Максим Тихомиров – НИЧТО ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ (страница 2)
- А у Веньки твоего, значит, есть? И свобода, и воля, и разум?
- Конечно! Как у нас с тобой. В точности!
- Очень странно. Хорошо, допустим, все это у твоего одноклассника…
- Веньки!
- …Веньки имеется. Тогда какой же он робот?
- А что тебя смущает?
Эту фразу Пашка подслушал у мамы. Обычно именно она обращается к собеседнику с таким вопросом, видя, что тот в замешательстве от какого-нибудь маминого предложения. И чаще всего этим собеседником оказываюсь я.
- Прежде всего то, что у роботов по определению не может быть полной свободы действия и свободной воли.
- Это почему это? – прищурился Пашка.
- Прежде всего потому, что само их существование жестко подчинено целому набору правил.
- Ты сейчас про знаменитые Три закона, да?
Я уже говорил, что Пашка не только очень неглупый, но еще и очень начитанный ребенок? Если нет, то вот, говорю.
- Именно.
Я не стал уточнять, откуда восьмилетке знать об Айзеке Азимове. Некоторые вещи случаются просто так, сами по себе. Может, они сейчас такое в школе проходят. Как-то не хочется в глазах собственного отпрыска выглядеть окончательно отставшим от жизни.
- Пап!
Закатывать глаза Пашка научился у Маринки, младшей из сестер. Маринка старше Пашки на два года и владеет этим навыком виртуозно. Чемпионаты по закатыванию глаз может выигрывать, я серьезно. Пашке, как он ни старайся, места выше второго в этом виде спорта не видать.
- Ну какие в наше время Три закона, а? Робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был нанесен вред? Сейчас такое благоустроенное безопасное время, что никто никому вреда причинить не может, ни по своей воле, ни нечаянно. И роботы тут совершенно ни при чем. Мы и без них прекрасно обходились, и со всем справились.
Пашку явно переполняла гордость за человечество, как будто он сам, вот этими вот маленькими ручками, благоустраивал планету и делал ее такой замечательно безопасной, что никакой Первый закон не был больше нужен.
- И про Второй закон, который про подчинение командам человека, если они не противоречат Первому, и про Третий, насчет заботы робота о своей безопасности, если это не противоречит первым двум – то же самое. Они больше не нужны. Нулевой – нужен. Остальные – нет.
К своему стыду, про Нулевой закон мне известно не было.
- Просвети невежду, – попросил я, вздохнув.
Пашка просиял.
- Он для всех общий! Хотя и придуман был для роботов! Похож на первый, только сперва там в этой самой, в формулировке, во! – вместо «человек» было «человечество». Ну, вроде как сразу ответственность в масштабах всей планеты возрастает. А потом слово «робот» заменили словом «разумный».
- И что получилось?
- Разумный не может причинить вред Человечеству или своим бездействием допустить, чтобы Человечеству был нанесен вред! – звонко процитировал Пашка. – Вот!
- И разумный у нас?..
- Ты, я, мама, Маринка с Ксеней, Юрик с Кешей, дедушки с бабушками, соседи по домоветви, вообще все обычные люди, а еще люди дополненные, усовершенствованные и космолюды – аврориты, марсианцы, энцеладиане и титаниты, а теперь еще вот роботы! Все! Мы – Человечество.
- Широко мыслишь, – заметил я.
Пашка просиял.
- И по твоему Нулевому закону выходит, что Человечество само себе не может вредить или преступно бездействовать?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.