Маня Манина – Тихое семейное счастье (страница 21)

— Ничего, найду других.

— Только Вике не говори, — посоветовал Валентин.

Вечером позвонила Вика, поинтересовалась:

— Убедилась? Видела красотку?

— Убедилась, — ответила Лида. — Валентин занимается репетиторством с ее братом.

— А ты и поверила! — засмеялась Вика.

Ее смех кольнул в сердце: «А я поверила!» Да, история какая-то… невероятная.

«Как легко тебя обмануть», — так он, кажется, сказал, сидя на диване в гостиной, когда впервые появился в ее квартире. Легко? Ну, это мы еще посмотрим.

Лида оставила Танюшку бабе Маше и поспешила к уже знакомому ухоженному дому в хорошем районе.

Остановилась недалеко от дома, наблюдая за подъездом. Шалопай десятиклассник, вразвалочку направлявшийся домой, издалека заметил ее и вытащил сотовый. Проходя мимо Лиды, сказал в телефон нарочито громко:

— Не, щас я не могу. Щас к сеструхе хахаль придет, я им для прикрытия нужен.

Лида замерла. Шалопай с довольной ухмылкой протопал к подъезду.

Затем Лида увидела, как к дому подошел Валентин, подождал элегантную девушку, и они скрылись в подъезде.

Лида нервно прохаживалась возле подъезда. Кодовый замок мешал осуществлению ее плана. Открылась дверь, из подъезда вышел старичок. Лида бросилась к двери, проскользнула в подъезд, побежала на третий этаж и, едва переводя дыхание, нажала на дверной звонок.

Дверь ей открыла девушка, все такая же элегантная и полностью одетая, слегка удивленно взглянула на взволнованную Лиду.

— Извините, Валентин здесь? — решительно спросила Лида.

— Да, — кивнула девушка.

— Разрешите? — и Лида, не дожидаясь ответа, стремительно прошла в комнату.

В просторной гостиной, обставленной дорогой мебелью, за большим столом сидели Валентин и парень-шалопай. Перед парнем лежала раскрытая тетрадь. Валентин держал в руках учебник, что-то показывая парню. Напротив них был установлен ноутбук, снимающий их занятие.

Увидев Лиду, парень восторженно хрюкнул: сработало!

Валентин посмотрел на ворвавшуюся жену с печальной укоризной: почему ты мне не веришь?

Увидев деловую обстановку и радостную физиономию шалопая, Лида быстро осознала свою ошибку и попыталась выкрутиться: надо же как-то оправдать свое внезапное вторжение в чужую квартиру и свой дурацкий взволнованный вид.

— Извините. Валя, понимаешь, я вышла, а дверь захлопнулась, дай мне, пожалуйста, твои ключи.

Валентин вынул из кармана ключи, подал Лиде. Она выбежала из гостиной.

— Извините, пожалуйста, понимаете, я вышла на минутку, а дверь захлопнулась, а там ребенок маленький, — торопливо объясняла она сестре шалопая.

— Ничего, ничего, пожалуйста, — понимающе кивала девушка, сочувствуя бестолковой взволнованной мамаше.

Десятиклассник был явно разочарован тем, что все кончилось так быстро и без скандала. Валентин строго взглянул на него:

— Продолжим.

Парень тяжко вздохнул, склонился над тетрадью.

Лида выскочила из подъезда, остановилась, переводя дыхание, прижала ладони к вискам, к горящим щекам:

— Дура, дура! Какая же я дура.

Лида гуляла с коляской, в которой мирно посапывала Танюшка. Что может быть милее спокойно спящего младенца! Лида любовалась на свою дочурку, не переставая радоваться ее существованию. Так приятно ощущать себя мамой!

К ней подошла незнакомая ей женщина — высокая, худощавая, модно одетая и очень ухоженная. Несмотря на ухоженность, женщина производила несколько странное впечатление: вся какая-то восторженная, эксцентричная.

— Извините, ведь это вы пирожки печете? — обратилась женщина к Лиде.

— Да, пеку, — насторожилась Лида, ожидая очередных неприятностей.

— Вы приносили пирожки в фирму, где работает моя знакомая. Она их так расхваливала.

— Спасибо. Только потом почему-то отказались.

Танюшка захныкала, и Лида двинулась по дорожке, толкая коляску. Женщина пошла рядом, доверительно рассказывая:

— Начальнице кто-то сказал, что вы их печете в антисанитарных условиях. И она распорядилась, чтобы никто не брал. С начальством, конечно, спорить не стали.

— Я даже догадываюсь, кто сказал.

Женщина беспечно махнула рукой:

— Не обращайте внимания! Это — мелочи. Вы можете испечь для меня, на заказ?

— Конечно.

— Замечательно! А то иногда так хочется чего-нибудь вкусненького, домашнего. Самой совершенно некогда, ничего не успеваю. Понимаете, муж в разъездах, работа, ребенок.

— Сколько вашему ребеночку?

— Десять.

— Большой уже, десять месяцев, — протянула Лида.

— Десять лет, — поправила ее женщина. — Девочка. Настя.

— Совсем взрослая, — сказала Лида. — Помощница.

— Вы не представляете, сколько с ней хлопот! — воскликнула мама Насти, закатывая глаза. — Все вечера, все выходные сидим с этой ужасной математикой. Я замучилась, Настенька замучилась, учительницу замучили — я ей постоянно звоню, консультируюсь. Учебный год скоро закончится, а у Насти оценки — просто кошмар!

У Лиды тотчас созрел план: а что, если…

— Математика? А если ей заняться с репетитором? — осторожно предложила она.

— Можете кого-то порекомендовать? — с надеждой спросила мама Насти. — Наша учительница отказалась. Больше никого не знаю. Не могу же я доверить своего ребенка неизвестно кому!

— Мой муж занимается репетиторством по математике.

— Замечательно! — восхитилась мама Насти. — Если вы не против, я буду приводить Настеньку к вам, а сама хоть схожу в салон красоты. Совсем себя запустила.

— Что вы! — искренне возразила Лида. — Вы прекрасно выглядите.

Вечером, едва Валентин пришел, Лида выскочила в прихожую и, взбудораженная новостью, сообщила ему:

— Я нашла тебе еще репетиторство!

Валентин недовольно поморщился.

— Они живут тут, в соседнем доме, — продолжала Лида, не обращая внимания на его недовольство, — но ребенка будут приводить к нам.

— Ребенка? — с ужасом переспросил он.

— Девочка. Настя. Десять лет, — деловито пояснила Лида. — У нее проблемы с математикой.

— Пятый класс? Этого мне еще не хватало, — сказал Валентин, переобуваясь.

— Они хорошо заплатят. Отец Насти — дальнобойщик. Мама тоже работает. В конце концов, если ты откажешься, я сама с ней буду заниматься! — заявила Лида. — Деньги нам нужны!

— Хорошо, хорошо. Согласен, — пробурчал он и пошел в ванную.