Максим Шторм – Закон и честь. Часть вторая. Иллюзия закона (страница 25)
– Я бы хотел поговорить с кем-нибудь из хозяев, – Джентри сунул руки в карманы пальто, не сводя со старика серых глаз. Ему показалось, что в глазах дворецкого всё же было нечто особенное, что отличало его от других. По первому впечатлению – непробиваемая стена. Монолит. Такого на испуг за здорово живёшь не возьмёшь.
– Мистера Гиллрой сейчас нет дома. Он на работе. Миссис Гиллрой несколько минут назад уехала.
– На чём? Она водит личный паромобиль? Вызвала кэб?
– Миссис Гиллрой отбыла на таксомоторе, – в голосе старика прорезалось негодование. – Её пригласили на утренний чай. Сэр.
– Угу… Спору нет, дело и впрямь наиглавнейшей важности… Очень жаль, поскольку я бы хотел с ними обсудить одно не менее важное дело, чем работа и чаепитие.
– Возможно, я смогу вам чем-то помочь? – Дворецкий изогнул бровь.
– А, собственно, почему бы и нет? Думаю, что вы вполне сгодитесь, – изобразив крайне глубокую задумчивость, сказал Джейсон. – А прохладно сегодня, не находите?
Старик молча посторонился, приглашая полицейского войти. Что-что, а вышколенным манерам он был обучен и любой полунамёк понимал мгновенно. Джентри с улыбкой кивнул и переступил через порог.
– Так как, говорите, вас зовут, старина?
– Шатнер, сэр. Уильям Шатнер.
Очутившись в холле, по размеру способном соперничать с палатой лордов, Джентри рассеяно почесал в затылке и зашарил по карманам. Дворецкий не сводил с него взора. Высоченный бездушный манекен, в чьих глазах теплится лишь намёк на жизнь. Джентри из всех сил старался изобразить обычного полицейского чинушу среднего пошиба, который уже с утра думает о сэндвичах. И судя по промелькнувшему в водянистых глазах старика презрению, у него это неплохо получалось.
– У вас очень красивый дом, мистер Шатнер, – Джейсон достал, наконец, прихваченный по случаю древний замусоленный блокнот. Который он незаметно умыкнул со стола Фергюсона. – Мне придётся кое-что записать… Понимаете, начальство всегда требует намного больше, чем человек в состоянии запомнить.
Инспектор заговорщицки подмигнул. Раскрыв блокнот на странице, заложенной карандашом, он увидел довольно плодовитый рисунок обнажённой красотки с глазищами на пол лица и громадными грудями, размер которых Джентри затруднялся определить даже приблизительно. Он закусил щёку изнутри и перелистнул страницу. Дьявол.
– Не желаете ли чашечку кофе, сэр? – Шатнер был само терпение и вежливость.
– Пожалуй, что нет. С утра предпочитаю несколько иные напитки! – гоготнул Джейсон, надеясь, что выглядит последним идиотом. – Кроме нас с вами никого в доме нет? Что-то я не вижу прислуги…
– Наш штат весьма ограничен, сэр. Дом на данный момент пуст. Дети в гимназии, хозяева в разъездах.
– И вы один тяните на себе лямку? Снимаю шляпу… Такой огромный дом… Тяжело, наверное, одному справляться со всем хозяйством? Неужели вы и кухней занимаетесь?
– Я получил весьма специфическое образование и прошёл необходимую подготовку, – с достоинством ответил старик. – Я служу семье Гиллроев уже сорок лет и начинал ещё при покойном мистере Роберте. Инспектор, вы так и не объяснили цели своего утреннего визита. Поверьте, мистер и миссис Гиллрой не те люди, что создают проблемы закону и порядку…
– А они не нуждаются в благотворительных обедах, на которых наливают по миске бесплатного супа, да? – Джентри неспешно осматривался по сторонам. – Вся эта отделка, колонны, галерея, камин, картины… Чёрт возьми, да я готов поклясться, что мрамор для холла привезли из Калисты, а вот этот ковёр стоит больше денег, чем я зарабатываю за год!
Дворецкий кивал каждому слову Джентри, словно в зажиточности хозяев была его собственная заслуга.
– Мистер Гиллрой получил от отца в наследство весьма успешное предприятие и немало преуспел в преумножении капитала.
– Да уж, наверняка что-то связанное со всей этой современной техникой, а? Ваш хозяин, должно быть, прозорливый человек, раз знает, во что вкладывать папочкины денежки. И я не могу поверить, что столь состоятельный джентльмен зажмёт несколько лишних фунтов и станет экономить на прислуге. Вы и детишек лично кормите с ложечки?
Шатнер, не сходя с места, с совершено непроницаемым лицом выслушивал трескотню нахального констебля. Джентри догадался, что старик с удовольствием спустил бы его со ступенек. Поэтому он поднажал ещё сильней.
