Мальвазия Мишечкина – Укрощение строптивого Дракона 2 (страница 7)
Вот и возникает передо мной такой важный для моей новой жизни вопрос – пора делать все, чтобы вернуться с Тереком и графиней к ее вассалам?
Там уже привычная жизнь, в принципе, максимально возможная в такие суровые времена, если ты сама не из дворянского звания.
Но без всякого намека на любовь.
Или рискнуть жизнью и просто своим существованием, много ночей спать в лесу, лишь бы, как говорится, с милым рядом?
И хочется, и колется, и все совсем непонятно на самом деле!
Собирается Дракон как-то пробиваться в другие земли из уже почти намертво оцепленного района графства?
Не сегодня и не завтра, но, как только владетельные феодалы поймут, что банда, наводившая страх и ужас последние три месяца на эту горную часть графства, как-то мгновенно разбежалась, а теперь пытается скрыться незаметно, они сразу разошлют дозоры по всем проселочным дорожкам.
Все примерно понимают, сколько собрано всякого добра и одного только золота при караване графа, поэтому искать станут очень старательно беглецов. Потому что есть сильно практический интерес найти хотя бы часть награбленного.
Но у Дракона могут иметься еще другие варианты.
Уходить в горы и пытаться их перейти? Такое вообще возможно?
Или попробовать отсидеться где-то здесь же в укромном месте?
Вариантов много, но мне обязательно нужно понять, на какой из них рассчитывает мой господин Дракон?
Как мне нравится его называть, пусть с понятной толикой ехидности, но давно я здесь такого господина искала, откровенно говоря.
Не стану себе врать, что не такая, что жду трамвая, которого здесь точно не дождаться.
В своих, конечно, девичьих мечтах о великой любви и сильном плече, к которому можно прислониться усталой попаданке, страдающей от проклятого одиночества в такие невероятно простые времена.
Ну и здоровый секс с понравившимся мужчиной очень даже приветствуется.
Все имеющиеся варианты спасения довольно сомнительные для меня самой, когда задеты интересы самых могущественных дворян в здешних землях, но я все же не местная жительница, почти ничего про горы, лежащие передо мной, не знаю.
Дракон со своими приятелями – как раз самый-самый местный человек, может понимать то, чего другие тоже не знают.
И правильным образом использовать свои знания для надежного спасения, иначе какой тогда был смысл устраивать невероятно продуманные и хитрые засады на графа? Три раза очень эффективно стучать его светлость промеж ушей по глуповатой голове?
Отнимать у него большую казну, если ей же потом не воспользоваться настоящим образом?
«Правда, напасть и захватить – треть дела. Вот уйти с награбленным живым – мало у кого получается. А уж чтобы потом жить долго и счастливо – вообще почти без шансов! Но на такого продуманного красавца у меня имеются очень большие надежды!»
В горах от графского золота большого толку нет, есть его тоже не получится, зато с его помощью можно подкупить дозорных дружинников с этой стороны гор или рассчитаться за помощь с жителями с другой стороны Сиреневых гор.
«Понимаю только одно, после разгрома графской дружины и смерти самого главного здесь феодала, да еще плененной графини – ловить и искать Дракона с его людьми станут очень-очень серьезно. Скорее всего, обязательно найдут, правильно организованной облаве обычные крестьяне никак противостоять не могут обычно. Но он уже показал себя невероятно продуманным полководцем на таких реальных минималках, именно в схватках с графской дружиной, значит, мог приготовить такой же надежный путь для отхода. Как тогда с холма при дороге, с которого сделал первый шаг к окончательному разгрому графского каравана. У него теперь очень много золота имеется при себе, поэтому есть понятный смысл выжить сейчас, чтобы неплохо продолжить существовать в других местах», – размышляю я, видя то, что творится вокруг меня.
Суда по тому количеству еды, которые сейчас готовятся поднимать еще куда-то выше, возможность отсидеться в горах, где-то в сильно укромном месте, он тоже однозначно принимает в расчет. Потому что тут еды примерно на пару десятков народа хватит на несколько месяцев, судя по количеству мешков с зерном, сушеным мясом, специями и крупами, еще в бочонках много солонины и такой же соленой жирной рыбы.
Еще есть свертки и тюки с оружием, на лошадей навьючены, но не сказать, чтобы очень много.
«Если такие огромные запасы вообще удастся поднять наверх. Десять лошадей и двадцать пленников с пленницами могут, в принципе, решить такой вопрос. Только не за один раз, конечно, им придется раза три-четыре подняться и спуститься за тем, что останется здесь лежать, – и такое я тоже вижу. – А завтра к обеду здесь уже дружины мечтающих о мести феодалов появятся».
Только вряд ли Дракон мне так сразу все расскажет, сначала я должна стать у него своим человеком, желательно самым-самым близким по жизни.
«А что, я на все согласна, не стану перед собой вообще недотрогой прикидываться», – и такое свое отношение к своему повелителю тоже уже понятно мне.
Пока я только пленница, которая очень понравилась внешне, но заодно умудрилась серьезно расстроить молодого мужчину своим коварством. Могла ведь и убить, пока клинок был плотно прижат к его беззащитному горлу, но почему-то не стала наносить раны.
Нужно было всего-то воткнуть лезвие в горло Дракона и закончилась бы жизнь такого незаурядного красавца.
Через пару или пять минут времени, а потом добить его ближайшего помощника и путь к спасению даже с бестолково-немощной графиней вполне оказывался открыт.
«Что он, интересно, думает о моем странном милосердии?» – приходит в голову мысль.
Может – испугалась отнять жизнь, может – есть у нее какие-то планы на него.
Или на то, что у него при себе имеется.
«Еще о золоте, отнятом у графа, могла серьезно задуматься, если особо меркантильная особа», – хорошо понятно мне.
– Далеко лошади и люди понесут мешки и бочонки? – начинаю я с разведки.
– Не очень, до вечера доберемся, куда требуется, – начинает мне отвечать мой номинальный хозяин.
– И лошади туда пройдут? – уточняю я.
Ясно же, что скоро подъем станет совсем трудный, каменистые обрывы и узкие тропинки допустят на себя только людей, лошади там никак не пройдут.
– Нет, лошадей придется разгружать, дальше смогут идти только носильщики! – морщинка легла поперек лба Алексиса.
Ага, явно слабая часть его плана, люди смогут поднять груз за лошадей, только далеко не за один раз.
А вот времени на такой трудовой подвиг может не хватить.
– Тебе столько пленников для чего вообще нужно? Только трофеи поднять в горы? Оружие, броню и прочее? – продолжаю расспросы я.
– Думаешь, я должен тебе на все вопросы ответить? Северянка? – удивился Алексис, теперь уже довольно снисходительно глядя на меня.
Придется выкладывать один из козырей, ибо требуется прямо сейчас продвинуться дальше в разговоре.
– Если ты хочешь, чтобы я по доброй воле осталась с тобой, мне нужно знать довольно много. Твои планы – куда ты думаешь уходить сейчас? Если погоня начнется уже завтра? – не уступаю я. – Сегодня вассалы графа узнают о его смерти, завтра уже выступят из Вицкуля и Петриума вслед за тобой!
– Можно и без доброй воли тебя оставить! – тут же вспыхивает и начинает горячиться Дракон. – Если тебе мила жизнь, сама должна понимать!
Еще и угрожает мне за то, что я хочу в душе остаться с ним, но должна тогда участвовать в решении всех вопросов, а не только молчать и соглашаться, как просто какая-то добыча.
– Можно, но такое наше общение будет совсем не то, что тебе нужно! – уверенно заявляю я.
Про то, что могу сбежать в любую секунду – предупреждать не стану. Лучше просто наглядно покажу свои незаурядные возможности, если разговор не получится и взаимного понимания не случится.
«В любом случае я должна обязательно спасти графиню и Терека», – напоминаю себе.
– Смотри, я скажу тебе, что успела увидеть и понять сейчас, пока мы прошли мимо каравана, – я хорошо знаю, что мысли женского населения здесь в таких серьезных вопросах никому глубоко не интересны.
Но у меня уже есть кое-какая репутация даже среди его банды, и еще моя внешность явно зашла самому Алексису.
Я еще помню, с каким восторгом он смотрел на меня сначала.
– Хорошо, я тебя выслушаю, северянка, только немного попозже! – слышу я в ответ, поэтому замолкаю и жду.
Алексис отдает распоряжение Вильфору, на сколько грузить лошадей дружинников, чтобы они могли подняться повыше.
– Это строевые лошади, они привыкли таскать тяжелого всадника на своем горбу, а не повозку, так что вешайте побольше на них, примерно на пятую часть. Те, которые выпряжены из повозок, на них немного поменьше. На шалтайцев можете на четверть больше грузить, они очень сильные сами по себе, – слышу я его слова.
Снова смотрю на лицо Терека, стоящего метрах в тридцати от нас, делающего теперь вид, что не знает меня.
Понял, что я его увидела, а раз спокойно и сама вся такая свободная разговариваю с главарем банды, значит, есть у меня возможность похлопотать о своем добром приятеле.
Или может появиться со временем.
Вильфор убегает передать распоряжения главаря остальным бандитам, скоро караван двинется вверх, тогда Дракону явно станет не до разговоров со мной, поэтому требуется поторопиться его в кое-чем убедить.
– Я вижу у тебя десяток лошадей, из них все четыре шалтайской породы и два десятка носильщиков. Караван получится очень длинный, а у тебя всего шестеро воинов. Хотя, какие из крестьян воины? Только из кустов могут пару стрел пустить? Так ведь? – начинаю я серьезно разговаривать с Алексисом.