Мальвина Гайворонская – Одаренная девочка и так себе каникулы (страница 10)

Снаружи громко затрещало, и Дмитрий с опасением покосился в окно. Где-то там, под кроной ночного подмосковного леса, радостно бежал за кортежем не замеченный никем, кроме особо неудачливых грибников, Центнер. Богатыря такой способ транспортировки мотоцикла откровенно тревожил, но в случае, если что-то пойдет не так, лишним «щеночек» точно не окажется. Да и Лохматыч клятвенно заверил, что подчиняется эта чуда-юдина только непосредственно ДТП и настроена на поиск и следование за хозяином, так что обойдется без травматичных эксцессов. В глубине души Дима понимал, что окончательно на «да» чаша весов склонилась, когда он представил, как вытянутся при переводе мотоцикла в другую форму лица патриарха и русалки, – и не прогадал. Определенно, оно того стоило. А вот стоило ли их путешествие пятнадцатичасовой дороги – хороший вопрос…

Впереди замаячил силуэт знакомой избушки, и через пару минут машины плавно затормозили. Растолкав отца, Дмитрий вышел из «мерседеса» под хруст суставов, буквально ощущая, как кровь возвращается в казалось бы покинутые ею ноги, но вдруг заметил стоявшую у калитки бабулю. Вид у той был самый располагающе-традиционный – платочек, шаль на плечах, морщинистое округлое лицо и широкая улыбка, которую портили разве что неестественно хорошие зубы. На всякий случай Дима бросил взгляд на избу – нет, они там, где надо. Тогда это еще кто?

Батя смотрел на старушку с подозрением, вампир с русалкой недоуменно переглядывались, но Лола спокойно подплыла к ней и, кивнув мимоходом, подлетела к крыльцу. Нетерпеливо оглянулась.

– Не тушуйся, касатик, куда надо приехали, – заговорила старушка, и голос ее звучал подозрительно гулко. – Я так, посмотреть на вас вышла да шум приглушить, шоб дурень раньше времени панику не развел. С него, болезного, станется… – Она открыла калитку и широким жестом пригласила их на участок. – Идите-идите. Пока в звоночек не жмякнете, местный хозяин о вас и знать не будет.

– А вы, собственно… – начал было ДТП, но тут его с неожиданной силой взяли под локоток и чуть ли не волоком дотащили до двери.

– Мадам Безвариантов, но можно и просто – бабуля Беза. Я тут за Дорочкой приглядываю, шоб остолопу жизнь медом не казалась.

Пока что она не казалась медом исключительно Дмитрию:

– Но мы же к ней и…

– Да знаю я, знаю, соколик! – старушка заулыбалась еще шире. – Дурного вы не замыслили, а с благими намерениями пущай дубина этот сам разбирается. А то ишь удумал – меня в тень ставить.

– Что? – без надежды переспросил ДТП.

– Ничего-ничего, это я так, о своем, о женском, – снова широко улыбнулась бабуля и, явно наслаждаясь, надолго утопила кнопку звонка в стене. За дверью послышались торопливые шаги, и старушка быстро шепнула Диме на ухо: – Будет стращать или рожу недовольную корчить – осади, мол, меня самолично зазывал, а остальных бабуля Беза пустила. Нехай учится не только глазки строить, но и дело делать, марьяжник горемычный… О, гляди, птичка!

Абсолютно на автомате богатырь проследил за рукой женщины, но никаких птичек не заметил. Более того, самой бабули, только что стоявшей перед ним, тоже и след пропал, а в поле зрения имелось лишь полное скепсиса лицо Лолы. Но ненадолго. Дверь отворилась, и перед четверкой незваных гостей появился сам владелец избушки – растрепанный, босой, с явно читавшимся «вас здесь не ждали».

Ну, хотя бы это шло по плану.

Увидев на пороге полный набор незваных гостей, Пень сразу смекнул, почему Ганбата оказался таким понимающим и был готов подыграть: вселенная во всем ищет баланс и привыкла усугублять с небольшими перерывами. Ладно сам богатырь – тому старьевщик почти обрадовался, ибо брат пользовался у Доры в разы большей, чем заморский певец, любовью и, в отличие от последнего, явно не сошел бы за претендента на руку и сердце ни под каким соусом. Тетка – предположим. Александр Витольдович не решил для себя, как расценивать влияние Татьяны на подрастающее поколение, но та хотя бы не строила свою жизнь вокруг отношений – по крайней мере, в отсутствие патриарха, а нынче тот маячил неподалеку. Но хуже всего была вишенка на торте – плохо выбритый полусонный мужчина в костюме явно с чужого плеча. Еще и отца притащили. Для полного набора «воссоединение семьи» не хватало обоих дедушек и стада тетушек, но и в текущей комплектации явно вырисовывались сплошные проблемы. Глядя на потрясающую перспективу лишиться и той толики доверия, которую он уже завоевал, Александр Витольдович выдал единственный вопрос, который ему позволяло задать воспитание:

– Какого хрена?

