Максим Виноградов – Копоть (страница 4)

Со вздохом оторвался от самосозерцания. Отворил дверь, шагнул в коридор.

Опа! А тут никого. Аскер, похоже, дожидаться не стал, вернулся в аудиторию.

А это шанс. Шанс хоть что-то изменить. Главное не зассать.

Даг повернулся и шагнул прочь. По все тому же коридору, но подальше от злополучной аудитории. Шум шагов эхом отразился от пустых стен. Стало слегка жутко. Ну как, слегка — до дрожи.

Джонсон остановился.

Нет, дрожал не он сам, а как будто весь коридор.

Прижал ладонь к стене — так и есть. Мелкая, едва заметная вибрация передалась от шершавой поверхности в кожу. Визуально он бы ничего не заметил, настолько дрожь казалась незначительной. Даг фиксировал ее на уровне ощущений, шестым или седьмым чувством. Нечто неявное зудело, вибрировало, вызывало подспудную тревогу.

Джонсон прошелся вдоль стены, аккуратно ведя ладонью по камню. Теперь он не только ощутил дрожь, но и выяснил ее направленность. Дверь слева по коридору. Тряска начиналась из этого помещения.

Чтобы убедиться, Даг обошел дверь со всех сторон, «замеряя» уровень вибрации. Так и есть — стоило отойти подальше, и дрожь постепенно стихала, сходя на нет. Подойдешь вплотную — чуть ли не кишки начинает крутить от низкочастотных колебаний.

Теперь Джонсон не сомневался, что за стеной работает некий колоссальный механизм. Что бы это мог быть за агрегат? Даг решил не откладывать решение вопроса в долгий ящик.

Приоткрыв дверь, он заглянул внутрь.

Помещение по размеру гораздо скромнее виденной ранее аудитории. И гораздо хуже освещенное. Дальняя стена скрылась в темноте, так что разглядеть угол было совершенно невозможно. Более менее яркий свет разливался над входом и вдоль правого края комнаты. Здесь и располагался чудовищный агрегат.

Котел — а это был именно он — впечатлял своими размерами. Трудно сказать, сколько в обхвате, но диаметр на глаз Даг оценил метров в пять. В комнате располагалась только лицевая часть устройства, увешанная датчиками. Большая половина громадной туши скрывалась за стеной. Но и того, что видно, хватало, чтобы ощутить благоговейное уважение.

Джонсон робко подошел вплотную к стенке котла. Ладонь легла на поверхность — здесь вибрация чувствовалась без всяких оговорок. Где-то там, за тонкой стальной гранью, ревело пламя, пылал жар, кипела вода, могучий поток пара крутил цилиндры. Скрытая мощь механизма подавляла.

Никогда раньше Даг не испытывал ничего подобного. Он словно стоял рядом со сверхновой звездой, только надежно закутанной в стальной кокон и усмиренной. Сам себе человек показался незначительной песчинкой по сравнению с колоссальной энергией, бурлящей в шаге.

Подспудно Даг подумал, что если котел пойдет в разнос, то взлетит на воздух не только котельная. И не одно здание. Той мощи, что скрылась за железной оболочкой, хватит чтобы сравнять с землей пару кварталов.

Если только здесь есть кварталы.

Джонсон беспокойно оглядел ряды датчиков. На то, чтобы разобраться в их назначении, времени не было, но Даг просто убедился, что все стрелки находятся в зеленой зоне. Значит, режим работы штатный, опасности нет.

В котельной было тепло. По контрасту, стенка котла казалась прохладной. Джонсон положил вторую ладонь рядом с первой. Вибрация пошла по рукам, мягко перейдя в плечи, потом таз и спину. Последней сдалась грудь. Сердце слегка противилось, но в какой-то момент вошло в резонанс с внешней дрожью.

Максимально необычное ощущение, будто дышишь в такт с громадным агрегатом, снизошло на человека. На какой-то момент он стал частью конструкции, ощутил ее проблемы и желания, почувствовал нескончаемый голод, мощь и гордость за выдаваемый жар. Потом видение пропало, но они остались незримо связанными, как разъехавшиеся по разным городам приятели.

— Что чувствуешь, парень?

Оклик застал Джонсона врасплох, но сил удивляться уже не было. Медленно, не подавая вида, что испугался, Даг убрал руки от агрегата. Развернулся, сканируя глазами комнату.

Да уж, не заметить смотрителя оказалось проще простого — он сидел в самом темном углу. Поднял в руке небольшой фонарик, давший крохи света. Их оказалось едва достаточно, чтобы прорезать тощий силуэт из окружающей тьмы.

— Кажется, жара еще достаточно, — осторожно ответил Даг, делая незаметный шаг в сторону, — Но пик мощности пройден, выработка постепенно снижается.

Человек сдержанно улыбнулся.

— Неплохо, неплохо, — прохрипел он, — Для новичка очень даже хорошо…

Раздался характерный щелчок. Смотритель опустил руку и засунул темный продолговатый предмет себе за пазуху. Даг вздрогнул. Он неожиданно понял, что все это время стоял под дулом взведенного пистолета.

