Мальвина Гайворонская – Одаренная девочка и так себе каникулы (страница 77)

– Вы же не любите технологии, – нахмурилась Пандора, но в ответ получила улыбку.

– А вы – мои «ленивые подкаты», – развел леший руками. – Полагаю, каждому из нас есть чему поучиться, и не только друг у друга.

Дора снова замолчала, но потом уверенно кивнула чему-то своему и неожиданно взяла Александра Витольдовича под локоть.

– Знаете, вот честно: из всех странных вещей в моей жизни ваши пассажи про замужество прочно занимают первое место. А с ними конкурировали и вампир с запасным сознанием, и куча тайн Семьи!

– Польщен? – недоуменно отозвался Пень, не понимая, как реагировать.

– Но одно я знаю точно: вы клевый. Так что Пандора из будущего – если, конечно, вообще надумает когда-то замуж, – обязательно рассмотрит ваше предложение в порядке живой очереди, я ей сообщу. А пока давайте попробуем хотя бы пару минут в день быть самими собой. Мы оба.

– Хорошо, – кивнул он, неспешно ведя девочку под руку через Лес и мысленно приказывая всем растениям и животным ни словечка не докладывать отцу. – Но что значит «оба»?

– Нельзя убедить меня не притворяться и при этом играть кого-то другого, – пожала Дора плечами, словно говорила очевидные вещи. – Вы явно не белый и не пушистый, каким себя держите, а вполне себе рыжий и почкастый. Либо оба играют в открытую, либо оба не играют. В браке, кстати, так же работает.

– Разумно, – кивнул он, – непросто, но разумно.

– Вот заодно и посмотрим, кто в ком первым разочаруется! – бодро отозвалась подопечная, наступив скопом на все мозоли лешего. – Тогда как дойдем – я сбрасываю излишки, вы выращиваете лес и возвращаемся праздновать с ребятами?

– Я тоже приглашен? – приободрился Александр.

– В собственной-то избе? Конечно, – хмыкнула девочка. – Да и потом, вы ж нас с Ганбатой прикрывали и чары Крионикса терпели. Спасибо за это. Правда.

– Абсолютно не за что, – отмахнулся он, выводя ее на знакомую горелую полянку. – Вас придержать, как в прошлый раз?

– Было бы здорово, – кивнула Пандора. – Накопилось прилично, могу шмякнуться, а синяков и без того хватает, спасибо корням. Немного неловко, конечно, но уж точно не после вчерашнего мне возмущаться. Да и вообще… Вы хотите жениться, я хочу удон, а надо дело делать. Так и живем, да?

– Так и живем, – чуть улыбнулся леший, аккуратно обхватывая подопечную со спины и вновь чувствуя, как вокруг него в небо устремляется дикая, неприрученная магия.

Конечно, прихвати они с собой Ганбату, этого разговора точно бы не случилось. Однако, будь вампиреныш сейчас здесь, на полянке, подтвердил бы самым экспертным образом: Пень наконец заработал свою кат-сцену.

Глава 21. Темней всего

– Спасибо за долгую и верную службу, соколики! О, а с вами, кажется, мы уже встречались?

– Надеюсь, мельком. Вы крайне неприятный тип.

После нападения Феникс прошла целая всамделишная, по-настоящему спокойная неделя, и Пандоре самой не верилось, насколько, оказывается, тихой и комфортной может выглядеть ее жизнь. Теперь, когда ночное небо стало естественно темным, а облачка, к величайшему облегчению Ганбаты, снова прикрыли собой малейший намек на солнце над интернатом, он уже не ночевал у Пня, а радостно приезжал к нему по утрам, изредка прихватывая с собой девочек, предпочитавших добираться до избы своим ходом. Поскольку вампирское исследование «Сладких небес» со словарем наперевес не прекращалось ни на минуту, Гена предложила переселить-таки ее в положенную ей комнату в женском общежитии, с Катей, и никаких возражений не последовало. По ощущениям Доры, кажется, ее подруга взялась за что-то вроде шефства над медведицей, и это определенно шло той на пользу: злые фразочки постепенно сменились молчаливыми кивками или мотанием головой, на фоне прежней картины выглядевшими как отличный дипломатический прогресс. Конечно, в АСИМ имелись все эти геймерские крутые штуки с кинотеатром и не только, но собирались ребята по-прежнему у лешего: Гена с Ганбатой вообще не понимали смысла игровых приставок («Зачем мне куда-то ходить, если “Сладкие небеса” есть в телефоне?»), а Катя, на первое место ставившая комиксы, спокойно читала их со смартфона. Наверное, стороннему наблюдателю их посиделки не показались бы веселыми: ребята просто плюхались на полянке под навесом, растянутым для вампиреныша и всех желающих, преимущественно молчали, уткнувшись каждый в свое, и изредка обсуждали это свое друг с другом. Но, по мнению Пандоры, именно так и выглядело ее маленькое личное счастье. Александр Витольдович тоже присоединялся к компании, обычно разместившись где-нибудь в уголке с вызывающим мысли о глубокой исторической ценности фолиантом, и, помимо прочего, девочке было забавно наблюдать, как он, зачитавшись, нет-нет да и забывался: то совершенно непривычно и озорно хмыкнет, то глаза закатит, а один раз, явно увлекшись, чуть не закинул ноги на растянувшегося неподалеку Репу! Спохватился мгновенно, но Дора взяла на заметку. Гена же, державшаяся как можно дальше от остальных, но всегда – со стороны Кати, каждый день получала от той на изучение очередную нетленку: то комикс с телефона Красношапко, то фильм в наушниках, а то и выбранную Катей книгу из библиотеки. Смотрела на все одинаковым оторопело-неверящим взором, но вроде не противилась. Вездесущий енот, ненавязчиво старавшийся подставить девочке пузико и под осуждающим взглядом господина неизменно убегавший по хозяйственным делам, завершал картину. Хочешь – на траве валяйся, хочешь – в гамачке читай, главное – вместе. Порой Пандоре думалось, что всем им словно не хватало кого-то в жизни, потому ребята и сбились в собственное подобие небольшой стайки. Удон, кстати, у Александра Витольдовича вполне себе получился, пусть и не с первого раза, и жизнь в избушке на отшибе потихоньку приобретала привычный привкус комфортного лета на даче.

Сегодня, к примеру, ребята собрались нарушить традиции и скататься в кинотеатр того самого ближайшего торгового центра, куда учащихся АСИМ все-таки отпускали: в прокат вышла некая очередная супергероика, которую Катя очень-очень ждала и хотела увидеть быстрее, чем нахватается спойлеров из соцсетей. По заверениям Ганбаты с Геной, не дома кино они ни разу не смотрели, а потому решение поехать всей толпой группа приняла единогласно. На плечи же Пандоры возложили задачу договориться с Ириной их сопровождать, и ребятам повезло: наконец-то переставшая писать как угорелая библиотекарь тоже оказалась не прочь развеяться, особенно если ей и билет оплатят, и подвезут туда-обратно. Клятвенно заверив опекуна, мол, лента семейная и бранных слов сильнее «чертья жопа» в ней не будет, и заодно пообещав держать Ганбату за руку на страшных моментах, Дора получила-таки зеленый свет.

Сейчас компания ехала на двух машинах, девочка изучала проносящийся за окном пейзаж и робко надеялась, что очередное капустное поле до горизонта принадлежит какому-нибудь местному фермеру, а не ее знакомому лешему. Поселившиеся в голове мысли грели душу. Да, мамы не стало, но ее частица спит в кинжале и не бросила никого: ни сестру, ни дочь. Папа, пусть ничего и не помнит, зато в интернате, буквально под боком, и, когда начнутся занятия, они будут часто пересекаться и за ним вполне получится присмотреть, тем более под покровительством Альмы Диановны в его безопасности не приходилось сомневаться. Тетя Таня, конечно, далеко, в Москве, но судя по виденному Пандорой, если их с патриархом отношения и не наладились окончательно, то явно от этого не далеки. В общем, лучше обоих пока оставить наедине, тем более что целый термос волшебного кофе терпеливо ждал своего часа на одной из многочисленных полочек в избушке старьевщика. Пожалуй, больше всего волнений было за Димку – брат всегда умел найти приключения на ровном месте, – но он же с Лолой, под присмотром которой вряд ли забалует и шею уж точно не свернет. А Дора пока подрастет, разберется в себе, станет взрослой – и вернется к ним, помогать чем и где может. Да, так будет правильно. А пока – тихонько жить и ждать…

И чем теплее и оптимистичнее делались ее мысли, тем обиднее оказалось увидеть в окно вампирского «мерседеса» три неприметные иномарки, проехавшие мимо них по направлению к АСИМ. В обычной ситуации девочка могла и вовсе не обратить на них внимания, но проселочная дорога, не страдавшая от повышенного трафика, единственно возможная цель пути и общее положение дел места для сомнений не оставляли. Богатыри.

Тоже увидевшая машины Катя скосила взгляд на подругу и, к удивлению Гены, поинтересовалась:

– Разворачиваемся?

Пандора покачала головой:

– Не стоит. Полагаю, наивно было надеяться, будто победу над Феникс никто не заметит.

– Мы не вмешаемся?

– Если понадобимся взрослым, нас позовут, – буднично пожала плечами Дора, но в итоге вздохнула: – Хотя, если честно, внутренне уже начинаю молиться, чтобы связь в кинотеатре не ловила.

Катя понимающе хмыкнула, но медведица встревоженно уточнила:

– Всё в порядке?

Вопрос заставил ведьму задуматься.

– Нет, Ген, все очень сильно не в порядке. Но, насколько я понимаю, именно такое состояние у нас в порядке вещей.

Тем временем в Москве, в кофейне под приметной вывеской с русалкой, один успешный бизнесмен коротал обеденный перерыв за чашечкой американо и всеми силами старался приучиться обращаться к своей собеседнице на «ты». Получалось с трудом и не всегда с первого раза, но он дерзал снова и снова, особо лелея возможность звать русалку по имени: после этого ее ушки настолько стабильно краснели, что аж сердце пело. В общем, Богдан Иванович был по самую маковку влюблен, знал этому чувству название и упивался им – впервые в новой жизни.