Маня Манина – Тихое семейное счастье (страница 5)

— Записка хоть какая-то есть?

Лида покачала головой. Какая может быть записка к домработнице.

— Уеду я отсюда, не могу здесь, — горько сказала она. — Кажется, что все пальцем на меня показывают.

Зоя внимательно посмотрела на нее, что-то сосредоточенно обдумывая, и решительно спросила:

— В Москву поедешь?

— Что?

Зоя подсела поближе, убеждала негромко, доверительно:

— Кузина моя, Раиса. Я тебе про нее говорила. Работает в Москве. Муж, двое детей. Все ютятся в малогабаритной двушке. Они сюда с удовольствием переедут, в твою трехкомнатную. У нас и воздух лучше, и природа. Для детей самое то. Ее сюда, на твое место устроим, а ты на ее место. Она в фирме работает, только, конечно, должность не ахти. Честно скажу, зарплата маленькая.

— Мне все равно, — отрешенно произнесла Лида. — Лишь бы уехать. Чтобы никто меня не знал.

— Правильно. Молодец. А Раиса тебе с оформлением поможет, с регистрацией. Она пробивная.

— Не то, что я, — вздохнула Лида.

— Ладно, не отчаивайся. Другой город, новая жизнь. Может, найдешь кого. Главное, на такого, как этот Димочка не нарвись. Как тебя угораздило. Говорила я тебе…

— Я просто хочу тихого семейного счастья. Муж, дети… Неужели это невозможно?

Зоя скептически посмотрела на свою разнесчастную коллегу: уж такая она доверчивая, каждый обмануть норовит, какое уж тут счастье.

Лида снова взялась за работу, пытаясь отвлечься от горьких мыслей. Но перед глазами стояла высокомерная жена Дмитрия и стучали в ушах слова Зои: «Как тебя угораздило?» Ведь чувствовала где-то в глубине души, что не просто так он тянет с разводом, не кончено у них с женой. Сомнения были запрятаны глубоко-глубоко, чтобы не мешали наслаждаться семейным счастьем. Сама во всем виновата, сама попалась, никто силой не тянул. Глупо-то как. Вот тебе и принц. Не принц он, не суженый. Даже объясниться не захотел. Струсил.

4. Какой будет новая жизнь?

Летнее солнце старательно освещало провинциальный город. По детской площадке, окруженной зеленеющими деревьями, носились дети, в квартиру доносились их радостные крики. Лида постояла у окна, глядя на играющих ребят. Когда-то и она сама выходила на эту площадку. И всегда мечтала, что здесь будут бегать и ее собственные дети. А приходится уезжать. Прощай, родной город, родной двор.

Прощай, родная квартира, всегда жила только здесь. Тут и выросла. Даже не представляет, как это: жить в другой квартире, в другом доме. Еще и мебель надо будет перевозить, диван, кровати, кресла, шкафы, пианино. Как все это организовать? Ладно, пока нужно взять только самые необходимые личные вещи, а там видно будет.

Лида вздохнула, отошла от окна, принялась снимать книги с полок, бережно протирала их, аккуратно складывала в большие коробки. Достала альбом с дорогими сердцу фотографиями, полистала, вспоминая. Положила альбом в коробку, коробку заклеила скотчем. А вот от других фотографий необходимо избавиться. Лида взяла сотовый и решительно удалила все фото с Дмитрием.

— Другой город, новая жизнь, — сказала она вслух. А в душе закопошилось робко: какой будет эта новая жизнь?

Рабочий день давно начался, когда в опустевшем коридоре московской фирмы появилась Раиса, Зоина кузина — низенькая, крепкая, простовато одетая женщина с невыразительным грубоватым лицом и такими же грубоватыми манерами. Не спеша подошла к своему рабочему кабинету.

Вика раздраженно наблюдала издалека, как Раиса неторопливо ворочает ключом в замке, не выдержала, окликнула:

— Раиса, вы хоть раз можете прийти вовремя?

— Тоже мне, начальница выискалась, — спокойно ответила Раиса, открыв, наконец, дверь. — Ничего, скоро уйду от вас.

Услышав такую новость, секретарь директора быстро подошла к ней:

— Как это уйдете? А Данилин отпустит?

Раиса приостановилась на пороге кабинета:

— С директором согласовала. Сказал, если замену найду. Замену нашла.

— Молодая? Красивая? — заинтересованно спросила Вика.

— Боишься, что Валю твоего охмурит?

— Нет, мне-то что. Он уже не мой, — как можно беспечнее сказала Вика.

