Максим Злобин – Владыка Нового Мира 2 (страница 35)
Всё, что ни делается, всё к лучшему.
– Если так дальше пойдёт, то здесь когда-нибудь нефтяное месторождение будет, – сказал я, оглядывая окрестности стоянки.
– Если так дальше пойдёт, Харон, то из-за трупов уровень поверхности скоро достигнет высоты частокола, и тогда нам конец.
– Паникёрша ты, Вадимия.
Мендель аж очки с себя сорвал, уставился на меня и обиженно засопел.
– Не-не-не! – тут мне пришлось объясняться, тем самым расписываясь в неудачности шутки: – Это я тебя не из-за чулок Вадимией назвал, типа ты баба. Это я дочку сэра Додерика вспомнил. В честь тебя назвали. Серьёзно! Потом сам у него спросишь…
ДЫ-ДЫ-ДЫЩ!!! – очередной взрыв и следом, – Вз! – на нашу башенку портировалась Шампурелла.
– Владыка! – крикнула радостная гоблинша. – Владыка, смотри! – и указала на север.
А там, в са-а-а-а-амой-самой дали горизонт внезапно оказался чист. Хоть и неузнаваем, – раньше там было по-болотному зелено и приятно, теперь же десятки тысяч бабуиньих ног подняли ил и превратили пейзаж в грязно-коричневое месиво. Но всё равно.
– Отбились, Владыка!
– Отбились, – буркнул я и посмотрел на часы.
Чего бурчу? Пока и сам не понимаю, но сейчас всё это быстренько отрефлексирую. Казалось бы, да? «Нормально делай – нормально будет», – этими словами прошита сама ткань мироздания. Вот мы и отбились, потому что нормально подготовились и ни разу нигде не накосячили.
Но!
Во-первых, меня поражает сама формулировка «нигде не накосячили». Она странная, и как будто бы не имеет никакого отношения к моей биографии.
Во-вторых, у меня не сходится калькуляция. Не то, чтобы я тысячу раз переживал бабуинью осаду в крохотной болотной крепости, – признаться, со мной такое впервые, – но масштабных побоищ на своём веку повидал. И на мой взгляд битва, лейтмотивом которой было «огромное число противников», не может закончиться за три с небольшим часа. Даже учитывая взрывы Доди. Даже учитывая одичалость противника. Слишком быстро! Солнце только-только к закату начало клониться, а я всерьёз рассчитывал как минимум на сутки боя.
В-третьих, меня теперь не покидает чувство недосказанности. Всё прошло не только слишком быстро, но и слишком просто. Градус опасности рос, рос, рос, а потом вдруг… пшик и сдулся. Драма дряблая, как старушечий локоток. А я тем временем уже всерьёз настроился хоть чутка попревозмогать.
– И что, хочешь сказать они заканчиваются? – переспросил я Шамурскую.
– Ну да!
– Что, прямо вот все?
– Ну… да, – кажется, до нас с гоблиншей одновременно начало доходить что к чему.
– Твою м-м-м-мать, – игнорируя лестницу, я спрыгнул с башни вниз.
В полёте напитал щиты, прошиб крышу и чуть было не задавил семейство гоблинов. Затем пулей вылетел из избы и перепрыгивая зеленокожих чуть ли не через голову, рванул к противоположной, южной вышке.
Как поднимался не помню. Но явно не карабкался, – должно быть перемахивал через перекладины, подкидывая сам себя. Но вот, наконец-то залез, посмотрел вдаль, а там…
– Гхм… Да…
Хорошенько прореженная, но всё равно огромная толпа бабуинов неслась на юг. Этой грёбаной стае было непринципиально добраться до нас. Какие ещё, к чёрту, принципы у неразумных? Это реально… стихия! Тому же дождю глубоко похер, если он вдруг не намочил какой-то кусочек суши; он тупо идёт дальше. А волна не обижается на волнорез, и уж тем более не пытается его прожать.
Вот и бабуины. Напоролись на Большой Стоян, обласкали его со всех сторон и пошли дальше.
А теперь вспоминаем слова Хозяйки. «Этому циклу уже многие тысячи лет». И всё! Без конкретики в датах. То есть последняя волна бабуинов вполне могла накатить в тот момент, когда люди ещё не пришли в Иномирье. Ну а теперь же…
– Теперь они идут на Новый Сад. Так…
Крепостная стена в городе повыше нашей будет, а уж покрепче в разы. Но пригород-то, рот-тот-наоборот! Незамеченные издалека твари выскочат из лесной опушки, за несколько секунд преодолеют Трассу, и окажутся среди жилых домов, прямо в человеческой толпе.
Остановить мы это уже не сможем, но нужно попытаться хотя бы минимизировать жертвы. Отбить, защитить, помочь…
– ТИХО ВСЕМ!!! – что есть мочи заорал я и обернулся на стоянку.
А внизу тем временем у некоторых уже от жопы отлегло – забегали, засмеялись.
– ТИХО!!!
Как же жаль было секунды, потраченные на то, чтобы гоблины угомонились и повернули свои светлые головушки в мою сторону, а ведь впереди ещё спич. Благо, что он уже готов, – сам собой возник из ниоткуда.
– Разящее Весло! – крикнул я и дождался, когда над стоянкой установится полная тишина. – Я мог бы сказать вам, что это ваш звёздный час! Мог бы сказать, что именно сегодня вы можете доказать людям, что достойны жить с ними бок о бок! – тут я замолчал, пока не дождался в ответ слабенькое:
– Да, – из толпы.
– Я мог бы сказать, что впервые за всю мировую историю вы дали отпор вашему извечному врагу! А потом спросить: не желаете ли вы добить тварей и навсегда избавиться от страха?!
– Да!
– Я мог бы взывать к вашей жалости! К жалости и ко всему лучшему, что только есть в вас! А ещё к доблести, которой у болотного народа хоть отбавляй!
– ДА!!!
– А в конце дать вам выбор! Сказать что-то типа: «кто хочет помочь, милости прошу», – и оставить вас наедине с собственной совестью!
– ДА-АААА-ААА!!!
– Так вот у меня такой х***и не будет!
– Да?
– А теперь все, кто в силах держать оружие! Жопу в руки и бегом за мной! А тому, кто попытается отсидеться за стенами, я лично голову оторву!
– Нужно уходить! – крикнул молоденький гвардеец, но Сергей Игнатьевич его не слушал.
– Р-р-р-рРра-ааа!!! – уже почти полностью обессиленный, он всё равно продолжал бить по толпе бабуинов ломаными трещинами молний.
– Гордеев! – пришлось вмешаться кому постарше. – Ты слышишь?! Отходим!
– Да куда уж дальше?!
– В особняк!
– По низу?! Серьёзно?!
– Ну а иначе п****ц!
В городе творилось ужасное. Толпа монстров пришла с севера и за каких-то полчаса заполонила собой весь город. Люди запирались по домам, баррикадировали дворы-колодцы и пока что справлялись, но… это только пока что.
К тому же, без жертв уже не обошлось. Первые несколько минут нападения были самыми страшными – бабуины невозбранно рвали на куски тех, кого сумели застать на улице. Хорошо ещё, что время было позднее, а мирный народ Нового Сада ответственно готовился к вечерним погромам.
То есть… именно погромщиков бабуины и разорвали, но кому теперь от этого легче?
Теперь же твари были везде. Крепостная стена не то, что пала, она даже не сопротивлялась. Если бы после позорного бегства князя гвардия не пошла вразброд, и на каждых вратах стояло хотя бы по одному стражнику, всего этого можно было бы избежать. Одним грёбаным нажатием одной грёбаной кнопки.
Да-а-а-а… было бы здорово иметь полнокровную гвардию. А ещё было бы здорово, если бы одарённая часть дворянских семей тоже хоть как-то поучаствовала в защите города вместо того, чтобы мордовать рыбаков и отбирать у них последние лодки.
Но если бы, да кабы.
От гвардии осталась горстка людей во главе с Гордеевым, а пристань опустела, – весь цвет городского общества под парусами ушёл куда подальше. А о том, что творится в пригороде вообще подумать страшно.
Кстати, Гордеев ведь отправил туда на разведку одну звезду. И теперь, – как будто без того причин не хватало! – терзался ещё и из-за того, что подписал парням смертный приговор.
– Гордеев! – не побоявшись случайно коснуться молнии и выхватить смертельный разряд, один из товарищей одёрнул Сергея Игнатьевича за плечо. – Уходим сейчас же!
Гордеев убил многих. Лупил, что называется, по площади, и старался как мог, но тварей было слишком много. Сперва у его отряда было некое воодушевление, потому что почти из любой точки Нового Сада можно было переместиться в другую по крышам, и с крыш же поливать монстров магией. Но плюсы застройки оказались минусами: сумев подняться наверх в одном месте, теперь бабуины теснили их даже здесь.
Отступая квартал за кварталом, гвардия упёрлась в набережную, и единственный шанс спастись теперь – короткими перебежками добраться до особняка Садовникова. Самого укреплённого здания во всём городе после казарм, которые теперь отрезаны окончательно.
– А-ы-ы-й! – Гордеев взревел от досады и прекратил кастовать.