Максим Шаттам – Союз трех (страница 49)

Мэтт рванул назад, но тут вовремя сообразил: все это дело рук одного человека. На острове только один предатель. Циники говорили об одном парне, а не о нескольких. Он не может оказаться одновременно здесь и в Кракене, чтобы заняться Тобиасом.

Тем не менее Мэтт поспешил вернуться на тропинку, разминая болевшую после падения челюсть.

Он почти добрался до Гидры, когда услышал шум крыльев.

Множество проворных, пищащих тварей. Мэтт обернулся, но ничего не увидел. Тогда он поднял голову.

Более сотни летучих мышей плясали в небе; длинный хоровод приближался к нему.

Развернувшись, мыши на бреющем полете понеслись над землей.

Мэтт испытал отвращение, догадавшись, что мыши охотятся на него, и снова бросился бежать.

Мышиное облако зашуршало в воздухе и стало набирать скорость. Мальчик рванул прочь так быстро, как только мог.

Первые мыши, пикируя, пролетели прямо над ним. Следующие скользнули ниже – всего в нескольких сантиметрах от его головы: Мэтт почувствовал, как по волосам прошел легкий ветерок. Он был еще на приличном расстоянии от Кракена, да и вход в Гидру казался недосягаемым, спрятаться было негде. Мэтт остановился и вытащил меч.

Летучие мыши сгруппировались в шумный маленький смерч и стали торопливо разворачиваться, готовясь вновь атаковать. Потом одна из тварей рванулась вперед и понеслась на него.

Защищаясь, Мэтт едва успел поднять лезвие: млекопитающее развалилось на две половинки.

Еще три мыши последовали за первой. Мэтт сделал несколько выпадов; ему не составляло больше труда управляться с тяжелым мечом – верный знак, что изменения продолжаются. Брызнула кровь, остатки крыльев и головы падали на землю.

Мало-помалу облако начало устрашающе вибрировать, и теперь уже десятки летучих мышей понеслись на Мэтта.

Мальчик изо всех сил махал мечом – лезвие рассекало все, что встречалось на его пути, однако вскоре Мэтт стал уставать. Десятки новых крылатых тварей нападали на него, выставив когти. Одна за другой они шлепались на землю: без головы, с отсеченными крыльями и лапами, но их места заполняли новые. Мэтт кричал, кричал изо всех сил, стараясь выжить, чтобы спасти Эмбер и Тобиаса. Он завопил, и тут все его мышцы вдруг начали действовать как единый механизм. Движения стали более проворными и плавными. Лезвие свистело без передышки, разрубая очередную тушу. И все же Мэтт уставал: мыши брали числом, наваливались сверху; тело покрылось ранами. Кровь текла по лицу. И вдруг все закончилось.

Мыши неожиданно поднялись вверх и унеслись в небо.

Покачнувшись, Мэтт опустил оружие.

На руках и лице остались десятки кровоточащих порезов и глубоких ссадин. К тому же он с ног до головы был заляпан теплой мышиной кровью.

А потом он увидел силуэты бегущих от Гидры в его сторону. Люси, Гвен… и Эмбер.

Глядя, как его подруга, живая и невредимая, несется к нему, Мэтт заморгал и, убедившись, что с ней все в порядке, почувствовал, как подкосились его ноги; сознание отключилось, и он рухнул на тропинку.

40

Выводы

На следующее утро Мэтт проснулся в комнате Эмбер. Лицо горело: казалось, в щеки, лоб и подбородок вонзились острые рыболовные крючочки.

Эмбер влажной тканью протерла его раны и попросила, чтобы Мэтту принесли поесть и попить.

Когда мальчик рассказал ей про ночное происшествие, она разрывалась между гневом, беспокойством и смущением. Ее никто не похищал, наоборот, она провела вечер в компании четверых пэнов, желавших поговорить с ней об изменениях. Они собрались почти спонтанно, но успели предупредить о намечающемся разговоре кое-кого из ребят. К сожалению, Мэтт об этом не знал.

– Тот, кто устроил тебе ловушку, тоже был в курсе, – сделала вывод Эмбер, – он ловко воспользовался твоим испугом, запретив кому-либо рассказывать о письме, он надеялся, что ты затаишься, не станешь проверять, где я могу быть на самом деле. Отличная военная хитрость – заманить тебя в нужное место безо всякого риска.

– Он хотел меня убить! Две стрелы – первая точно в сердце! Если бы я не надел пуленепробиваемый жилет, я бы уже был мертв! И этот засранец среди нас!

– Заметь, хорошо подготовленный засранец. Думаю, он замыслил убить нас всех троих – одного за другим.

– Если мы не поспешим, он добьется своего!

Эмбер кивнула и встала, чтобы посмотреть в окно.

– До того как ты проснулся, я разговаривала с Беном, он согласился пойти разведчиком в лес и попробовать определить, где находится лагерь циников. Он говорит, что, если их там сотня, это несложно будет сделать.

– Может, ему стоит начать со столба дыма, что поднимается вдали над лесом? И кстати, ты встречалась со старым Кармайклом?