— Не бойся, не молодая и не красивая.

Вика облегченно вздохнула.

— Но аморальная, — продолжила Раиса.

— Что? — удивилась Вика.

— Говорят, она из своего города потому и уезжает, что уже со всеми мужиками переспала, — вполголоса сообщила Раиса, довольная впечатлением, которое ее слова произвели на секретаршу.

Зоина кузина встретила Лиду на вокзале и прямо такую, уставшую с дороги, нагруженную чемоданом и большой сумкой, повезла в нотариальную контору.

Лида растерянно следовала за приземистой и деловитой Раисой, у которой все было схвачено. Нотариус их ждала. Лида как в тумане подписала все необходимые документы, не вникая в подробности и не особенно раздумывая. Потом поехали смотреть квартиру. Хотя, что значит «смотреть»? Все подписано. Квартира теперь принадлежит Лиде, а другой у нее нет.

Такси остановилось у четырехэтажного серого дома, который показался ей мрачноватым. Сердце сжалось: зачем я сюда приехала? А как оставаться? Город небольшой, неужели лучше ходить по улицам с оглядкой, вдруг Дмитрий встретится или его жена. Да и на работе от шепотков за спиной никуда не денешься. Прошлое позади, надо думать о будущем. Только какое будущее ждет ее в этом сумрачном доме?

Лида вытащила из такси чемодан и сумку и послушно двинулась за Раисой.

— Теперь покажу твою квартиру, — сообщила Раиса.

— Так странно, — задумчиво сказала Лида. — Сначала оформили, а потом смотреть. Все наоборот.

— Так решили уже, чего тянуть, — пожала плечами Раиса.

Лида согласно кивнула: действительно, решили.

Вошли в подъезд. И подъезд какой-то мрачный, неопрятный.

Темноватая неуютная квартирка, обставленная потертой поцарапанной мебелью, произвела на Лиду удручающее впечатление. Снова заныло все в душе: зачем приехала, зачем, зря приехала!

Прошлась по гостиной, разочарованно оглядывая свои владения. Облупившаяся краска на подоконнике, заплаты на бугристом потертом линолеуме. Небольшие окна, почти не пропускающие дневной свет, два стекла в трещинках — явно след мальчишеского хулиганства. Непривычные звуки за стенами, незнакомый, чужой запах. Лида невольно сравнивала со своей — уже бывшей! — квартирой, большой, светлой, с хорошим ремонтом, такой родной и привычной.

— Тут — спальня, — махнула рукой Раиса, показывая. — Тут — кухня.

— Такая маленькая квартира, — озадаченно произнесла Лида.

— Какая есть.

— Куда же я мебель поставлю?

— А зачем ее перевозить? Тут мебель есть.

— Ой, как это? У меня кровати, и двуспальная, и полутороспальная, диван, кресла, шкафы. Пианино. А здесь…

— С пианино тут никак, — подтвердила Раиса. — Играешь?

— Нет. От мамы.

— Ну и зачем оно тебе? Пойдем в офис, с директором знакомиться.

Лида покорно пошла за Раисой. Даже не настаивала, что надо бы умыться и отдохнуть с дороги. Переодеться хотя бы. Раиса торопилась. Ее муж и дети еще утром уехали, Раиса должна была ехать днем, другим поездом. Уже и билеты купила. Верно, пробивная. Правильно про нее Зоя говорила.

Когда они вышли из подъезда, Раиса показала на здание через дорогу:

— Фирма вот, рядом совсем. Очень удобно. Ездить не нужно. Экономия.

Пока переходили дорогу, входили в здание, Раиса поясняла на ходу:

— Мне хорошо было за охламонами моими следить. В окно из кабинета все видела: когда пришли, когда ушли, когда по улице бегают. Прибегу с работы, домой загоню, накормлю — и снова на работу.

Здание, на втором этаже которого размещался офис фирмы, показалось Лиде более привлекательным, чем ее новый дом. Просторный светлый коридор с витающим в нем ароматом хорошего кофе и дорогого парфюма усилил приятное впечатление. «Хоть здесь повезло. Еще бы коллектив оказался неплохим», — подумала Лида, с любопытством разглядывая новую для нее обстановку. Пока были видны только добротные двери, вероятно, за ними вовсю кипела работа, так как никто из сотрудников фирмы им пока не встретился.

Они пошли по широкому коридору, направляясь к самой массивной двери с табличкой «Приемная».

Раиса на ходу махнула в сторону одной из дверей:

— Вот кабинет, там в окно как раз и смотрела, за охламонами своими. Сначала к директору.