Максим Рыбак – Грёзы Агонии (страница 36)

Теперь мы стояли в аду друг напротив друга. Жертва и маньяк. Тьма и свет. Простить его? Помочь обрести спасение?

Он прервал мои мысли, бросившись вперёд. Страшный удар сбил меня с ног, и мы покатились, вцепившись друг в друга.

— Ненавижу! Убью!

Удар, удар, удар. Он невероятно силён. Перед моими глазами побежали искорки, и я чуть не потеряла сознание.

Борись! Не сдавайся!

Прикрываясь левой рукой, я кое-как правой нащупала нож и вонзила ему в бок. Разрезая мышцы, лезвие вошло в плоть, но он просто не обратил на это внимание.

— Поганая семейка! Вы все сдохните! Будьте прокляты!

Его крик ударил по ушам, а кулак обрушился на голову.

— Сдохни, мразь!

Это конец, у меня просто нет сил бороться с такой нечеловеческой яростью. Он убьёт меня, и на этом путешествие закончится.

Разрывая туман, появилась Ата. Мощные челюсти сомкнулись на его торсе, а зубы вошли в тело. Но он не сдался. Рука вырвала из бока нож, который моментально вонзился в глаз медведицы.

Поворот рукоятки, и поток крови упал на землю.

— Девочка, нет!

С трудом поднимаясь, я попыталась прийти ей на помощь, но поздно. Рука мужчины опускалась снова и снова, нанося ужасные раны. От боли Ата завыла, как никогда в жизни. Её голова дёрнулась в сторону, и израненный мужчина упал к моим ногам. Он всё ещё жив, но не надолго. Руки схватили валяющийся камень, а ненависть затмила глаза.

— За что ты так поступил!

— Типа не знаешь? — с трудом прошептал он. — Я любил её! А твой поганый папаша приказал убить! Ненавижу!

Камень выпал из в миг окоченевших рук прямо ему на голову, а я осела рядом, сражённая накатившимся видением.

Агония сидела за столом и разбирала бумаги, когда раздался телефонный звонок.

— Слушаю.

— Госпожа, ваш отец умер.

Девушка сделала глубокий вдох.

— Я поняла, спасибо, что сообщили.

Она положила трубку и аккуратно подъехала к окну. Солнечный день, прекрасная погода, но у неё навернулись слёзы.

— Прощай, папа, — тихо произнесла Агония.

Похороны. На удивление безлюдные, хотя и освещаемые всеми СМИ. Слишком много плохих слухов ходило о Николае Мэдиссоне, поэтому многие из его «друзей» отделались лишь письмами с соболезнованиями.

Агония смотрела из окна автомобиля, как рабочие обустраивают могилу, а в это время появился человек в деловом костюме. Не обращая ни на кого внимание, он целенаправленно приближался к ней. И девушке стало не по себе. Вот ему перегородил дорогу охранник, но почему-то быстро отошёл в сторону.

— Агония Мэдиссон, — мужчина снял шляпу и поклонился. — Примите мои соболезнования и вот это.

Он протянул толстую папку бумаг и, чуть помедлив, девушка взяла её.

— Кто вы?

— Я занимался расследованием вашего дела. Последней волей Николая Мэдиссона было передать вам бумаги после его смерти.

— Постойте! — крикнула Агония в след уходящему мужчине. — Вы хотите сказать, что вычислили убийцу?

— Всю цепочку, — не оборачиваясь ответил детектив. — Здесь фотографии, записи допросов и отчёты по исполнителю. Остальное я переслал на почту. Теперь и вы узнаете правду.

Он ушёл, а девушка трясущейся рукой сорвала с папки застёжку.

Я открыла глаза. Память, она вернулась ураганом и раздавила меня. А все события выстроились в ряд, поражая бурю эмоций. Я посмотрела на лежащее рядом тело. Клаус, бедный несчастный мальчик, влюбившийся в Диану и буквально сошедший с ума после её смерти. На её похоронах он поклялся отомстить. Пустой трёп, сказали бы многие, но не в его случае.

Скрупулёзно собирая информацию, Клаус выяснил всё про отца, Сергея, меня, Мишель. Он был одержим местью. Первая попытка с краном. Догадаться, что мы пойдём в театр, было не сложно. Сёстры Мэдиссон не пропускали ни одной премьеры.

Взятка — угроза сторожу и бетонная плита, едва не похоронившая нас.

После неудачи Клаус затих. По всей стране искали убийцу, и на время он остановился, предприняв следующую попытку почти через год.

