную сладость, но чувствую, что с неё аж течёт.
— Варька, ты тоже хочешь! Ты готова полностью, девочка моя! Сейчас, я очень аккуратно.
— Кирилл, шевелись быстрее, а то сейчас твои друганы вернутся, и будешь потом ручным приводом тестикулы свои освобождать, самец похотливый! — язвит пигалица моя вредная.
Я аккуратно вхожу в неё. Теснота такая, что взвыть хочется. Варвара вскрикивает и сжимает член ещё больше. Дурею просто от её узости. Двигаюсь медленно, опасаюсь навредить плоду. Пытаюсь хоть немного отвлечь её и себя.
— Блядь, Варя, больше шести месяцев прошло, ты носишь моего ребёнка, но ничего не изменилось ни в нашем общении, ни в твоем влагалище.
— Много текста, барин, ускоряйся уже и давай чуть пожёстче. Сам знаешь, как мне нравится. Да, Кирилл, так, еще, еще. Давай еще. Если кончить не успеешь, не моя беда, потому что я…Ой, долбанные гормоны, ой, Бог мой…
— Повтори последнее, дочь моя! Приятно от тебя такое слышать!
— Обойдешься, раб моей лампы! Ой, чертов искуситель!
Варьку трясёт в оргазме, по её телу бегут волнами мурашки, волоски на шее становятся дыбом. Она кричит, тяжело дышит, зажимает лоно так, что я от ее спазма изливаюсь тут же. Нам обоим горячо и сладко. Наклоняюсь к ее спине, целую от шеи по позвоночнику вниз до копчика, прикусываю попку. Достаю платок из кармана, обтираю себя и девочку её.
Приводим себя в порядок. Обнимаю Варюху, глажу животик.
— Пить хочу, хорошо бы молока, — говорит Варвара, стоя у окна.
Звоню Дэну, прошу ускориться и ещё молока купить. Задаю вопрос, который волнует меея.
— Варя, это же мой ребенок, — произношу сиплым от волнения голосом. — Почему не сообщила мне об этом?
— А, за чем, Кир. Ты же сам прекрасно знаешь, что секс — не повод для продолжения знакомства. Спасибо, что ты стал моим первым мужчиной и подарил малыша. Но у каждого из нас своя жизнь. Каждый выбирает для себя женщину, коня или дорогу…Ты мог стать хорошим хирургом. Я спрашивала деда о тебе. Он помнит студента по фамилии Зубов. Сказал мне, что в тебе был потенциал. Однако, ты стал тем, кем стал. Ты хороший человек, Кирилл, мной проверено. Я уверена, что все в твоей жизни будет нормально.
Преднамеренно пропускаю, сказанное Колибри мимо ушей. Сейчас не время затевать словесные баталии. Есть пока проблема серьезнее.
— Варь, если будет помощь нужна, то я готов ассистировать, — говорю пигалице.
— Кирилл, чем ты мне можешь помочь? Ты когда последний раз скальпель в руке держал? Из тебя ассистент, как из него, — кивает в сторону моего охранника, который заходит в кабинет, — балерина.
Дэн передаёт Варваре пакет. Первым делом Колибри пьет молоко. Потом моет руки. Мы с ней идем в помещение, где лежит раненый. Она надевает маску и перчатки. Осматривает раны. Сообщает, что две сквозные, потому пустяковые.
— Кир, эти два ранения ты мог бы и сам заштопать. Не велика проблема. С этим придётся повозиться, потому что пулю в мышце надо найти и извлечь. Кирилл, ты руки хорошо вымыл? Перчатки надевай, мне все же помощь будет нужна.
Примерно час у нас уходит на извлечение пули и наложение швов на все три ранения. Несмотря на тремор, Варвара все манипуляции проводит точно и четко. Её только очень сильно мутит. Рядом с ней стоит Дэн с корзиной для мусора, в которую пигалицу периодически выворачивает.
Завершив все, оставляем раненого. Варвара просит выйтиина улицу продышаться. Идём по коридору, на одном из поворотов останавливаемся. Смотрим друг на друга.
— Сегодня, Кирилл, нам с тобой повезло, мы спасли жизнь этого человека. Зря, конечно, ты не доучился. Уверена, что из тебя бы получился хороший хирург, — устало произносит Варвара. — Ладно, все как есть уже. Распорядись, что бы меня домой отвезли.
— Варя, когда мы увидимся, когда мне можно к тебе приехать?