– Я, конечно, извиняюсь, но вы не производите впечатление человека, способного найти общий язык с маленькими детьми. Раз они учатся в школе, значит, они ещё не достигли возраста, когда можно посещать салоны и кабаки! Ха-ха! И наверняка им нужна нянька, гувернантка там… Или же миссис Гиллрой до того заботливая мать, что в остальное, свободное от распития чая время, квохчет над ними как наседка?
– Сэр, я бы попросил вас… – дворецкий гневно повысил голос.
Джейсон миролюбиво поднял руки и взмахнул блокнотом.
– Извините-извините, мистер Шатнер, просто я немного увлёкся. Но мне и в самом деле интересно знать…
– Обычно у нас работает девушка, присматривающая за детьми, – сказал Шатнер, не меняясь в лице. – Я не стал говорить об этом, потому что последняя няня была уволена ещё три дня назад…
– Последняя? – тот же вцепился в слова дворецкого Джентри, размашисто черканув в блокноте. – Значит, были и другие? И тоже уволенные? Чем они все вам не угодили? У вас завышенные требования к прислуге?
– В наше время довольно трудно найти компетентный служебный персонал, – сказал дворецкий. – А поскольку речь идёт о присмотре за детьми, то требования к нанимаемым и впрямь очень высоки.
– Три дня как уволили, говорите… – Джентри повторно черканул в блокноте. Со слов Спунера выходило, что Элен Харт проводила рабочее время в имении Гиллроев с понедельника по субботу. Сейчас вторник. Со слов этого сухаря выходит, что расчёт она получила аккурат в субботу. Но никаких заявлений о пропаже девушки в Двор не поступало. Джентри уже успел с утра проверить эту информацию. Значит, дворецкий бесстыдно врёт. И даже, сукин сын, не краснеет. Одного этого было достаточно, чтобы у инспектора возник повышенный интерес к этому, по выражению всё того же Спунера, «долбанному вертепу».
– Она что-то натворила?
– С чего вы взяли? – деланно удивился Джейсон. Ни в коем случае нельзя дать старику понять, что он раскусил его ложь. Если Элен Харт уже и нет в этом доме, то уволили её точно не в субботу. И не в воскресенье! Остаётся только понедельник. Вчерашний день. Так что же тут всё же произошло? И почему дворецкий делает из этого тайну? Девушка попалась на краже столового серебра? Как-то сразу, без весомых доказательств, принять на веру всю рассказанную Джеком невероятную историю Джентри не мог. Но чем дольше он находился в холле огромного особняка, тем больше понимал, что тут, откровенно говорят, попахивает чем-то нехорошим…
Нюх Джейсона ещё никогда не подводил. Он с преувеличенным любопытством шарил взглядом по внутреннему убранству холла, в ожидании ответа старика.
– Я не думаю, что вас привело праздное любопытство, – сказал Шатнер. – И вы так интересуетесь нашей прислугой и этот девушкой в частности…
– У вас с ней были проблемы? Как её имя, кстати?
– Миссис Гиллрой не устроило качество её работы, – Старик даже не замешкался. – Девушка представилась как Элен Харт. Даже предоставила рекомендательные письма. Я думаю, что в них было больше вымысла, нежели правды…
– Вон оно как… – протянул старший инспектор, водя карандашом по листу блокнота. – Понимаете, в последнее время в Империал-Ярд поступило множество заявлений… По поводу качества обслуги, ха-ха! Из ваших мест как раз. И меня отправили обойти все приличные дома в вашем квартале… Представляете, начали поступать жалобы, что в дома богатых и уважаемых жителей устраивается работать одна девушка – молодая, симпатичная – нянечкой, кухаркой, не важно. Важно то, что вскорости в тех домах начинали пропадать весьма ценные вещи. А сама девушка спустя какое-то время бесследно исчезала. И так до следующего раза. Признаться, начальство, будь оно не ладно, тянуло резину до последнего, пока жалоб не накопилось столько, что под ними скрылся весь стол комиссара Двора!
Джентри умолк и достал из кармана очередной полицейский фетиш – измятую замусленную сигару с обгрызенным кончиком. Пахла она просто ужасно, но старший инспектор мужественно вставил эту древнюю вонючку в рот и стиснул зубами.
– Шпичек не найдётся? – прогнусавил он, невинно глядя на дворецкого.
От взгляда Шатнера сигара могла вспыхнуть и без огня. Он возмущённо зыркнул на полицейского.
– Я бы попросил вас удержаться от закуривания, сэр. Миссис Гиллрой запрещает дымить по всему дому. Даже мистер Гиллрой курит исключительно в своём личном кабинете.
– О как… Жаль, не могу без курева, – Джентри с сожалением спрятал сигару обратно во внутренний карман пальто. Он никогда не курил. – Так что скажете, старина? Не подходит ли эта деваха под описание вашей уволенной няни? И вы точно уверены, что у вас ничего не исчезло? Может, вы хотите, пока я здесь, написать заявление? Убьёте двух зайцев сразу!
По виду дворецкого несложно было догадаться, что с большим удовольствием он бы убил самого Джентри. Высокий старик поправил пенсне, скрывая рукой промелькнувшую на лице гримасу, но всё же невозмутимо сказал: