Максим Томилко – Временные трудности 3 (страница 44)

— Знаешь, Егорушка, мне этот барон тебя чем-то напоминает. Думаю, вы подружитесь.

— Возможно. Меня другое беспокоит — спалимся мы рано или поздно. Помнишь, как Георг с Вацлавом нам целый список мелких деталей выдали? А здесь и того похуже… Какой из меня граф?

— Я, можно подумать, пажеский корпус окончил. Ничего, есть идея. Заметил, как скривился поручик, когда я сказал, что нужно будет ещё и специальный костюм заказать для переодевания?

— Не, не видел.

— Я точно тебе говорю. Там явно проблемы с деньгами, вот мы ему и предложим подзаработать частными уроками. А можно не заморачиваться и открыться корнету — из таких редко предатели получаются, не в юности, по крайней мере.

— Ты уже успел настолько его прокачать?

— Да я застолье только ради этого и затеял.

— Понятно. А штабс этот новый — молодец. На вид типичный алкаш, а соображает…

— Да он и есть алкаш. Спорим на червонец, что Котов ещё догоняться побежит?

— Да я не против, только деньги казённые — своих пока нет.

— Ты трус и слабак, — улыбнулся Юрий Андреевич.

— Я вас, граф, за такие слова и на дуэль вызвать могу.

— Тогда я тут же прошу прощения. Мне прошлой дуэли вполне хватило. Надо, кстати, разобраться, как у них с этим дела обстоят, чтобы опять не вляпаться ненароком.

— Ну и кто из нас трус и слабак? — рассмеялся Егор.

— Ладно, пошли уже, умник.

— Это у тебя выпивка закончилась, и ты сразу заторопился?

— Наблюдательный ты наш. Мог бы тогда заодно заметить, что нас подслушивают.

— Да ладно! Откуда знаешь?

— В той комнате свет ярче, вот в щели под дверью тень и мелькнула, — рассмеялся Юрий Николаевич. — Пошли. Бьюсь об заклад — никто не откажется.

Клочков, хотя теперь уже Белов, оказался прав. Господа жандармские офицеры как, впрочем, и титулярный советник Зимин, изъявили желание продолжить службу в отделении государственной безопасности.

— Похвально, господа. Я рад, что в вас не ошибся. Тогда слушайте дополнительное задание: подготовьте перечень известных вам лиц, за которых вы готовы поручиться лично и которые, на ваш взгляд, могут оказаться нам полезны. Единственное условие: они не должны быть замешаны в какие-нибудь партии внутри своих ведомств. В идеале — одиночки по природе. Завтра в два часа дня всем необходимо прибыть в Царское Село. Готовьтесь к командировке сроком на неделю. Личных вещей по минимуму, оружие — само собой. Никому о предстоящей командировке не сообщать. Все свободны, господа. Поручик Ширяев, задержитесь, пожалуйста.

Оставшись с ними наедине, поручик взглянул с неподдельным интересом.

— Олег Дмитриевич, тут такое дело… Как вам известно, мы совсем недавно прибыли в Россию после длительного отсутствия и теперь испытываем определённые затруднения. К тому же мы люди сугубо штатские, но наш государь-император отдал приказ, и вот мы уже имеем честь служить в Отдельном корпусе жандармов. А вы — кадровый офицер и смогли бы помочь нам постичь некоторые специфические премудрости. Разумеется, всё это сугубо конфиденциально. Мы, со своей стороны, готовы щедро компенсировать вам потраченное время и усилия. Также могу заверить, что это повлияет на вашу карьеру в самом ближайшем времени.

— Буду рад оказаться полезным, господа.

— Надеюсь, ста рублей будет достаточно?

— Более чем, господин полковник! Когда вы намерены приступить?

— Немедленно, поручик, если, конечно, вам будет это удобно.

— Я готов, господа. С чего начнём?

— С самого начала, Олег Дмитриевич. Мы вас очень внимательно слушаем. Егор Николаевич, возьмите, пожалуйста, карандаш и конспектируйте. Кстати, господин поручик, приезжайте завтра в резиденцию императора пораньше, пожалуй, часам к девяти. Мы вас встретим у центральных ворот.

Вернувшись в Царское Село, они узнали, что о них уже справлялся сам император.

— Неужели барон успел нажаловаться? — удивился Егор.

— Да похер. Разберёмся, — заверил его Юрий Андреевич.

Но Николай II встретил их с благосклонной улыбкой. Выглядел он очень усталым и, судя по красным, воспалённым глазам, скорее всего, не спал в эту ночь.

— Мне Трепов звонил. Что это вы тут за манёвры удумали без моего согласия?

— Как раз собирались доложить, Ваше Императорское Величество. Мы печёмся исключительно о вашей безопасности.

— Да я понимаю. Завтра сам наблюдать стану. Я смотрю, вы поздно приехали. Чем занимались? — поинтересовался царь.

— Представились по случаю назначения генерал-майору Трепову. Встречались с руководителями силовых ведомств. Его превосходительство обещал также устроить нам встречу с представителями тюремного управления и пограничной стражи.

— Они-то вам зачем понадобились?

— Мы предложили господам из департамента полиции помощь в очистке города от преступности, и их это заинтересовало. Сейчас разрабатывается план мероприятий, вам его подадут на утверждение по мере готовности. Пограничники нужны, чтобы не допустить бегства за рубеж собственников крупных капиталов. Необходимо выделить место для содержания арестованных, обустроить лечебные лагеря для заразных больных. Ещё понадобятся квалифицированные врачи и медикаменты. И какое-то количество войск для оцепления — придётся перетряхнуть часть города. В итоге государство получит бесплатную рабочую силу, в столице наведём порядок, и всё это пойдёт на пользу вашего имиджа.

— Хорошо. На завтра какие планы?

— После показательных выступлений Егор с сотрудниками за оружием уедет, а я хотел бы встретиться с Поповым и группой инженеров, которая занимается радиоделом. Я знаю, что уже внедряется радиосвязь на флоте и в войсках, и надеюсь, что смогу усовершенствовать радиопередатчики, чтобы они стали лучше всех, сейчас известных. Надо бы только с материальной базой ознакомиться. Пеленгатор, думаю, тоже получится собрать. Пора развивать радиоразведку: будем обнаруживать штабы и корабли противника. У вас в резиденции нужно мощный узел связи обустроить — одними телефонами не обойтись. Да и радиовещание нам не помешает, как средство пропаганды.

— Это у нас по морскому ведомству проходит. Недалеко, в Кронштадтской мастерской, производится радиооборудование. Загляните, посмотрите, может, что посоветуете. Я распоряжусь, чтобы вам устроили встречу. Надо, наверное, какой-то допуск оформить, чтобы каждый раз не отвлекаться на подобные пустяки. По поводу поездки за оружием — я вам выделю людей из моего конвоя, чтобы, не дай бог, чего не случилось. А ваши люди пускай начинают работать, процесс следует запустить как можно скорей.

— Слушаюсь, — склонил голову Юрий Андреевич.

— От меня что-нибудь требуется?

— Нам понадобятся сильные и выносливые солдаты для полицейских отрядов специального назначения, тренировочная база с казармами и кое-какое снаряжение. Егор их немного поднатаскает под наши задачи, а дальше уже «естественный» отбор. Можно взять по несколько человек из каждого полка, думаю, это не скажется на общем уровне боеспособности.

— Выйдет долго — пока приказ пройдёт да пока все соберутся. А гвардия под рукой. Выбирайте любой полк и занимайтесь — я распоряжусь. Ну а хотите, отбирайте сами, кого надо…

— Мы предпочли бы каких-нибудь унтеров с боевым опытом или офицеров, выслужившихся из солдат.

— Делайте как знаете, — император махнул рукой с видом полного безразличия, а потом неожиданно спросил: — Что вы можете сказать по поводу мира с японцами?

— Худой мир лучше доброй войны, государь. Единственное, о чём стоит сожалеть, так это об уже погибших. Флот всё равно морально устарел, а территории Сахалина мы обязательно вернём. Как и своё влияние в регионе. Надо только разобраться с более насущными проблемами внутри страны.

— Я недавно подписал с Германией договор о союзе и взаимопомощи в случае нападения третьей державы. Но мои советники категорически против.

— Бьёркский договор? — удивил в очередной раз Юрий Андреевич. — Насколько я помню, он не вступит в силу, так как Франция к нему не присоединится. Но зато это побудит тех же французов выдать нам крупный кредит.

— Хоть какая-то польза будет, — грустно сказал император.

— Кстати, по поводу иностранного капитала, государь, — Юрий Андреевич задумчиво потёр свою бритую голову. — Надо бы начать аккуратно выдавливать их всех из страны. А то что это получается? В Донбассе франко-бельгийский капитал всё захватил, бакинские нефтепромыслы у Нобелей с Ротшильдами, золотые прииски у немцев. Надо бы разработать с министерством финансов какую-то единую стратегию. Они со своей стороны, а мы — со своей.

— Я поговорю с Коковцовым — пусть тоже выделит вам человека от министерства.

— Да и с предприятиями этих староверов, спонсоров революции, надо по уму поступить, чтобы всё не развалилось. Документами разными обложиться, чтоб комар носа не подточил, и управляющих хороших подыскать.

— С этим тоже решим. А вы на биллиарде играете, господа?

Оба кивнули, но Юрий Андреевич посчитал нужным уточнить:

— Исключительно на любительском уровне. Не было возможности уделить много времени.

— Я тоже играю как любитель, — признался император. — Пожалуй, силы будут равны. Предлагаю по очереди на вылет.

Глава 8

Утром следующего дня Егора опять разбудил стук в дверь. Теперь это был Юрий Андреевич. Хмурый и злой на весь окружающий мир, он недоброжелательно оглядел заспанное лицо Егора и тихо сказал: