Максим Томилко – Сложные обстоятельства (страница 3)

Нюся в детстве, да и сейчас тоже, любила вареные кукурузные початки. «А сырую кукурузу можно есть? Что, если пожевать сырые зерна? – подумала она и тут же себя одернула. – Не хватает ко всем моим бедам еще получить расстройство желудка. Нет, надо терпеть.»

Она стала думать, откуда у мальчишки золотые украшения. Украл у матери, сестры, бабушки? Или нашел? Но он ведь инвалид. А с чего она так решила? Может он правду сказал, что наблюдает за морем. А корабль где-то в десятках километров от берега. А, может, это птица нашла? Вон, как она ко мне прилетела и точно сбросила. Неужели бывают такие умные птицы? Видела своими глазами, а не верится.

Ладно, надо думать о себе. Как дальше быть. Допустим, обменяю я эти цацки на деньги…Кстати, а сколько же за них можно просить? Или брать, сколько дадут?

О золоте Нюся имела очень поверхностные представления. На бытовом уровне. У нее никогда не было таких украшений, у мамы да и у бабушки тоже. Она ни разу в жизни не была в ювелирном магазине. Эх, был бы телефон, она бы все узнала. Телефон пропал с рюкзаком. Надо думать… Недавно на работе девчонки болтали о золоте. Аленка хвасталась своим обручальным кольцом. Кажется, оно стоило… Нет, не помню. Потому, что внутри было тошно от обиды. На подругу…

На этой мысли лицо у нее передернулось, стало жестким, пухлые губы сжались в ниточку. Она пнула ногой подвернувшуюся на обочине жестяную банку, догнала и еще раз пнула. Так, что та улетела далеко в поле.

Нет, никаких подруг мне не надо. И думать об этом не стоит.

Ну, хорошо! Дадут мне денег, куплю еды. А дальше что? Идти бомжевать, поменять цвет волос, одежду, скрываться от полиции?

От этих мыслей даже идти тяжелее стало. И Нюся поняла, что надо думать о чем-нибудь хорошем. Вот придет она в село, напьется вдоволь воды, купит печенья или пряников мятных. Нет, лучше сосисок. И на полный желудок жизнь станет веселей.

Сзади засигналила машина. Нюся сошла на обочину. Но грузовик с огромной надписью «Продукты» притормозил, и из кабины высунулся улыбающийся водитель:

– Садись, красавица, подвезу. Тебе в Виноградное?

– Спасибо, – сказала Нюся, продолжая идти по обочине.

– Довезу прямо до магазина, а там иди, куда хочешь. Откуда ты тут взялась?

– Гуляю, – буркнула Нюся.

– Ну не буду больше приставать.

И тут она спохватилась – вот у кого она узнает все, что ей нужно.

– Подождите! Иду! – крикнула водителю.

Познакомились. Шофер, дядечка средних лет, удивленно спросил:

– Что ты с утра такая сердитая? Что за черные мысли гуляют в твоей хорошенькой головке?

– Да вот у матери ко дню рождения браслетик золотой просила, а она говорит, что очень дорого. Вы не знаете, сколько это стоит?

– Как же я старый пройдоха мог так ошибиться? У тебя не черные, а золотые мысли в головке, – воскликнул шофер. Потом стал серьезным и задумчиво сказал. – Браслеты разные бывают, и цена у них разная.

– Я видела у одной приезжей такой с узором посередине, а по бокам будто цепочки.

– Ну, это дорогая вещь. Где-то тысяч сорок будет…

Нюся насупилась. Водитель тоже замолчал. Видно думал, что расстроил своими словами девчонку. А она в это время размышляла, что даже если отдать подарок за полцены, получится приличная сумма. Цепочку решила не продавать, только браслет.

Пока машина разгружалась, продавщица с шофером сверяли накладные, Нюся бродила по магазину. Здесь было все: и продукты, и моющие средства, и одежда, и даже какой-то инвентарь для работы в огороде. Сваленные в углу железяки она рассматривать не стала. А вот у витрины с продуктами простояла долго, прикидывая, что ей нужно купить. Конечно, если будут деньги.

Наконец, продавщица, дебелая грудастая тетка лет тридцати (девушкой ее назвать язык не поворачивался), обратила на Нюсю внимание. Тем более, что других покупателей в магазине не было.

Нюся достала из кармана браслетик и спросила, не купит ли кто в селе такую вещь. Тамара (так ее шофер называл) потянулась, взяла браслет, проверила замочек, приложила к своему запястью. Видно было, что ей он понравился.

– Сколько хочешь? – коротко бросила.

Нюся постаралась ответить спокойно, хотя внутри дрожало от волнения:

– Вы работаете в торговле, цены знаете. Конечно, я уступлю, так как вещь ношенная.

Казалось, что торговать золотом для нее обыденное дело. Просто пока бродила по магазину, вспомнила, как очень давно, в детстве наблюдала за отцом. Он часто продавал соседям выловленную рыбу, тушки зайцев и птиц. Он дома говорил, что, если нет покупателя, надо идти в сельмаг. Там кто-то сыщется. Сейчас она произнесла все прямо с его интонацией.

– Пять тысяч тебя устроит? – спросила Тамара.

– Нюся молча на нее смотрела.

– Ладно, семь даю. Понравилась мне вещица, – она положила браслет на прилавок, провела по нему пальцем. – Чего ты молчишь? Вряд ли кто кроме меня у тебя его купит. Здесь одни пенсионеры.

Нюся молчала, глядя в упор на тетку.

Позади открылась дверь, кто-то вошел.

– Привет, девушки! – прозвучал уверенный мужской голос. – Утро, а уже припекает. Тамара, дай чего-нибудь холодненького.

И как только та отвела взгляд на вошедшего, Нюся цапнула браслет и зажала в кулаке. Только потом взглянула на вошедшего. Рядом с ней стоял крепкий мужик в спецовке. Седые волосы коротко стрижены, лицо правильное. И дело не в том, что черты правильные. Просто не было в нем в нем хитрости, пронырливости фальши – в общем, честное такое лицо. И Нюся совсем успокоилась.

Он заметил ее движение. А Тамара на секунду растерялась, а потом сладким голосом проговорила:

– Эй, ты чего? Мы же уже договорились.

– Нет, – твердо ответила Нюся, – за такие деньги не отдам.

– А что там у вас такое интересное? – улыбнулся мужчина. – Может, и мне покажете?

– Вам, Сергей Николаевич, это ни к чему. Это наши девичьи дела. Сейчас вам минералочку принесу.

– Вижу, что нездешняя. К кому приехала? – спросил мужчина.

– Еще не знаю. Ищу, кто сдаст комнату.

– А что продаешь?

Нюся молча раскрыла кулачок.

– Красивая вещь! Не жалко продавать?

– Жалко. Только мне очень нужны деньги.

Тамара, конечно, слышала их разговор. Подошла, поджав губы, протянула бутылку воды и стакан. Тот налил полный, с удовольствием выпил и, заметив, как жадно сглотнула девушка, спросил:

– Будешь? Тома, принеси еще стакан.

Отказаться не было сил… Она выпила протянутую воду в один миг. Он налил еще стакан. Она молча опять выпила.

– Спасибо! Очень хотелось пить.

Тот кивнул, мол, понятно. И, обращаясь к Тамаре, сказал:

– Я, конечно, в ваших девичьих делах не спец. Но в прошлом месяце моей Ксюшке десять стукнуло. И решили мы ей сережки подарить. Так что я в ювелирном походил, позаглядывал. А глаз у меня, ты знаешь, цепкий. Малюсенькие сережки купили за шесть тысяч. А такая вещь стоит тысяч сорок-пятьдесят. Эта, конечно, бывшая в употреблении, чистка требуется опять же. Но за полцены, тысяч за двадцать пять, я бы взял своей жене эту красоту.

Тамара встрепенулась:

– Мы уже договорились. Именно за двадцать пять.

И полезла в кассу за деньгами. Продажа состоялась. Сергей Николаевич рассчитался за воду и вышел. А Нюся тоже вскоре вышла на крыльцо с пакетом. В котором были и сосиски, и пряники, и хлеб, и разные нужные мелочи.

– Взял бы я тебя на постой. Ты теперь девушка с деньгами, – улыбаясь сказал Сергей Николаевич. – Да живу я на отшибе. А тебе, небось, к морю поближе надо.

Нюся кивнула и поблагодарила за то, что помог с продажей золота. Он картинно выпучил глаза:

– Какая помощь? Это я сам хотел урвать за полцены дорогую вещь!

– Шутите? Вы не такой…

– Шучу, конечно. Садись в машину. Отвезу тебя к одной хорошей женщине. Дом у нее большой, и деньги лишние не помешают.

По дороге он стал расспрашивать, как она очутилась в селе, откуда приехала, где родители. Она, проникшись доверием, рассказала коротко о своих приключениях. Приехала издалека в пансионат, путевка оказалась фальшивой, сняла в городе комнату, ночью сын хозяйки напал, убежала, паспорт остался у хозяйки, в автобусе украли рюкзак с телефоном и остатком денег. Вот очутилась на дороге у этого села.

Он хмыкнул и затормозил, а потом и вовсе остановился.

– И что? Все вещи украли?