Богатырь на секунду стушевался, и тут вмешался Богдан Иванович:

– Княжич, не сочтите за дерзость, но я хочу пообщаться с вашей протеже. По какой-то причине она вошла в доверие к моему сыну, и, как и всякого родителя, меня это несколько тревожит.

– Так тревожит, что аж интернет ей провели, меня не спрося? – парировал леший, но, не дав ответить, продолжил: – Причина проста – каким-то чудом на всю округу оказалось целых два индивида, готовых слушать японские песни, и спасибо АСИМ – эти два одиночества встретились. Видит Лес, страдаю не меньше вашего, захотите повздыхать о музыкальных вкусах современного поколения – милости прошу, но не сегодня, не здесь и в урезанном составе. Не рад был повидаться, всего доброго. – Пень попытался закрыть дверь, но четверка незваных гостей за нее разом ухватилась.

Вампир продолжил:

– И тем не менее я хотел бы переговорить с сударыней напрямую. У моих спутников тоже есть к ней вопросы, и, полагаю, по законам сказочного гостеприимства пустить нас вы обязаны.

– Скорее, могу, – поправил его старьевщик, – а могу и в печь засунуть. Гостеприимство на опушках леса – оно такое, сомнительное. И как вы вообще сюда добрались?

Тут вмешаться решил уже Дима:

– Ты сам мне заявил, что я буду к тебе наведываться, и свою часть сделки я выполнил – ни единой сигаретки в карманах. Теперь и ты выполняй свою.

– Это какую? – искренне растерялся хозяин избы.

– Отца спрячь.

Пню начало казаться, что сегодня все окружающие немного Ганбаты: он упорно не понимал происходящего.

– Когда я говорил, что вы будете у меня что-то прятать, я вовсе не взрослого мужчину имел в виду!

– Ну так изъяснялся бы конкретнее, – нашелся богатырь, – а то сам развел таинственность, а теперь на меня валишь. С ним-то мне что делать? Куда я его дену?

– Да куда угодно, только не сюда!

– Да ну? И мы после стольких часов дороги обратно поедем? А как же бедные зверушки, которые будут пугаться трупиков усталых путников в лесу?

Старьевщик поджал губы:

– Вы не понимаете, как рискуете сами и на какой риск толкаете меня даже просто сюда заявившись!

– И в чем же заключается упомянутый риск?

– Пандоре это не понравится! – выпалил Александр Витольдович.

Незваные гости уставились на него как по команде, а ДТП еще и выгнул бровь:

– Ты сейчас серьезно?

– Серьезнее, чем вы думаете!

– Тогда без проблем. Я с ней переговорю, и все будет хорошо.

– Нет! – Пень буквально бросился ему наперерез. – Говорить вам точно не стоит!

В сознании лешего избушка вовсю сигналила, что подопечная проснулась и, пусть и не слышит происходившего на улице благодаря чарам дома, но странное все-таки за счет своих способностей чует. Кинув быстрый взгляд на окна на втором этаже, старьевщик принял решение:

– Так и быть, переночуете по-тихому, только на глаза ей не попадайтесь. И машины свои с дороги отгоните куда хотите – лишь бы тут не торчали!

Через несколько минут, когда шторы в комнате Пандоры неуверенно приоткрылись, снаружи остались лишь тьма, немного лунного света, совершенно пустая дорога и один очень довольный собой межевой камень.

Поскольку Ганбату Пень ожидал, диалог с ним состоялся в кабинете, освещенном огнем в камине. Том самом камине, который леший обещал поддерживать круглосуточно горящим на случай дамских нужд, поэтому сейчас, зная, что девочка почувствовала неладное, Александр Витольдович решил спрятать четыре потенциальные проблемы в том месте, куда сударыня шла с наименьшим желанием, – на кухне. Практически втолкав в помещение незваных гостей и плотно закрыв дверь, старьевщик попытался воззвать к совести:

– Богдан Иванович, представьте на секунду, как бы вы себя повели, завались подобная делегация к вашей подопечной. Неужели бы с радостью распахнули двери?

– Признаю, нет, – кивнул патриарх, стараясь сохранить достоинство, даже сидя на покрытой ажурной салфеткой табуретке. – Однако, будь это личности, вызывающие доверие, я бы как минимум дозволил им пообщаться – конечно, в своем присутствии.

– Вот так новости! И кто же из прибывших, позвольте узнать, по вашему мнению, должен вызывать доверие?

Татьяна подала голос:

– Ну меня ты знаешь…

– Я всех вас знаю! – отбрил Пень. – И поверьте, именно поэтому…

– А меня откуда?

Кирилл заговорил последним, но вопрос попал в точку – леший чуть замялся. И тут же младший богатырь, почуявший слабину и решивший довериться чуйке, не иначе, пошел ва-банк:

– Бать, так Дору-то сюда Семья отправила. И раз Королевой была твоя женушка, подозреваю, что и ты товарищу княжичу примелькаться успел. Более того, готов спорить – небось сам сюда и определил.

Бляблин нахмурился:

– Это чем нас так прижало, что аж к тебе пришлось бедного ребенка сослать?