Максим Замшев – Вольнодумцы (страница 22)
Около ночных клубов активизировались парни, рассчитывающие заманить нерасторопного и слабо соображающего туриста внутрь, где того обуют как минимум на штуку баксов. С парней – клиент, с заведения – процент.
Она переместилась на другую сторону проспекта и почти сразу свернула на Казанскую улицу. Около заведения с названием «Старгород» бесновался зазывала в костюме огромной свиньи. Он хватал посетителей за руки и пытался силой завести их в ресторан.
Эта пивная была ей знакома. Её соседке кто-то сказал, что это уникальное место, и не посетить его – значит ничего не понять о Петербурге. Как после этого сюда не пожаловать? Пиво в этом весьма специфичном баре подавали неплохое, закуски – так себе, но поражало другое: время от времени официанты и повара взбирались на сцену и под аккомпанемент пианино, по которому дубасила длинная нескладная девица с грязными жидкими космами неопределённого цвета, хором распевали скабрёзные песни. Ближе к полуночи к ним присоединялись некоторые изрядно захмелевшие посетители. Танцуют все!
Сюда ей сегодня точно не надо.
Увернувшись от цепкой хватки Хрюши, она проследовала дальше. В итоге очутилась на Гороховой. Шла быстро и легко. Силы словно прибавлялись с каждым шагом. Неожиданно организм стал нашёптывать что-то. Она прислушалась и поняла: хочется хорошего сочного стейка.
Перешла затаённую и всегда враждебную к пешеходам Садовую. Скоро Фонтанка. Там не так уж далеко и общага! Тридцать или сорок минут пешком. Всё-таки её ещё тянет туда… Совсем немного.
С Фонтанки началась её петербургская жизнь. Её воды так разнообразно блестели, когда она рано утром выглядывала из окна! Блестели на северном солнце, в начале сентября ещё беловатом, надёжном, но уже самую малость прохладном.
Немного не доходя до набережной, она наткнулась на ресторан с забавным названием «Декабрист». «Зачем так называть кабачок? А… Так он ещё и Стейк-хаус?» Она обрадовалась своей удаче. Вот тут она и «кинет кости».
Вошла. Оставила одежду в гардеробе.
Приятное тепло обволакивало.
«Никакой тихой музыки здесь, конечно же, ожидать не стоит, но в целом место неплохое», – сделав такой вывод, девушка устремилась к свободному столику в центре зала.
Cтейки в «Декабристе» изготавливали на любой вкус из всех видов мяса. Плюс имелись салаты, холодные и горячие закуски, десерты. В общем, всё как положено. Каждое блюдо сопровождалось красочным фото.
Лиза выбрала тот стейк, который показался ей особенно аппетитным. «Наверное, большой разницы между ними нет, но всё же этот хочется больше других». На то, как работает общепит, ей открыл глаза один парень, с которым её соседка сошлась совсем незадолго до того, как она провалила сессию. Парня звали необычно – Вольф. Когда его доставали по поводу имени, он отшучивался: в честь Мессинга.
Её соседка же нахваливала это имя и просила, чтобы он звал её не Катя, а Катрин. Вольф и Катрин – это так романтично.
Как-то раз он забрёл к ним в хлам пьяный, с подбитым глазом, растрёпанный. Что-то бормотал про то, какие негодяи и твари менты. Выглядел беззащитным и несчастным, несмотря на то, что хорохорился. Катька уложила его на свою кровать, а сама прилегла к Лизе. Стало крайне тесно, и Лиза всю ночь не спала, про себя проклиная забулдыгу Вольфа и Катрин, тонко посапывающую ей в ухо.
Вольф для пьяного спал на удивление тихо.
Утром он сбегал в ближайший продуктовый, купил пару бутылок «Льва Голицына», апельсинов и разных конфет. Вид он имел жалкий и виноватый, а фингал разросся до максимально возможных размеров.
Вольф явно хотел оправдаться и как-то развлечь девушек, потому болтал без умолку. Лизу, хоть она и мечтала залечь спать (при госте это было неудобно даже с учётом неформальной обстановки их жилища), россказни Вольфа изрядно позабавили.
Сперва он поведал трагически детективную историю, как он отдыхал со своими коллегами в караоке – отмечался ДР одной из сотрудниц их ресторана, – и там некие типы начали к ним приставать. Они их пытались отшить, те не вняли, в итоге завязалась потасовка, на которую быстро прибыла полиция, объявившая зачинщиками беспорядков их компанию, хотя на самом деле всё обстояло ровно наоборот. Пришлось им в отделении скинуться и отдать немалые средства, чтобы замять дело. А как иначе? Выхода не было. Не сидеть же всю ночь в «обезьяннике»!
Виртуальным полицейским он грозил своим небольшим изящным кулачком весьма выразительно, хоть и не совсем натурально, и это давало повод предположить, что в его истории не всё до конца правдиво, хоть рассказывать он, надо заметить, был мастак – заслушаешься.