— Не за чем, Кирилл, не за чем. Тем более я уезжаю из страны.
— Это за за заявления, Варвара? Как это ты уезжаешь? С моим ребёнком уезжаешь?
— Да, Кир, я уезжаю вместе с ребёнком, со своим ребёнком, — зло и нервно отвечает Колибри. — Не хочу жить и бояться за наши жизни. Не хочу, чтобы меня такие как ты — "нетоварисчи" вытаскивали по ночам из постели для спасения жизни очередного бандита. Я хочу для моего ребёнка спокойной и счастливой жизни, пусть и без его отца.
Мы возвращаемся в кабинет, где нас ждёт Ржавый. Глеб интересуется, как прошла операция и сколько стоят услуги врача. Мы оба смотрим на Варвару.
— Ну и чего, вы на меня уставились? — фыркает Варвара. — Откуда я знаю, сколько стоят услуги тех, кто вам их оказывает.
Завтра у меня большой предновогодний старт двух новых книг. Мы с моим Музозэллом тут чего-то расщедрились (оба хохочем над собой в голос🤣)
Итак, одна из книг "Имя — уже знамение" об Олеге — друге нашего Кирилла.
Да, в этот раз все будет мягенько и нежненько, со взлётами, но без особых падений и катаклизмов. Нет, нет, что вы, не слишком мимишно и ванильно. Ах, да, ещё я обещаю ХЭ.
С любовью и уважением, ваша МараЕ
Глава 24
Домой охранник Кирилла меня привозит уже глубокой ночью. До машины Зубов мою персону не провожает. В присутствии крайне неприятного Глеба просто сухо благодарит за помощь и передает пакет с наличкой.
Дэн сопровождает меня до дверей квартиры, велит закрыться на все замки и сообщает, что будет ждать снаружи.
Закрыв дверь, прислоняюсь к стене с тягостным чувством на душе. Мне совершенно не была нужна эта встреча с Киром. Я ее боялась и хотела избежать.
Нет, я совершенно не опасаюсь самого Кирилла, потому что уверена в его адекватности. Мои страхи лежат в совершенно другой плоскости. Я, прежде всего, боюсь себя и за себя. Впервые испытываю неуверенность в своих решениях и дальнейших шагах.
Да, я балансирую между чувствами и реальностью. С одной стороны хочу быть по-женски счастливой — любить самой и ощущать любовь мужчины к себе. С другой — понимаю, неформат наших отношений с жизнью на острой грани лезвия ножа, с тайнами личными и не только, с фразой "Меньше знаешь, дольше живешь".
Да, нет, так жить нельзя. Мой ребёнок не будет так жить. В очередной раз делаю сама себе установку и иду в кухню за новой бутылкой молока.
С любимым напитком моего малыша направляюсь в спальню. Вдруг, слышу шорох за дверью и тихие постукивания. В этот раз все же смотрю в глазок.
Опля, вот вам "бабушка и Юрьев день"! В коридоре собственной персоной господин Зубов.
— Колибри, я знаю, что ты стоишь за дверью и смотришь в глазок! Ты дышишь шумно! Варюша, открой, пожалуйста, — громко шепчет Кир.
Ну что, за человек такой невозможный, а? При мысли о нем и от тембра его голоса в моей голове настройки сбиваются окончательно, и вся решимость улетучивается.
Делаю глоток молока и открываю. Кирилл практически беззвучно прошмыгивает, аккуратно хватает меня в охапку, сажает на комод, смотрит мне в глаза с какой-то щемящей нежностью.
— Какие люди и без охраны! Хотела про адрес спросить, но и так понятно, птеродактиль Дэн на хвосте принёс. Вы что-то забыли, Кирилл Петрович? Чем обязана вашему визиту? Мы с вами сегодня уже достаточно пообщались. Давайте двигайте свое тело к выходу.
— Варь, ну хватит дерзить, — произносит Кирилл и языком облизывает мою верхнюю губу по контуру. — Колибри, покажи руки, ты там нигде скальпель не спрятала? Я просто усы твои молочные убрал.
— Повторяю вопрос. Вы чего у меня дома забыли? Я разве Вас приглашала, господин Зубов? Вы и так меня под монастырь подвели, подставили по полной программе, — с раздражением выдаю я и тычу пальчиком в грудь Кирилла.
— Варь, не понял? В смысле я тебя подставил и под монастырь подвел? — на лице Кира отражается неподдельное удивление.