Максим Шейко – «Попаданец» в СС. Марш на восток (страница 8)

– Гальдер, вас послушать, так высадка англичан является для нас просто подарком! – Гитлер успокаивался буквально на глазах, вновь перейдя от истерики к сарказму.

– Нет. Потеря времени является нежелательным фактором и нам будет трудно скомпенсировать тот вред, что нанесли нам итальянцы своей неуместной инициативой. Но ситуация все же не является критичной, и мы можем попытаться извлечь из нее даже некоторую пользу. По-видимому, противник не в полной мере представляет себе возможности немецких войск в данном регионе. Англичане сами подставляются под наш удар. А это может им затруднить дальнейшее развитие операций в Средиземноморье. Возможно, в конечном итоге мы даже выиграем некоторое время до открытия абсолютно неизбежных действий противника против территории Италии, если, конечно, сможем существенно поколебать экспедиционные силы британцев сейчас.

– Что ж, генерал, считайте, что вы меня убедили. По крайней мере, ваши рассуждения совпадают с мнением аналитиков РСХА и штаба ОКЛ [16]. Они тоже уверены, что в случае нашего решительного наступления сопротивление англичан не затянется, а наши потери будут умеренными.

– Я не сомневаюсь в этом, мой фюрер.

Легко сказать: «не сомневаюсь, мой фюрер». Одни только боги знают, чего начальнику штаба ОКХ стоили спокойствие и уверенность во время этого разговора! Фюрер не любит признавать свои ошибки, даже если в них и нет ничего постыдного – Гейдрих расстегнул воротник мундира, повел головой из стороны в сторону, разминая шею, и, вытянув ноги, откинулся на спинку кресла. Теперь, в тиши кабинета, можно и расслабиться. А заодно и подумать о будущем…

А будущее-то на глазах обрастает проблемами и неопределенностями. Казалось бы, все шло как по маслу. Восточный поход должен был начаться где-то в середине мая. Силы для этого собрали просто огромные. Промышленность работала, как часы. Военные заводы оккупированной Европы тоже работали не покладая рук, причем практически бесплатно! Вернее, оплата производилась за счет тех средств, которые изымались из тех же самых оккупированных стран в счет будущих репараций. Война кормит войну – древнейший принцип, который никто не отменял. Понемногу решались даже казавшиеся поначалу непреодолимыми проблемы в области стандартизации выпускаемой продукции. Костяки новых дивизий были сформированы и обрастали «мясом» прямо на глазах. Для обеспечения всей этой армады топливом был предпринят целый ряд мер, начиная от введения еще более жесткой экономии на бензин в гражданском секторе экономики и заканчивая урезанием поставок румынской нефти союзникам-итальянцам. Кстати, объемы закупаемой в нейтральных странах нефти также удалось несколько увеличить.

Люфтваффе в течение осени и зимы, с легкостью отражая попытки англичан организовать дневные налеты на Германию и оккупированные ею страны, быстро восстановило потери, понесенные во французской кампании, и стремительно наращивало силы, попутно перевооружаясь на новую технику. Кстати, эти английские налеты, абсолютно бестолковые, с военной точки зрения, здорово пригодились Йозефу Геббельсу и его «министерству правды». Хорошо, что удалось тогда убедить фюрера отказаться от аналогичных действий против Англии…

Дааа. Все было хорошо, пока этот идиот Муссолини не ввязался в греческую авантюру. Кретин! Более дурацкий поступок просто невозможно было придумать. Уже ведя неудачную войну с Англией, ввязаться в еще одну войну. И это вместо того, чтобы всеми силами пытаться пробиться в Египет и соединиться со своими войсками в Эфиопии! Променять возможность захватить важнейшую транспортную артерию мира – Суэцкий канал – на козьи пастбища Эпира – уму непостижимо.

Впрочем, дуче был достойным вождем своей страны, ибо тупость итальянского генштаба и беспомощность разведки вполне соответствовали стратегическому гению основателя фашистского движения. А довершала все это великолепие полная неспособность итальянской армии победить хоть какого-то противника. Просто идиллия! Если б только эти пожиратели лука не были союзниками Германии…

Ладно, к чему пустые мечтания? Нужно исходить из реально сложившейся обстановки, а она на редкость паршива, надо сказать.

Итальянцы вместо того, чтобы нанести решительный удар по символическим силам англичан в Египте и на Ближнем Востоке, проложить дорогу в Эфиопию и вывести свой флот в Индийский океан, затеяли абсолютно ненужную войну с Грецией. Причем никуда не годный замысел был дополнен абсолютно бездарным исполнением. В результате имеем то, что имеем: англичане вдребезги разбили итальянцев и в Эфиопии, и в Ливии, греки отразили вторжение итальянцев и сами вторглись в Албанию. Оно бы и ладно. В конце концов, после французского фиаско итальянской армии в Германии никто и не рассчитывал особо на то, что итальянцы дойдут до Персидского залива. Так что поражение войск союзника в Африке было вполне ожидаемым и воспринималось немецким командованием с поистине олимпийским спокойствием. Но греческий провал привел к тому, что войска Альбиона вновь появились в Европе. А вот это уже было крайне нежелательно. Вся дипломатическая подготовка шла насмарку, с таким трудом добытое влияние ставилось под сомнение. Проанглийские и просоветские силы снова восстанавливали утраченное влияние. Балканы вновь превращались в пороховой погреб Европы. – Гейдрих закинул руки за голову и, уставившись на резной карниз мореного дуба, продолжил свои невеселые размышления вслух.

– Ситуацию надо выправлять, причем быстро. Время дипломатии прошло – теперь все решит сила. Собственно, в том, что дни англичан на Балканах сочтены, можно не сомневаться. Вопрос в другом: во что выльется задержка с началом восточной кампании? Если верить пришельцу, то один раз мы уже проиграли на востоке. Не хотелось бы повторить это снова. Кстати, интересно, а в «той» реальности была война на Балканах или это следствие наших попыток изменить ход истории? Впрочем, нет смысла гадать. Нужно постараться скомпенсировать отрицательное воздействие этого фактора и постараться избежать повторения подобного в будущем. Союзников надо держать на коротком поводке – пора уже всем объяснить, КТО теперь хозяин Европы!

– Итак, господа, я хочу знать: как изменится график наших операций с учетом проведения «Мариты» [17] в расширенном варианте? Генерал Гальдер!

– Дополнительных задержек не предвидится, мой фюрер. Развертывание группировок вторжения изначально проводилось так, чтобы в случае, если Югославия займет по отношению к нам враждебную позицию и откажется пропустить наши войска, можно было бы сразу же перейти к активным действиям из районов сосредоточения в Болгарии, Румынии, Штирии и Венгрии.

– А как быстро эти войска могут быть вновь возвращены на восток?

– Это в любом случае займет времени меньше, чем вывод войск из Греции. Таким образом, проведение операции против Югославии потребует от нас дополнительных сил и средств, но не вызовет срыва графиков движения войск.

– Хорошо. Югославский провал [18] и так стоил нам слишком дорого. – Тут Гитлер бросил недобрый взгляд на шефа Абвера. – Мы не можем позволить себе больше ни одной задержки.

– Задержки не будет. Необходимый подвижной состав имеется в наличии. Графики движения эшелонов разработаны. Переброска войск начнется сразу же по выполнении ими своих задач и будет проводиться поэтапно – по мере высвобождения соединений. Если прогнозы шестого управления РСХА окажутся верными и сопротивление хорватских и боснийских частей югославской армии окажется символическим, то количество соединений, задействованных в операции, может быть сокращено, а переброска войск начнется еще до завершения всех операций.

– Я отвечаю за точность прогнозов шестого управления. Эти данные добыты из надежных источников и многократно перепроверены. Серьезного сопротивления следует ожидать лишь от сербских частей.

– Мы ценим информацию, добытую вашими людьми, группенфюрер, но все же не можем строить планы наступления, исходя только из ваших данных.

– Я вовсе этого не требую, герр генерал-полковник. Я всего лишь обратил ваше внимание на то, что, в отличие от армейской разведки, РСХА может поручиться за точность предоставленных сведений.

Гальдер лишь слегка склонил голову, давая понять, что эта информация принята к сведению.

Немецкая военная машина пришла в движение, готовясь нанести очередной смертоносный удар.

Нескончаемые моторизованные колонны струились по дорогам Венгрии. Весна уже вступила в свои права на землях древней Паннонии, но до майских гроз и летней жары было еще далеко, поэтому лужи уже высохли, а едкая серая дорожная пыль еще не успела образоваться – что еще надо для хорошего марша? Только приказ на выступление! Кодовый сигнал «Hamburg» прозвучал в радиоэфире еще вчера, и вот теперь тысячи грузовиков, броневиков, легковушек и мотоциклов, сотни танков, штурмовых орудий и тягачей нескончаемым потоком стремились на юг – XLVI моторизованный армейский корпус выдвигался к югославской границе.

Штурмбаннфюрер [19] Вальтер Бестманн, командир разведбата дивизии «Тотенкопф», проводил последний инструктаж своих подчиненных.

– В общем, так, камрады, это наш последний привал. Завтра утром мы вступаем в Югославию. Границу переходим прямо с марша. Организованного сопротивления не ожидается. Будем наступать по шоссе на Белград, вдоль правого берега Дуная. В первом эшелоне пойдут армейцы из 14-й танковой дивизии. Наша дивизия – во втором, сразу за ними. Ближайшая цель корпуса – Осиек – узел дорог и мост через Драву. Если перейдем реку спокойно, то дальше до самого Белграда никаких препятствий.