Максим Шаттам – Союз хищников (страница 44)

– Вы никого не поставили охранять периметр?

– Территорию несколько раз тщательно обыскали наши… наши эксперты – кажется, это правильное слово. В любом случае здесь никто не ходит.

– Что вам известно о жертвах? – спросил Микелис, не меняя мрачного выражения лица.

– Туристы из Йоркшира, ей двадцать два, ему двадцать четыре года. Жили вместе. Они возвращались с озера Лох-Несс на юг и останавливались на ночлег в разных местах Хайленда. Открытые, бесхитростные люди, сами жители небольшой деревни. За последние дни несколько свидетелей видели, как они «голосовали» на обочине в этом районе. Их обнаружили в стороне от главной дороги, но неизвестно, почему они тут оказались – то ли искали место для палатки, то ли их привел сюда убийца.

– Что найдено на месте преступления? – спросил Сеньон.

– Следы шин, отпечатки обуви и кусочек обертки от презерватива.

– Девушка была изнасилована?

Бейнс смущенно поморщился и выдул из ноздрей сигаретный дым.

– Да, и ее спутник тоже. Но это еще не все: там была упаковка от лекарства. От виагры.

– Ему нужно стимулировать себя? – изумилась Людивина. – Может, он насильник, отсидевший срок и подвергнутый химической кастрации? Человек, который хочет любой ценой достигнуть цели?

Девушка ждала от Микелиса одобрения своей версии, но тот покачал головой:

– Химическая кастрация применяется в Англии и Уэльсе, а здесь – нет. И даже там она является добровольной и не дает смягчения наказания: не думаю, что маньяк-насильник на нее согласится. Напротив, я бы сказал, виагра – это инструмент извращенца, цель которого – сделать так, чтобы удовольствие длилось как можно дольше.

– Больше ничего? – снова спросил Сеньон, обернувшись к Бейнсу.

– Лаборатории работают с образцами, они стараются сделать все быстро, но тем не менее это займет какое-то время.

– Он прикончил их выстрелами из пистолета, вы сказали? – спросил Микелис. – Как он действовал?

– Мы думаем, что сначала он убил девушку пулей в лоб. Ее нашли прямо тут, она так и лежала с раздвинутыми ногами, совершенно голая, со странным рисунком, вырезанным на животе. Мужчина лежал чуть дальше, ему выстрелили четыре раза в спину на уровне сердца. Он был вон там, в кустах, частично прикрытый одеждой, то есть фактически на него накинули пальто. Как бы одели, но это явно сделал сам убийца.

– Девушка была здесь, у дороги, говорите? – уточнил Микелис.

– Да.

– Лежала на спине? Промежность выставлена напоказ?

– Да.

– А мужчина, наоборот, в кустах, лицом вниз?

– Совершенно верно. А что?

– Место преступления в большинстве случаев отражает душевное состояние преступника сразу после совершения акта. Значит, он хотел, чтобы девушку увидели, она – предмет его гордости. Зато убийство мужчины его устраивало меньше, оно было ему неприятно. Он положил жертву ничком, чтобы не видеть ни его лицо, ни тело, которое он прикрыл. Он не берет ответственность за насилие, совершенное над мужчиной.

– Подавленная гомосексуальность?

– Это или многое другое, пока не стоит делать поспешных выводов. У вас есть отчеты о вскрытии тел?

– Должны были прислать утром. К тому времени, как мы доберемся до полиции Инвернесса, думаю, они будут там.

– Вы сможете поднять все, что у вас есть по первому преступлению? – вмешалась Людивина.

– Конечно. Но там совсем другая картина. Наркоманка, убита в подземном переходе в плохом районе города. И тоже выстрелом в голову.

– Она была изнасилована? – спросил Микелис.

– Брюки и трусики спущены до лодыжек, но, по словам патологоанатома, проникновения не было или, по крайней мере, оно не оставило следов. Странный рисунок с буквой е вырезан ножом на правом бедре.

– Он не достиг цели в первый раз, не получилось! Поэтому подбодрил себя виагрой, когда во второй раз перешел к действию? – предположила Людивина, снова ища поддержки у Микелиса.

Криминолог только буркнул что-то неопределенное. У него были другие соображения. Впрочем, Людивина знала, что он поделится с ними, только когда будет уверен в гипотезе, когда проанализирует все досье.

Они вернулись в машину и заехали в ближайшую деревеньку пообедать в местном пабе, а затем продолжили путь в Инвернесс. Во время этой короткой остановки Людивина на десять минут заперлась в туалете и выплакалась, потом привела в порядок лицо, надеясь, что теперь немного продержится. И до следующей остановки не будет думать об Алексисе, пока снова не останется одна.

После Эдинбурга туман рассеялся, но низкая облачность скрывала вершины гор своим плотным удушливым слоем.

Все, что трое французов смогли увидеть в Шотландии, – это серо-коричневые холмы и узкие лесистые долины, где прятались древние замки, с дороги угадываемые лишь по верхушкам башен и крепостных сооружений. Затем пейзаж резко разгладился, словно неведомый великан внезапно натянул смятую скатерть и раскатал ее до самого моря: они въехали на окраину Инвернесса, маленького городка на севере страны, с его привычным моросящим дождем, морским ветром и туристами, посещающими Лох-Несс неподалеку.

Когда жандармы наконец расположились в кабинете, специально приготовленном для Бейнса и его гостей, их уже ждали идеально разложенные бок о бок папки с делами, а также свежераспечатанные отчеты о двух вскрытиях. Бейнс поспешно сделал ксерокопии, раздал их французам, и все погрузились в чтение под стук крупных капель дождя об оконные стекла.

Микелис сначала бегло просмотрел все в целом. Пролистал картонные папки, помеченные именем первой жертвы, Магдалены Уиллис, затем вернулся к вскрытиям.

– На члене Морриса Лонгстона обнаружены фекальные массы? – прочитала Людивина вслух.

– Да, это наш автостопер, – подтвердил Бейнс. – По всей видимости. Э-э-э… патологоанатом взял образец ДКН.

– ДНК, – поправила Людивина. – Возможно, парочка любила необычные развлечения, но нам это вряд ли поможет…

Микелис покачал головой:

– Я так не думаю. Согласно отчету у девушки никаких признаков анального секса. Вообще никаких.

– Уф, – сказал Сеньон. – Дело усложняется. Он что, извращенец?

– Думаю, виагру принимал не убийца, – добавил Микелис. – Она предназначалась парню. Чтобы взбодрить его.

– Взбодрить? – с отвращением выговорила Людивина.

– Наш убийца хотел изнасиловать девушку, потому что так обычно делают преступники-мужчины. По крайней мере, в его представлении. Но не смог. Уже первую жертву, Магдалену Уиллис, он не смог изнасиловать, но пытался инсценировать акт, спустив на ней трусики. Он напал на пару, потому что это его устраивало. Девушка нужна была, чтобы отыграться, но интересовал его именно парень. Он накачал его виагрой, чтобы заставить содомировать себя. Думаю, одновременно он запугивал девушку: у нее несколько круглых отметин на лице, включая два ожога. Убийца, должно быть, стрелял, чтобы запугать их, и сразу после этого прижимал горячий пистолет к ее щекам.

– Потом он сам изнасиловал мужчину и после этого застрелил его, – подвела итог Людивина.

– Похоже на правду. Женщин он убивает просто – пулей в голову. С мужчиной все по-другому, он не может успокоиться, делает несколько выстрелов, и все – в сердце. В его отношениях с мужчинами есть что-то более личное.

– Но символ он вырезал на девушке, чтобы показать себе подобным сделанную работу или, по крайней мере, то, что он хочет поставить себе в актив, – добавила Людивина.

Микелис бросил на нее восхищенный взгляд:

– Точно. Хочет выглядеть круто, «нормально» в глазах собратьев по насилию.

– Вы уверены, что между ними есть связь? – спросил Бейнс, внимательно следивший за их разговором. – Я имею в виду, между нашим убийцей и двумя вашими во Франции?

– Буква е со звездочкой – это не совпадение! – вмешался Сеньон. – К тому же все трое убивали в один и тот же вечер, в воскресенье. Конечно, они связаны!

– Они общаются между собой, – добавил Микелис. – Инспектор Бейнс, у вас есть подробная распечатка звонков, сделанных с мобильных телефонов жертв?

– Конечно есть. Мы уже изучили ее. Вот, пожалуйста.

– И никаких международных звонков?

– Ни единого, я уже проверил.

Сеньон досадливо вздохнул:

– Черт бы их побрал за такую осторожность. Он же наверняка звонил им, но то ли из телефона-автомата, то ли с помощью разовой предоплаченной сим-карты.

– Не уверен, – сказал криминолог. – Они ведь наверняка как-то познакомились, нашли друг друга. А в наши дни телефон для этого не нужен.

– Интернет. Они общались по электронной почте? – сделал вывод Бейнс.

– Или на форуме, – предположил Микелис. – Сеньон, эту линию отрабатывали?

– Конечно, но вы попробуйте ввести в Гугл *e и сами увидите! Это слишком расплывчатый запрос, выводит на что угодно и ни на что конкретное. Если мы не знаем точного адреса сайта, мы никогда его не найдем.

– В любом случае, – добавила Людивина, – если они действуют хитро, то используют форум с хостингом за границей, в стране с менее строгими юридическими требованиями, чем у нас. Вряд ли нам там помогут установить имена участников форума.

Зазвонил телефон, и Бейнс, послушав звонившего, вскочил на ноги.