Максим Зарецкий – Седьмой. Книга 6 (страница 2)
– Она будет свободна.
– О, она и здесь свободна и вольна идти куда пожелает. Просто в нашей школе ей даны все условия для роста. Для становления сильной. Здесь она ни в чём не нуждается, и каждая её прихоть исполняется. Это ли не истинное счастье? И Алиса благодарна за это.
– И она забудет обо всём. Как и я забуду о ней.
– Воспоминания, – махнул рукой мужчина, показывая этим своё отношение. – Они делали её несчастной и несвободной, мы лишь избавили её от них. Отчасти это касается и тебя, ведь ты не сильно убивался из-за пропажи сестры, я прав? Вбил себе в голову, что обязан спасти, чтобы тем самым искупить собственную вину, и шёл к этому, да? Но в действительности тебе, как и ей, это попросту не нужно. Я ведь прав?
И в этот момент ярость окончательно захлестнула, накрыв с головой обжигающей волной. Одинокий ткнулся в руку и, похоже, полностью разделял мои эмоции. Уже не думая ни о чём, я ударил всем, что у меня было.
Свист воздуха, первое движение боевого искусства Создателей – ярость, сокрушительный шквал из четырёх ударов Одинокого обрушился на сидящего в плетёном кресле мужчину. Миг – и мой шквал атак столкнулся с посохом, появившимся перед мужчиной в белых одеяниях. Воздух взорвался яростным громом.
– Что ж, раз не хочешь понимать по-хорошему, сделаем по-другому. Декан шестого факультета лично займётся своим учеником, вышедшим из-под контроля, так, мастер?
Я не стал дослушивать наполненную дурацким пафосом речь мужчины в белом, бросившись вперёд. Седьмой уже вывел мне все варианты возможных действий, и мой единственный значимый шанс находился впереди. Но для этого следовало во что бы то ни стало оттеснить этого старика с посохом в сторону.
Пятое движение боевого искусства Создателей, наказание! Воздух передо мной потяжелел, разрушаясь под действием вихря поднявшейся энергии. Четыре мгновенных удара вспарывают воздух.
Первый удар, пространство, разделяющее меня и старика, вспыхивает яркой вспышкой, стремительный разрез меча пронзает землю. Старик поднимает посох и принимает на себя его удар. Вижу, как в его огненных глазах появляется неподдельное удивление. Он явно оказывается не готов к силе удара, что отражает его посох.
Второй удар. Одинокой в исступлении кричит, перенимая у меня всю мою ярость из-за бессмысленного убийства родителей и похищения сестры. Воздух между мной и стариком превращается в изодранное магией пространство. На этот раз противник не гнушается поднять магический щит, закрываясь от сокрушительного удара. Щит ярко вспыхивает, но отражает эту атаку.
Третий удар. Лезвие Одинокого окутывает смертоносная сила, и я не колеблясь опускаю меч, разрезая в клочки пространство перед собой. Щит старика с жалобным звоном лопается, вижу, как кривятся его губы. И в следующий миг удар приходится во второй щит, поставленный стариком в самый последний момент. Мои руки немеют, по телу пробегают волны боли, с большим трудом сдерживаемые мной.
Четвёртый удар. Выдыхаю. Вот оно, я должен во что бы то ни стало последним ударом отбросить урода хотя бы немного в сторону. Атака, соединяющая в себе всю мою силу и весь потенциал. Одинокий изменяется, превращаясь в то самое копьё с серебристым наконечником, уже виденное мной во время сражения в клановом квартале. Удар. Мир перестаёт существовать. Прикусываю губу. С момента последнего использования этого удара я стал значительно сильнее и уже способен выдержать его чудовищный откат, но он всё равно приносит море боли. Копьё с невероятной скоростью бросается вперёд, точно жало скорпиона, и отбрасывает старика на несколько метров в сторону. Магический щит осколками опадает к его ногам, но сам он цел и вроде бы даже не пострадал. Неважно. Бегу вперёд, успевая увернуться от взмаха тяжёлым посохом. Будь на месте мага воин, я бы уже отбегался.
Оказываюсь возле удивлённой Алисы и прикладываю руку к каменному кругу, на котором она медитирует. Секунда – и прямо подо мной появляется дыра, ведущая в связь единства. Ныряю туда, пытаясь схватить за руку сестру, и с удивлением смотрю, как она отталкивает меня и отскакивает назад, к приближающемуся старику. В этот момент Седьмой закрывает проход, но перед этим успеваю увидеть ошеломлённое и даже шокированное лицо мужчины в белом. Миг – и вот уже я скатываюсь по ступенькам вниз. Я всё ещё жив…
Глава 2. Допрос
Я, пролетев несколько пролётов каменной лестницы, с трудом, но смог замедлить падение. Как же хреново.
– Ар-ргх, твою-то мать! – Изнутри рвалась чёрная ярость, мешающая сосредоточиться, всё тело превратилось, похоже, в один огромный синяк и нестерпимо болело. – Седьмой, насколько всё плохо?
«
«Эти люди убили моих родителей, родственников и практически заставили забыть сестру, – ответил я и кое-как поднялся на ноги. – Ещё бы я не был в ярости».
«
«Ой, иди в задницу, Седьмой, и без тебя тошно». – Я с трудом добрёл до стола деда и с облегчением сел на стул, выдохнув. Перед глазами стояло выражение лица Алисы, с которым она оттолкнула. Страх, удивление, шок, растерянность. Она действительно не помнила меня? Или сомневалась?
«Ты мог бы попросить у меня помощи, парень», – ещё один голос в голове, на этот раз Звезды.
– Ха-ха-ха, – у меня вырвался смех, я ничего не мог с собой поделать. – Я помню, в каком состоянии каждый раз приходил в себя. Да ты бы сровнял с землёй всю внутреннюю территорию школы, уничтожил бы каждого, кто встал против тебя. Но что потом? Я бы очнулся на руинах школы полумёртвый, в окружении врагов? Это так мне нужно было спасать сестру? Сестру.
Смех мешал говорить, но я ничего не мог с собой поделать. Столько лет пути – и споткнуться прямо в самом конце. Какая ирония. Проклятые золотые, ненавижу. Ненавижу! Ярость опять начала застилать глаза, мешая думать. Кулаки сжимались до боли. Ничего, мы ещё посмотрим, кто тут проиграл.
«Седьмой, то, что говорил этот белый, возможно ли как-то вернуть себе и сестре потерянные воспоминания?» – обратился я к конструкту.
«
«Легко сказать, – покачал я головой. – Мы совсем ничего не знаем, даже с чего начать…»
«
«Не думаю, что подобные сведения хранят в подобных местах, да и мы вряд ли когда-либо получим доступ к ним. Второй вариант, очевидно, – это захват кого-то из верхушки белых? Я прав?»
«
«С моей текущей силой это сделать невозможно, но можно попросить Звезду. Если, конечно, он сумеет сделать всё тихо и не устроит битву со всеми повелителями магии золотого мира».
«Эти люди ничто по сравнению с моей истинной силой, парень», – тут же ответил сам Утренняя Звезда.
– Которая ограничена возможностями моего тела, – ответил я ему и с усилием поднялся со стула. – Ладно, это всё нужно как следует обдумать позже. Сейчас, после использования наказания, я настолько устал, что даже с трудом разговариваю.
Ярость уже покинула меня, и на смену ей пришло изнеможение как внутреннее, так и физическое. Расстелив загодя принесённый в связь единства спальный мешок и выпив немного воды, я задумчиво посмотрел в глубь зала, где, как обычно, во тьме чудились странные тени и чьи-то едва слышимые шорохи. Впрочем, достаточно было принять горизонтальное положение и закрыть глаза, как сон тут же накрыл с головой.
Пробуждение оказалось не из приятных. И самое плохое – за время сна я так и не смог нормально восстановиться. Очевидно, из-за изолированности связи единства магическая энергия не проникала внутрь него, поэтому восстановление магических сил внутри попросту невозможно. Вот только я и физически чувствовал себя не очень хорошо. Несмотря на то что само убежище было идеальным, чтобы прятаться, находиться в нём бесконечно долго, даже с учётом всех собранных запасов, я не мог.
Пообедав сухарями с солониной, я вернулся к размышлениям о том, что делать дальше. Прежде всего, поднявшись из связи единства, я вновь окажусь на том же месте – в оранжерее. Наш поединок с тем стариком разворотил добрую её часть, и потому уверен, что там никого не будет… если они не поняли, как работает открытие проходов к связи, что вряд ли. Но в любом случае я появлюсь на враждебной территории, среди тысяч магов и воинов первого факультета.
Также уверен, что сестру оставят в школе, скорее всего, усилят охрану, но совершенно точно стеречь станут лучше.
Очень жаль, что магический конструкт даже спустя столько времени так и не смог до конца понять самих принципов открытия проходов связи единства в разных частях миров соцветия. Ведь в теории с помощью этого свойства я мог мгновенно путешествовать не только по золотому миру без каких-либо ограничений, но и, что куда важнее, по всем мирам соцветия сразу. В теории, конечно.