Человек ловко подкрутил что-то в фонаре, и тот выдал порцию света вместе с облаком неизменного дыма. Он поставил светильник на подлокотник кресла и приглашающе махнул рукой.

Теперь Джонсон увидел, что встретил старика. И не просто деда, а всамделишного старца. Белые, как лунь, волосы. Лицо не морщинистое, а одна сплошная морщина. Тонкие руки и ноги, тщедушное тело. Лишь глаза яркие, умные, осмысленные. Да еще, пожалуй, голос — слишком живой для старой развалины.

— Проходи, садись, — старик кивнул к себе за спину.

Присмотревшись, Даг заметил там табурет. Далеко не такой удобный и цельный, как кресло хозяина. Гостевое, так сказать, место. Чтобы эти самые гости надолго не задерживались.

Он сел, не заставляя себя упрашивать. Старик вызывал невольное уважение. К тому же, у него было оружие.

— Спрашивай, — хмыкнул дед, — Вопросов, видать, у тебя до хренища…

На секунду Джонсон задумался. А потом выдал первое, что пришло в голову.

— Где я?

— В котельной, вестимо, — продолжая ухмыляться откликнулся старик, — Считай, сердце любого дома. Есть котел — есть жизнь. Сломан котел, погас котел — холод, мрак и смерть. Потому я и держал тебя на прицеле. Думал, шпион что ли. Или диверсант. Спасло тебя, что не полез к топке. И клапана не тронул. Сунулся — получил бы пулю, уж извиняй.

Даг поежился от неприятной перспективы. Но расспросы не прекратил.

— Я не о том немного. Где я… вообще? Что это за мир? — он покрутил ладонью.

— А, вон ты о чем, — дед качнул головой, — В учебке что же, не объяснили?

— Да как-то… не сошлись мы с преподавателем характерами.

— Понятно… То-то, я думаю, ты помятый какой-то, словно из-под завала выбрался.

Джонсон кивнул, но тему развивать не стал. Мало ли, какая тут у них субординация. Скажешь, что послал «профессора» в жопу, а тебя пристрелят на месте. Старик, впрочем, тоже подробностей не требовал. Был у него в разговоре свой интерес.

— Мир этот зовется «Копоть»…

— Почему?

Дед скривился.

— А сам не понял? Ты, кстати, как думаешь, на каком языке мы разговариваем?

Даг открыл рот и запнулся. Задумался. Недоуменно почесал в затылке.

Язык… Однозначно не английский. Не норвежский, не французский. И вообще из тех, что Даг никогда раньше не использовал. Самое странное, что он ничего не учил. Знания словно вложили в голову. Будто они там всегда были.

— То-то и оно, — кивнул седовласый, — Как мир называли… у тебя, там?

— Земля.

— Ну и что это значит? Что весь мир из земли?

— Нет… Это просто иносказательно.

— И тут то же самое. Копоть — потому что по другому не скажешь. Поживешь, подышишь — поймешь.

Даг прислушался к ощущениям, покрутил «Копоть» в голове так и сяк. Выходило, что значение слова отчасти иносказательное, метафорическое. В смысле — утренняя дымка, появляющаяся над городом. А не тот слой сажи, что лежит на всех поверхностях вокруг. Хотя, и это без сомнения тоже.

— Как я тут оказался? — Джонсон оформил следующий вопрос.

— Э-э-э, парень, не у того спрашиваешь, — старик покачал головой, — Тут надо наших умников пытать. Сам понимаешь, магия — штука такая, на пальцах первому встречному не растолкуешь. А там и без магии хватает странностей. Сам-то что помнишь?

Даг послушно рассказал историю с лифтом, тем более, что была она не слишком большой. Вошел — вышел. Только в другом мире. И еще этот двойник, откуда взялся?

— Хм, тут видишь как, закон сохранения никто не отменял. Если тебя выдернули, значит кто-то должен занять твое место. Кто-то максимально похожий, а лучше — полная копия. Да так и спокойней. Исчез человек — начнутся вопросы, поиски, исследования. Нам оно надо? Нет. Потому и отправляют взад двойника.

— Но кто он такой? — Джонсон поежился, — Клон? Или как. Разум тоже скопировали?

— Нет! Ты что. Содержимое твоей бесценной башки так просто не скопируешь. Тело да, тудым-сюдым, было одно, стало два. А что в мозгах — только твое, никто не заберет. Разве что стереть, но кому это надо?

Даг уже устал удивляться. Вот так просто — раз и скопировали. Если надо — раз и стерли. Удобно, когда что угодно можно так просто объяснить магией. В голове еще не все уложилось, но бояться он перестал, как-то быстро успокоился.

— Так что, сейчас в моем мире, в моем теле живет кто-то другой? Спит с моей женой, ходит на мою работу? Вот так запросто?

Старик поперхнулся. От такой постановки вопроса стало как-то неуютно. Но он сразу оправился, сделав вид, что расправляет складки одежды.

— Ну, получается, что так. Да ты не переживай, парень, все там нормально. Это же «ротация», тут все предусмотрено. Я, правда, деталей не знаю. Сам понимаешь, не моего ума дело. Я что? Слежу за котлом, чтобы, значит, все в порядке здесь было. Покуда он исправен и в рабочем режиме, у меня и забот других нет.