Максим Шторм – Я, физрук-профессор магии (страница 29)

Глава 12

Глава двенадцатая, в которой я охочусь на "дьявола" и укрепляюсь в своих подозрениях.

В магазинчике, торгующем всякой всячиной, мне понравилось. Хозяин, маленький шустрый толстячок в нарукавниках и фартуке, доблестно расписывал достоинства своего товара. Впрочем, я и так видел, что туфту он не держит. В магазине можно было запастить всем самым необходимым для домашнего хозяйства, как обычного, так и магического. Торгаш уверял, что к нему регулярно захаживают чародеи и еще никто не остался недовольным сделанной покупкой.

Я ходил между заваленными товарами прилавками, а хозяин, почуяв наживу, как приклеенный следовал за мной и нахваливал каждую приглянувшуюся мне вещицу. Меня же заинтересовали цепи. Именно их я и увидел за витриной. Скрученные кольцами, железные и серебряные. Я выбрал парочку трехметровой длины, со средней толщины звеньями, способными удержать рвущегося с привязи волкодава.

Мелкий толстопуз пытался всучить мне ещё кучу всякой всячины, ну просто жизненно необходимой для такого важного человека и знатного волшебника как я, уверял он. Кто знает, возможно в предлагаемых мне сверх товарах и был толк, но не мог же я сказать, что ни хрена не разбираюсь во всех этих амулетах, напоминающих карабельные приборы для измерения широты и долготы конструкциях и магических шкатулках! Заплатив за цепи шесть монет, я ушел. Выложил немало. Определённо пять монеток ушли чисто на серебряную цепь. И ещё не факт, что она мне понадобится. Брал на всякий случай. Я помнил из книг, что многая нечисть боится холодного железа. Кое кто не переносит серебро. Но сомневаюсь, что столкнусь с оборотнем или вампиром! Повторюсь, брал на крайняк.

Сложив покупки в любезно предоставленный за счет магазина холщовый мешочек, я двинулся обратно в гостиницу. Было бы неплохо пожрать чего-нибудь, да слегка промочить горло. Для храбрости пузырёк вина не помешает. Излишне надираться, как я планировал изначально, все же не буду. К ночи мне понадобится относительно трезвая голова. Пообедаем, чуток выпьем и можно будет отдохнуть. Раньше полуночи один фиг ничего не начнется. Как я понял со слов Штуцера, заселившийся в гостиннице жуткий проказник мог возникнуть где угодно, в любом месте, и тут же начать все переворачивать и ломать, словно выискивая что-то ведомое ему одному. Или же тому, кто его наслал на "Безголового принца"... Хе-хе, улавливаете мою дедуктивную мысль? Я почему-то видел пока непонятную связь между гостиницей и этим существом. И смерть Злобнуса так же имеет здесь не самое последние значение. Не зря же эта чертовщина началась всего лишь через неделю после его смерти. Признаться, во время разговора со Штуцером, я уже был готов поверить, что умерший профессор вернулся туда, где его убили, в виде призрака, и ищет что-то свое. Но услышав описание внешности неизвестной твари, был вынужден отказаться от своей шальной теории.

На бледном лице Штуцера появилось выражение невероятного облегчения, словно он долго мучался запором и наконец-то хорошо просрался, когда я вошёл в зал гостинницы. Он то, наверняка уже думал , что я плюнул на все договорённости и слинял куда подальше, нашел себе другое, более спокойное и приличное место для проживания.

- Обед, хороший сытный обед, и бутылку лучшего вина, - походя сказал я, усаживаясь за стол. - И сразу положи в ледник несколько бутылочек с элем, пусть охлаждаются. Думаю, завтра утром он мне понадобится.

Пока ждал еду, слушал как стучит на кухне сковородками воодушевленный моим боевым настроем хозяин, и думал, где мне лучше всего устроить ловушку на ночного гостя. По всему выходило, что угадать с местом его физического воплощения практически невозможно. Он и так уже обшарил в гостинице все, что мог. Не исключено, что пойдет по второму кругу. Так что лучше не дергаться, а сидеть в своей комнате и ждать. Поднятый из грохот я услышу в любом случае, если Штуцер не преувеличил на счет чрезмерной шумливости этой лысой обезьяны.

Пока размышлял, подоспел обед. С торжественностью охранника Мавзолея Штуцер поставил передо мной большущий поднос. Я одобрительно покачал головой. Сковородка шкворчащей яичницы с колбасой, сыр, холодное мясо, хлеб, бутылка вина, горчица и несколько яблок. На мое приглашение Штуцер ответил категорическим отказом и вернулся за стойку, откуда продолжил наблюдать за мной с благоговейным восторгом. Не иначе я вырос в его глазах до уровня министра магии как минимум.

Я неспешно насыщался, запивая вкусную пищу вином. Так глядишь и пристращусь к этому компоту, пришла в голову безумная для меня мысль. Нееет, я с ожесточением наколол на вилку кусок поджаренной колбасы, своей давней любви к беленькой я изменять не собираюсь. Обязательно со следующей недели начну проводить с Бухольцем первые опыты по самогоноварению под предлогом изготовления алхимических зелий, необходимых мне для занятий по Защите от Тёмных сил!

Наевшись от пуза и добив бутылку, я тяжело поднялся и, сытый и довольный, направился к ведущей на второй этаж лестнице. Преданно смотревшему мне вслед Штуцеру я напутствовал:

- Меня по пустякам не тревожить и не отвлекать. Я буду отдыхать в своем номере. Ты запрись на ночь и не обращай ни на что внимания, чтобы не происходило. Дай бог, утром свидимся.

Оказавшись в номере, я разделся, но остался в обуви, вытащил из сумки цепи и положил их на стол так, чтобы в любой момент можно было их удобно схватить. Зажёг стоящую на столе керосиновую лампу, придвинув ее поближе постели. Заложив дверь засовом, я вытянулся на кровати и положил рядом с подушкой открытые часы луковицу и волшебную палочку. Четвертый час пошел. За окном начало потихоньку сереть. Короткий осенний день, усугубленный пасмурным небом, катился к завершению. Впереди долгий томительный вечер и сулящая невесть что напряжённая ночь. Я заложил руки за голову и уставился в беленный потолок. По телу пробегали покусывющие кожу мурашки. Успокоить нервишки могло только то, чего у меня не было. А вино лишь погружало в дремоту. Не проспать бы только, дал наказ своему организму я и закрыл глаза.

Если бы не одно случившееся обстоятельство, я бы проспал. Нет, мои внутренние часы работали исправно и я бы начал ворочаться незадолго до двенадцати ночи, но тут свою роль сыграла бутылочка красного. Как бы там ни было я сладко дрых на мягкой постели, пока своим натренированным чутким ухом не услышал отчетливый скрип двери. Я моментально проснулся и вздрогнул, но огромным усилием воли заставил себя лежать и продолжать усиленно сопеть, притворяюсь по-прежнему спящим. Дверь? Я же ее запер! Меня прошибло потом. И только потом я сообразил, что скрип раздавался изнутри комнаты. И скрипела не входная дверь, а дверца стоявшего в углу платяного шкафа.

Я чуть-чуть приоткрыл глаза. Благо лежал лицом к шкафу и теплого желтого света от прикрученного фитиля киросинки вполне хватало, что бы неплохо видеть, что происходит в наводнившейся ночными тенями комнате. А увидел я, как дверца шкафа меееедленно отворяется, словно кто-то изнутри на пробу ее толкал. С меня слетели последние остатки сна. Почему-то я ни секунды не сомневался, кого я сейчас увижу. Выходит, эта курьезная тварь всю дорогу сидела в шкафу в моей комнате?! Или же... Меня словно ошпарило, когда я начал догадываться.

Дверца открылась на половину, изнутри шкафа ее придерживала длинная жилистая рука, с когтистыми пальцами, обтянутая грязно-белесой кожей. Следом из нутра шкафа появился и обладатель сей выдающейся клешни. Сопя и жадно нюхая вывернутыми ноздрями воздух тварь ступила на пол, пригибаясь и опираясь на передние руки-лапы. Действительно, очень похожа на подстриженного наголо шимпанзе. Только уши длинные, вытянутые и заостренные, зубы как иглы, а в глазах, маленьких и чёрных как деготь, блестит хитрый нечеловеческий разум. Все таки это существо соображает. У простого животного не может быть таких глаз. Продолжая нюхать воздух, образина повернула шишковатую голову ко мне. Я еле успел закрыть глаза.

Сопение твари усилилось. Она издало удивленный горловой звук, словно не ожидала предстать во всей красе перед неожиданным свидетелем. Кто бы знал, чего мне стоило в тот момент сохранять спокойствие, а не с матюгами подскочить на кровати!

Оно кралось по комнате мягкими стелющимися шагами, шлепая голыми лапами по доскам пола. Вот звук шагов изменился, образина встала на ковер. Я сдерживался, как мог. Сопение и горловые звуки усиливались. Я помнил, насколько острые у нее зубы, как бы не испытать из остроту на своём горле... К моему удивлению от лысого мракобеса почти ничем не пахло! Очень странно. Нет, все же какой-то запах был. Очень специфический, но слабый, напоминающий мокрую землю после дождя или глину...

Отвратительная пародия на обезьяну остановилась возле моей кровати. Я ощутил как ее длинные мерзкие пальцы прикоснулись к моей ноге. Вот тут у меня нервишки сдали. Я резко распахнул глаза и сел. Наши взгляды встретились. Тварь невольно попятилась назад, раздувая ноздри и злобно шипя. Она ожесточённо уставилась на меня. Я эдак небрежно произнес:

- Что за полуночник ко мне в гости пожаловал? Это кому не спится в ночь глухую? Фамилия, имя, отчество, живо! Чего молчишь, жопа с ручкой?