Максим Шторм – Я, физрук: экзаменатор (страница 37)
Продолжая заразительно хрустеть снежным настом, я топтался как индюк, размышляющий, сколько индюшек он сможет покрыть за одну ночь. Что-то привлекало мое внимание, но я никак не мог понять что именно. Я, насторожившись, медленно начал поворачивать голову. И почти сразу заметил очень странную игру ветра. Вообще было очень тихо, помните? Но я увидел, как по засыпанной снегом земле бежит легкая поземка, поднимая и закручивая белые колючки в причудливые узоры. Миниатюрная вьюга поднимала целые снеговые тучи, чтобы через секунду осыпаться бессильным каскадом. Я смотрел на это природное представление и одновременно пытался сообразить, что происходит.
Тем временем эта вьга крепчала, становилась масштабней и злее. И вот уже в десяти метрах от меня бушевал снежный буран, вздымая и опрокидывая залежи снега, срывая с промёрзшей земли сверкающий на солнце покров. А затем словно остановилось само время. Большущий, как расправленная невидимыми руками одеяло, снежный квадрат засветился на воздухе, замерев тысячей пушистых снежинок. Я невольно сделал шаг к подножью замка, готовый в любой момент отступить к школе. Что еще за шутки?
Через мгновение квадрат засветился мягким зеленоватым маревом, пошел волнами, и из него, словно из соседней комнаты, ступила закутанная в длинную черную хламиду фигура. Я, оторопев, узнал в путешествующем столь странным образом человеке одну из Верховных Ведьм Черной Усадьбы! Пышная, бледная как поганка, одутловатая, украшенная бородавками, с улыбкой, приятной, как мясорубка, Гульфия собственной персоной! А одете вовсе не в хламиду, а в истрепанную лисью шубу, с претензией на изящество стиля. Она улыбалась мне, как старому знакомому и лучилась подлинной радостью, напоминая нажравшуюся свежих мух жабу. Вот так встреча!
- Слышь, профессор, - немного простуженно прогундосила она. - Ты как будто просто охренительно рад меня видеть! Так смотришь, что еще немного и я начну краснеть, как малолетняя шлюшка перед возбуждённым жеребцом.
Аналогии, конечно, у этой озабоченной дамочки еще те. Я, откашлявшись, довольно сухо произнёс:
- Хм, не скажу, что ожидал вас увидеть, гражданочка, в такой близости от Школы. Решила подтянуть образование? Могу порекомендовать пару достойных учителей! Хотя, боюсь, в вашем случае наука будет бессильна.
- Все шутишь, профессор, изгаляешься, - тяжело отдуваясь, сказала ведьма, словно проделала весь путь сюда пешкодралом через сугробы. - Хотя имеешь право, чего уж там... В прошлый раз ты здорово нас надул. Особенно Вальпургию. Натянул, скажем так, всем глаз на жопу. Она только утром очухалась. Чем ты ее свалил, родимый? Не поделишься рецептиком?
Гульфия омерзительно ухмыляясь, подмигнула мне, как старому товарищу по детским пакостям. Я, вздохнув, демонстративно посмотрел на солнце. Оно уже давно перевалило за зенит. Поняв мой намек, ведьма хмыкнула.
- Тебе большой привет от Вальпургии, - она скривилась, словно увидела водящих хороводы детишек на школьном утреннике. - Просила передать, что мечтает повторить вашу незабываемую ночь! Хрм, так было у вас что или не было, а, профессор? Мы с подругами уже все мозги выели в раздумьях.
И эта туда же! Я задумался. С одной стороны, конечно, льстит, что даже главная, ведьма помнит о тебе и намекает на толстые обстоятельства. С другой... Глаз за глаз. Ведьмы есть ведьмы. Верить им нельзя ни на грош.
- Что-то еще?
- Верховная шлет привет и просила кое что передать на словах, - потирая когтистые клешни, сказала толстуха. На морозе ее личико, более привычно сморевшееся бы на голове ящерицы, даже порозовело. Свежий воздух всегда на пользу. Ей бы еще кое-какие физические занятия не помешали в нагрузку!
- И что же это - признание в вечной любви? - не удержался я от очередной подначки. Гульфия тяжко вздохнула и сочувственно произнесла:
- Эх, вижу, нормальный ты мужик, Даркен. Правильный. Стоящий мужик. Не то, что это тухлое дерьмо из Школы, - она пренебрежительно мотнула кудлатой головой, не знающей, что такое расческа, в сторону громады Колдовгаста. - Нормальный, только не уваженный. Бабу бы тебе, профессор. А то, небось, уже от рукоблудия и мозоли натер, так скоро и волшебную палочку не удержишь!
Я невольно покраснел, как застуканный за тем, в чем она меня подозревала, подросток. Куда это она клонит, слониха бородавчатая?
- Вот, например, я! Тоже, вроде, баба хоть куда, видная, а без мужичка то все одно, - продолжала размышлять ведьма, напрочь забыв, для чего она здесь на холоде морозит свою толстую задницу. Я поспешил ее вернуть в прежнее русло.
- Ближе к делу, уважаемая. Вы говорили, что Вальпургия передала мне некую информацию. Я внимательно слушаю.