В какой-то момент, после воздействия шампанского на хрупкую похмельную суть, он впал в меланхолию, принялся жалеть себя, проклинал свою работу в ресторане, где все его коллеги или пьют, или «дуют», а повара готовят одни и те же блюда под разными названиями. Лиза в итоге всё-таки задремала тогда сидя. Когда проснулась, ни Катьки, ни Вольфа в комнате уже не было.
– Вы готовы сделать заказ?
Боже, какой знакомый голос! Лиза подняла глаза. Вольф! Собственной персоной. Вот это да! Какое совпадение!
Официант смотрел на клиентку безразлично, но учтиво.
Лиза сделала заказ, добавив к стейку и овощному салату бокал красного вина.
«Он, конечно, меня не помнит. Может, написать Катюхе? Пусть подваливает сюда!» – но она сразу одёрнула себя. Из головы не выходило, как подруга отреагировала на её отчисление: «Надо было, душа моя, всё же учиться, а не баклуши бить». Кто бы говорил! Нет. Сейчас она видеть её точно не желает.
Катерина сдала сессию хорошо. Поговаривали, что её бывший мальчик, чтобы вернуть её расположение, перед каждым экзаменом занимался с ней, сделал ей кучу шпаргалок, в общем, подготовил, как мог.
Через стол два парня и девушка оживлённо обсуждали какое-то путешествие на яхте и то, как влип один их друг, спьяну плативший за всё картой своей жены.
Вольф довольно скоро принёс ей вино и поставил бокал перед ней. Лиза пригубила и пристально посмотрела на парня. Она полагала, что он всё же признает её, но он истолковал её взгляд по-своему:
– Вино не нравится?
– Нет. Вино отличное, Вольф!
– Мы знакомы? – Он нервно заморгал.
– Да. Мы виделись в общежитии на Фонтанке. Я соседка Кати. Помнишь?
Вольф явно не обрадовался встрече, но вскоре вернул лицу вежливое выражение.
– Ну да, конечно, вы её подруга. Напомните ваше имя?
– Лиза.
– Да. А чего решили к нам зайти?
– Шла мимо.
– Приятно. У нас отличная кухня. А по выходным живая музыка. Если зайдёте завтра – не пожалеете.
Лиза с трудом сдержала улыбку, вспомнив, как совсем недавно опохмелённый и разболтавшийся официант открывал им c Катей тайны общепита, объясняя, что разница только в названии блюд, а готовят их все одинаково.
– Только должен вас предупредить, – Вольф преисполнился глубокомысленности, – мы работаем до двадцати трёх.
Вольф не заставил её долго ждать салата. Несколько минут – и тарелка перед ней. Никаких вопросов он ей больше не задавал. Она ему тоже. Хотя некая связь между ними уже установилась, её невозможно было не почувствовать.
Лиза играючи справилась с салатом, как и с вином.
Потом подозвала Вольфа и заказала второй бокал.
Некоторое время раздумывала, идти курить или нет, но решила всё же воздержаться. Пора бросать! Ещё зубы испортятся…
Стейк показался жестковатым, но она справилась с ним, аккуратно отрезая ножом маленькие кусочки и тщательно пережёвывая их. Ресторан постепенно пустел. «Пора и мне». Девушка попросила счёт.
Вольф принёс ей чек и быстро удалился на кухню.
«Она неплохо выглядит, эта Лизавета, – размышлял он. – Свеженькая, игривая. Очень юная, хотя, видимо, такой себя не считает. Ведёт взрослую жизнь. Лицо открытое, длинные ресницы, взгляд ищущий. Ей явно чего-то не хватает, она чего-то ждёт, рассчитывает на случай. Одета, правда, чудно: белая блузка, синяя юбка, будто она не в ресторан собралась, а на торжественный приём какой-нибудь путинской молодёжной организации. Интересно, Катя успела наговорить ей про меня гадости?»
Когда он вышел из ресторана, собираясь двигаться домой, Лиза стояла и курила недалеко от входа.
Он не стал делать вид, что не заметил её, хоть и не понимал до конца, нужно ему с ней затевать общение или нет. Однако подошёл.
– Кого-то ждёшь? – Вопрос отнюдь не праздный и не невинный.
– Нет. – Лиза затянулась и выдохнула дым, который в морозном воздухе очертился неожиданно резко, как на картинах Константина Васильева.
На улице холодало. Небо будто кто-то поднял немного повыше, заменил серый цвет с разводами на густой тёмно-синий, ровный, безнадёжный, говорящий, что за ним всё так огромно и неосознаваемо, что бесполезно вглядываться.
– Тебе куда? – Вольф почему-то испытал острое желание взять её за руку в перчатке, но сдержался. Вряд ли бы она оценила его порыв.
– Не знаю. К метро, наверное… – Лиза обезоруживающе улыбнулась.
– Почему «наверное»?
– Не решила ещё…
– Странно видеть такую красивую девушку вечером в городе, ни к кому не спешащую…
Лиза чуть потупилась, делая вид, что смущена. «Может, отомстить Катьке?» – эта мысль зрела в ней давно, но сейчас она её уже не стеснялась. Пусть думает, что говорит. «Посмотрим, сильно ли этот парень к ней привязан. Похоже, не очень».
– Если не торопишься, может, где-нибудь по бокалу вина выпьем?