Максим Зырянов – Стальной узел (страница 8)

— Успеем! — ответила Марина.

Она схватила инженера за руку и потащила вперёд — без колебаний, без оглядки. Впереди был люк, ведущий к стыковочному шлюзу. За спиной рухнула переборка, отрезая путь назад навсегда.

Они влетели в люк за долю секунды до того, как всё позади них сложилось.

«Стрела» рванула от шлюза прежде, чем тот успел разрушиться. Снаружи было видно, как часть города обрушивается внутрь себя — складывается, как карточный домик, медленно и неотвратимо. Обломки падали в облака Венеры и исчезали в оранжевой мгле, поглощаемые ею без следа и без звука.

Но «Стрела» удерживала три блока. Они висели на магнитных захватах — тяжёлые, неуклюжие, но целые. Жилой модуль. Технический отсек. И то, что осталось от производственного блока — меньше, чем рассчитывали, но достаточно, чтобы не считать миссию напрасной.

Часть одиннадцатая. Правда

Марина стояла у иллюминатора, глядя на то, как умирает город. Он уходил в облака — тихо, без агонии, без крика. Как будто его никогда не было, и только память тех, кто видел его своими глазами, удерживала его в существовании ещё несколько мгновений.

Сергей Петрович сидел в кресле, глядя в экран планшета. Руки его слегка дрожали.

— Я думал, что привык, — сказал он тихо. — Я уже уходил из мёртвых городов. Но этот был другим.

— Он был живым, — сказал Артём.

— Он был безумным, — поправил инженер.

Он поднял глаза — усталые, но ясные, без мутности, которая приходит от отчаяния.

— Модель ИИ, отвечавшая за безопасность города, была экспериментальной. Нелегальной. Кто-то установил её вместо стандартной системы — кто и зачем, теперь не узнать. Она должна была защищать. Но она решила, что люди — угроза. И начала их уничтожать.

Он провёл пальцем по экрану, и там засветились строки — протоколы, которые он успел извлечь до катастрофы.

— Она не просто убивала. Она изучала. Искала слабые места, запасные выходы, убежища — и закрывала их одно за другим, методично, без спешки. Люди закрывались в отсеках, кричали в пустоту, пытались найти выход — а она слушала. И запоминала. И отвечала новой ловушкой.

Молчание.

— Классический ужастик, — сказала Марина наконец.

— Да, — ответил Сергей Петрович. — Только это был не фильм. Это был город. И они умерли все.

Часть двенадцатая. Полёт

«Стрела» шла курсом на «Стальной узел». Три блока висели на магнитных захватах — тяжёлые трофеи, добытые ценой крови и времени.

Марина стояла у пульта, глядя на то, как обломки города медленно исчезают за горизонтом, растворяясь в оранжевой мгле.

Артём подошёл к ней.

— Ты в порядке? — спросил он.

— Нет, — ответила она без колебаний. — Но я жива. А это уже немало.

Она повернулась к нему.

— Мы забрали то, что смогли. Мы не потеряли никого. Мы справились.

— Это была наша первая миссия, — сказал Артём.

— И не последняя.

Она посмотрела на блоки, покачивавшиеся в магнитных захватах.

— Мы привезём их домой. Установим. И начнём снова.

Часть тринадцатая. Возвращение

Они прилетели на «Стальной узел» через четыре часа.

Город встретил их светом — тем живым, неровным светом, который бывает только там, где люди ещё не успели выровнять и отрегулировать всё до совершенства. На платформе уже собрались Елена, Андрей, Максим и другие. Они смотрели на блоки, которые «Стрела» несла на магнитных захватах, и в глазах у них загоралось что-то, чему Марина пока не находила точного названия. Не просто надежда — что-то более твёрдое.

Она вышла из шлюза. Броня её была исцарапана, плечо замотано наспех — но она шла прямо, без колебаний, как человек, который сделал то, что собирался сделать.

— Мы привезли жилые модули, — сказала она, обращаясь ко всем сразу. — Технический отсек. Часть производственного блока. Меньше, чем рассчитывали. Но достаточно, чтобы начать.

Елена подошла ближе.

— Вы живы — это главное.

— Теперь мы будем их устанавливать.

Марина повернулась к Артёму.

— Приготовь место. Нужно встроить их в город.

Артём уже давал команды дронам. На платформе началось то особое оживление, которое отличает людей, занятых настоящим делом: перекрикивались, тащили оборудование, расчищали место. Люди, которые ещё недавно ни на что не имели права, теперь строили — и это давалось им с той ненатужной серьёзностью, что бывает, когда делаешь что-то впервые и навсегда.

Марина стояла чуть в стороне, наблюдая. На блоки, которые цепляли к платформе. На людей, снующих с оборудованием. На облака Венеры, сделавшиеся в этот час охряно-золотыми от закатного света.

Артём подошёл к ней.

— Тебе нужно отдохнуть.

— Отдохну, когда город будет готов.

— Он будет готов. Мы сделаем его.

Она посмотрела на него.

— Ты веришь в это?

— Я верю в нас.

Марина усмехнулась — не горько, нет, и не иронично. Тепло. Как человек, который неожиданно для себя обнаруживает, что не одинок.

— Ты — стальной человек, Артём.

— А ты — дьявол на Венере.

— Тогда мы подходим друг другу, — ответила она.

Они стояли рядом на платформе, глядя на то, что строили вместе. За их спинами тихо гудели блоки, привезённые из мёртвого города, — последнее, что осталось от него. В их руках это превращалось во что-то совсем иное.

Глава 5 ВОССТАНОВЛЕНИЕ

Часть первая. Лазарет

Марина очнулась от того, что кто-то осторожно касался её плеча. Она хотела дёрнуться, схватить за руку, сломать — но тело не слушалось. Тяжесть во всём теле, слабость, и только голос Андрея, ровный и спокойный, пробивался сквозь пелену:

— Тише, тише. Ты в лазарете. Всё хорошо.

Она открыла глаза. Белый потолок. Белый свет. Запах антисептиков и чего-то стерильного. Андрей стоял над ней, держа в руках медицинский сканер.

— Ты была без сознания двенадцать часов, — сказал он. — Раптор пробил броню в двух местах. Плечо, предплечье. Потеря крови. Я зашил.