Вырвавшись из приятственных дум, связанных с вероятным брачным союзом, Гульфия хрипло проквакала:
- В Чащобе Мрака зашевелилась древняя волшба. Мы, ведьмы, чуем такие штуки. Готовься к большим неприятностям, Даркен. Эта волшба уже поселилась в твоей Школе. И оплетает все больше и больше... Еще в том году мы почувствовали, что древняя могила начала пробуждаться, да.
- Мы думаем об одном и том же ? - я внимательно ловил каждое сказанное слово пришлой ведьмы.
- Не знаю я, о чем ты там думаешь, - проворчала Гульфия. - А только Хозяйка Усадьбы просила передать, что тот, кто Не умер, возвращается. И уже имеет в мире живых сподвижников. В прошлом году что-то случилось, что нарушило его сон. Кровь волшебника пролилась в древнем лесу. И это было началом.
Я жадно ухватился за ее слова. Проклятье, вот это действительно, информация так информация!
- Волшебника? Какого? Когда именно? Что там произошло?
Гульфия вполне ненаигранно удрученно покачала головой.
- О том нам неведомо. Но мы, ведьмы, довольны тем миром, в котором мы живём, и тем порядком, которого придерживаемся. Другого нам не надо. Если можешь что-то сделать, делай. Древнее пророчество Малого Народа вот-вот сбудется. Скоро все силы сойдутся в нужной точке. Время на исходе, помни об этом.
Я аж зубами заскрипел от наряженного мыслительной процесса. Будет о чем сегодня поговорить с друзьями на намеченном сабантуе. Гульфия, тяжко вздохнув, как бегемотиха, обнаружившая, что помочилась в собственное болото, сказала:
- Ну, вроде все передала... Ты, если что, к нам заглядывай. И это... Хочешь, сиськи покажу?..
Я потрясенно вылупился на нее, потеряв всяческий дар речи. А со мной это редко бывает, как вам известно!
———————————
- Что, прямо так и сказала?!
- Да, вот не выпить мне больше ни стопаря!
- Да быть того не может!
- Тебя там не было, а я все слышал своими ушами! Как есть предостережение от Верховной ведьмы.
- Э?.. Гм, так я это... Немножко не про то, - захмелевший Тварина горячился, как юный аксакал, но вид теперь приобрел немного сконфуженный.
Я, проглотив сдобренную горчицей котлету, удивлённо посмотрел на него:
- А про что?
- Да про ведьмины груди бесстыдные...
Я, едва не подавившись, отчаянно замахал руками. Хихикающий Бухольц поспешил налить всем холодной самогонки.
- За понимание!
Мы дружно выпили. Я, Тварина, Бухольц, Пиви да Юнкерс. Не забыли? Этим субботним вечером состоялась вечеринка в честь нашего нового знакомца и боевого товарища гоблина Жаболапа. И состоялась таки неслабо. Сам виновник торжества уже лыка не вязал, назюзюкавшись в дымину. Теперь зеленокожий коротышка лежал под моей кроватью на медвежьей шкуре и издавал знатного храпака, выводя носом такие рулады, что и впавший в спячку гризли позавидовал бы. Гоблин уполз на свою лежанку из последних сил, показав себя весьма способным, но пока еще довольно слабеньким собутыльником.
В самом начале застолья гоблин всем нам раздал подарки. Да-да, он умудрился непонятно из каких ингредиентов сплести нам травяные браслетики-веревочки, которые мы под его пристальным вниманием смущенно повязали себе на руки. Я, Бухольц и Тварина. Маленькому Народуу такие обереги не нужны, пояснил шаман. Не хотелось отказывать парню, да и работа была искуссной, плюс никто особо и не увидит... Так я размышлял, разглядывая подарок. Попробовал потянуть и с удивлением обнаружил, что словно пытаюсь порвать толстую леску. Сплетённый из травинок браслет был очень прочным. Ну а когда гоблин на ломанном общем языке пояснил, что это амулеты из области гоблинской магии, защищающие людей от Дурного сна... Смекаете? Жаболап соорудил нам защиту от загадочного чернокнижника, любящего наведываться во снах. В таком случае подобному подарку цены не было! Под моим натиском гоблин пообещал сплести подобные браслетики-обереги и всем ученикам из моей группы, в самое ближайшее время.
За то и выпили первые чарки. За дружбу и взаимовыручку. Потом пили уже за все и вся, а я, подзаправившись, начал рассказывать про свои последние злоключения. Про то, как схватился с нашим врагом во сне. Как он открыл мне свое лицо и завершил рассказом о визите Гульфии. Мои друзья восприняли все очень серьезно. Да и как иначе, мы уже давно все месте сидим в одной лодке. К сожалению никто ничего не мог сказать по поводу личности проникшего в мой сон чародея. Я изо всех сил стараясь припомнить самые малейшие подробности, как мог описал его внешность, но тщетно. Никто из моих соратников не видел в Школе и окрестностях человека с похожей внешностью. А если и видели, то не придали значения. Уж больно заурядным типажом он обладал. Но где же тогда я мог видеть этого ублюдка?