– Нет… Надеюсь, сегодня вечером! Не знаю, правда, получится ли, потому что теперь приходится внимательнее наблюдать за изменениями – они становятся все более очевидными. Если предатель это тоже заметил, он постарается осуществить свой план как можно скорее. Чем больше времени проходит, тем больше пэнов ощущают неведомую силу и учатся контролировать происходящие в них изменения. Если хочешь знать мое мнение, он очень скоро подаст знак циникам.

– Для этого ему придется покинуть остров. Ты знаешь, когда следующий сбор плодов?

– Боюсь, уже скоро.

– Надо, чтобы в этот раз пошли только те, кому можно полностью доверять, и никто другой!

– Поняв это, предатель станет еще осторожнее и все равно найдет способ сбежать!

Мэтт вздохнул: Эмбер права. Ситуация становится критической. Предателя надо вычислить как можно скорее. Но с чего начать? «С его методов, – подумал Мэтт. – Как он связывается с циниками? Трое случайно оказавшихся рядом с нами солдат прочитали его записку… Он покидал остров…»

Одним движением Мэтт сел на кровати и хлопнул в ладоши.

– Что ж я за идиот! – воскликнул он. – Это так очевидно, что я даже не подумал об этом! Чтобы передать послание троим циникам, которых мы встретили, предатель должен был пойти в город вместе с нами. Кто ходил тогда? Мы – члены Союза трех, Даг, Артур и Серджо. Этих, думаю, можно спокойно исключить из списка подозреваемых – если бы речь шла о команде Дага, они бы уже устроили заварушку, задавшись целью выпустить на белый свет своего старика. Кто остается?

– Трэвис и Гвен, – ответила Эмбер. – Гвен никогда не поступила бы так: она моя подруга и не способна ни на какую подлость.

– Ты уверена? Ты бы поручилась за нее?

Эмбер подумала и кивнула:

– На сто процентов.

Мэтт размышлял. Итак, рыжий Трэвис. Грубоватый, не умеющий хитрить, добровольно вызывающийся делать разную работу, он любил оказываться в центре событий и не боялся попотеть ради общего дела. Сын фермеров, вспомнил Мэтт, мальчик, которому привили ценности: работа, взаимовыручка, уважение к себе подобным. Все это никак не вязалось с образом предателя и к тому же убийцы. Неужели он настолько двуличен? Но если так, значит за ним надо следить.

– Мне это кажется невероятным, – произнес Мэтт вслух, – не могу поверить, что это Трэвис.

– Вспомни, он первым вызвался идти в город. Он был вместе с Тобиасом, и Тоби потом рассказал нам, что в какой-то момент они разделились, – все сходится.

Мэтт потер голову: боль все еще была очень сильной.

– Не знаю, реально сложно в это поверить, – произнес он.

Радостно улыбнувшись, Эмбер села на кровати рядом с Мэттом. От этого ему сразу стало намного лучше.

– Хочешь хорошую новость? – спросила она.

– Давай.

– Мне кажется, я почти научилась передвигать карандаш. Это не совсем точно, но думаю, я на верном пути, я это чувствую!

– Супер! А другие пэны, у них есть какие-нибудь результаты? Вроде у Серджо должно было что-то получиться?

– Да, когда он концентрируется, ему удается вызывать искры, однако это происходит, только если он потрет два предмета; но я уверена, вскоре он сможет достигать результата одним усилием воли. Билл – мальчик, закручивающий водовороты в стакане, очень способный. И по-моему, Гвен уже недалека от того момента, когда сможет управлять разрядами тока; правда, пока это происходит только во сне. А ты сам чувствуешь еще что-то?

Мэтт не рискнул ответить, что самые впечатляющие изменения происходили в нем, когда она оказывалась рядом.

– Ничего явного, и все же… Еще несколько месяцев назад мой меч весил, как мне казалось, целую тонну, а теперь я легко поднимаю и вращаю его. Кроме того, я заметил, что стал меньше уставать от физических усилий, например поднимаясь по лестнице. Но все это пока заметно слабо, скорее можно говорить о предположениях, чем о реальных изменениях.

– Нам бы только выиграть немного времени, прежде чем циники нападут! Убеждена, тогда мы смогли бы отбить их атаку, учитывая, что мы находимся на острове, да еще и научившись управлять изменениями. Мы были бы непобедимы!

– Знаю… – прошептал Мэтт. – Знаю… Только у нас нет этого времени. Надо искать другой выход.

Ближе к обеду, когда Эмбер закончила свои «консультации», Союз трех собрался в библиотеке на последнем этаже Кракена. Эмбер разгуливала по балкону, рассеянно осматривая книжные корешки. Тобиас и Мэтт разговаривали, сидя в креслах.

– Я тоже не могу поверить, что это Трэвис! – возмущался Тобиас.

– Надо бы за ним проследить, – предложил Мэтт.

– А если это не он?

– Он единственный член экспедиции, в ком мы не уверены. Остальные исключаются.

Тобиас колебался. Эмбер, не отрывая глаз от только что раскрытой книги, заметила с балкона: