Максим Субботин – Радужные Мосты (страница 64)

— Можно короче? — не выдержал Вивьен. Ему очень хотелось сесть, а еще лучше лечь. Ненадолго, всего на несколько минут. Отдохнуть. Прикрыть глаза. Но показать слабость перед пришельцем из иного мира он не желал.

— Они сумели открыть дорогу между вашим миром и тем, откуда черпали силу! Тем, который изменил их до неузнаваемости! — впервые за все время повысил голос Дженай. — Я не верил в это до последнего. Этого не должно было случиться. А теперь…

— Что теперь? — не сдавался алхимик. Глаза уже закрывались сами собой.

Мили то и дело бросала на него косые взгляды. Сомнений у нее не было — Вивьен потерял слишком много крови и теперь держится на одном упрямстве.

— А теперь чудовищным образом переродившаяся плоть мертвого мира получила лакомую и легкую добычу. Боюсь, что именно ты стала путеводной нитью, упрочившей тропу. И в этом виноват только я. Представь себе заражение, которое медленно, но верно убивает твое тело. Так же будет и с вашим миром… вернее, с нашим.

— Так вот почему меня выбросили.

— Значит, надо закрыть открытую дверь, — пожал плечами алхимик. — Мили, ты же можешь это сделать.

В ответ молчание.

— Можешь же?

— Я думаю, что мы попытаемся, — голос Дженая вновь стал спокойным. — Немного времени у нас все же есть. Потом болезнь станет необратимой.

— Я уж думал, совсем дела плохи, — выдохнул Вивьен. — Дайте мне передохнуть, и тогда поставим на место каждую тварь. Будь она хоть целым мирком — дохлым и вонючим.

— Прости, — послышался тихий голос Мили. Настолько тихий, что алхимик сначала решил, что ему почудилось.

— Видят боги, я не хотела, чтобы все так кончилось.

— Что? — Вивьен тряхнул головой, стараясь выбраться из окутывающего его вязкого тумана. — Мы все поправим. Еще ничего не кончилось.

Туман становился все гуще, голос Мили звучал все дальше.

— Забудь обо всем, что здесь случилось. Ты еще можешь быть счастлив…

Тишина. Надменная, насмехающаяся тишина объяла Вивьена. Сознание померкло.

В какой-нибудь паре миль от Трех Дорог стоял небольшой припозднившийся обоз. Солнце скрылось за деревьями, но сумерки только начали спускаться, еще не обретя полной власти.

У обоза суетились несколько человек. Им не впервые было встречать на тракте следы разбойных нападений. Но в этот раз все выглядело каким-то уж очень странным. Обнаруженный ими человек лежал навзничь. Перепачканный кровью, грязью, в изодранных одеждах, он производил впечатление брошенной капризным ребенком куклы. Вокруг никаких следов. Прибитая недавно прошедшей изморосью пыль говорила о том, что за последний час никто по дороге не проезжал. Одежда же найденного мужчины была суха. Он словно с неба свалился.

— Ну что, как он? — уже во второй раз спрашивала женщина средних лет. На усталом, загорелом лице читалось беспокойство.

— Живой. Похоже, потерял много крови, да и измотан порядком. Но жить, думаю, будет, — помедлив, ответил невысокий кряжистый старик. С его лица, изборожденного глубокими морщинами, смотрел единственный глаз. — Тащите-ка чистую тряпицу да не забудьте воды…