Проникнуть на свадьбу не составило труда, ведь на большие мероприятия всегда нанимали дополнительный персонал. Затерявшись среди официантов, Клаус сделал своё чёрное дело и спокойно скрылся.

Детектив почти поймал его. Вот только Клаус был готов ко всему. После свадьбы мог просто исчезнуть, но не стал. Николай Мэдиссон остался жив, и эта мысль сводила парня с ума. В его голове созрел новый план. Мощная бомба должна была навсегда стереть семью Мэдиссон из мира живых, если бы не детектив. Приехавшие люди отца застали парня врасплох. Мясник не знал, что тот взрыв стал жестом отчаяния, похоронившим не только наёмников, но и самого Клауса.

Я заплакала. Жажда мести, всё это произошло из-за поганой жажды мести. Сначала отец отомстил за мать, а потом Клаус за Диану. Они оба не смогли принять и простить. Их ненависть породила ужас и боль для сотен людей. Сколько невинных погубил отец? А сколько Клаус своей бомбой?

Слёзы капали на землю, а я всё никак не могла успокоиться. Должна ли я простить его? Заслуживает он такого?

Рядом раздалось жалобное сопение. Ата! Я совсем про тебя забыла!

Медведица сильно пострадала. В бешенстве Клаус буквально исполосовал ей всю голову, и теперь кровь лилась ручьём.

— Потерпи! Я сейчас!

Руки метнулись к банке с лечебной мазью, и я с ужасом осознала, что она пуста. Точно! Ведь всю потратили после битвы с чертями!

— Девочка, прости!

Я отрезала кусок шкуры и постаралась перевязать хотя бы самые глубокие раны, но это было невозможно. Шерсть намокла от крови, а единственный глаз Аты взглянул на меня с добротой. Она рада, что спасла меня, и не жалеет о случившемся. От осознания этого я просто завыла. Капая на её голову, мои слёзы смешивались с кровью и бурой жижей, стекали на землю. Чёртов Клаус! Не прощу!

Я бросила взгляд на валяющееся тело. В нём нет ни крупицы раскаяния, только злоба и ненависть. Такие не заслуживают спасения, по крайней мере, не сейчас. Пусть остаётся здесь. Моментально в небе раздался шелест крыльев. Огромный демон спикировал к нам, его лапы схватили Клауса, и вот уже они скрылись во мгле.

Пусть будет так, сейчас нужно думать об Ате.

Медведица словно прочитала мои мысли и с трудом поднялась. От потери крови она явно ослабла, но всё же нашла в себе силы идти. Огромная туша направилась к туману, и я бросилась за ней.

— Ты же не выдержишь! Останься здесь, я найду Вардена. Он поможет.

Ата не слушалась. Она топала в только ей известном направлении, а я плакала и покорно шла рядом. С каждой минутой шаги становились всё менее уверенными. Силы быстро её покидали, и настал момент, когда медведица просто упала. Из горла вырвалось тихое рычание, а когтистая лапа протянулась ко мне.

— Не покидай меня, — прошептала я, но было поздно.

В последний раз медведица зевнула, и её единственный глаз закрылся навсегда.

Я снова заплакала. Даже осознание того, что это всего лишь оболочка, не приносило утешения, и моему вою вторил ветер. Его порывы налетели, сдувая туман, а вместе с ним и тело Аты. Чёрной сажей оно растворилось, оставляя лишь выбеленные кости.

— Прощай, девочка, — наконец успокоилась я и огляделась.

Позади равнина, впереди стена. Но не маленькая, как в предыдущих кругах. Теперь её отвесные склоны вздымались в высь на сотни метров, и я сглотнула.

Как мне взобраться на неё? Это явно выше человеческих сил, а помощи ждать неоткуда.

— Говорят, — раздался рядом голос Мишель, — человеку, который спас кошку, она будет помогать в загробном мире — отдаст свои когти.

Я резко обернулась.

— Сестра! Не уходи!

Её улыбающийся образ на секунду предстал перед моими глазами и тут же растворился, остался лишь ветер и белый скелет.

Отдаст когти?

Я взглянула на валяющиеся кости. Среди них поблёскивали огромные когти, и меня пробила дрожь. Весь этот путь Ата проделала лишь для того, чтобы умереть и отдать их мне?

Упав на колени, я аккуратно собрала их. Теперь нужно как-то закрепить на сапогах, чтобы получилась обувь для скалолазания. Будет не легко это сделать.