Максим Разумков – Пират. Океанский странник (страница 10)

– А мне здесь нравится, не беспокойтесь, – осмотрев номер, состоявший из спальни и холла, сказала Алина ассистенту. Тот подобострастно суетился, пытаясь загладить оплошность, взмахивал руками и тараторил без умолка.

– Понимаете, такая накладка. Мне очень жаль, что так произошло. В следующий раз…

Стоявший в дверях Золотогоров, сделал незаметный жест появившемуся в номере батлеру. Филиппинец-посыльный тихо поставил на трюмо вазу с цветами и удалился. Этот роскошный букет редких орхидей с острова Себу обошелся Василию в пятьсот долларов. Теперь Алина не сможет устоять!

– Ладно, не волнуйтесь. Вы свободны, – остановил он поток оправданий, лившийся из уст ассистента.

Ленфильмовский работник попятился задом к выходу. При этом он продолжал извиняться и красноречиво махал руками до тех пор, пока случайно не скинул фарфоровую вазу с драгоценными орхидеями. Рухнув на пол, ваза разбилась, а букет теперь представлял собой жалкое зрелище. Алина не сумела скрыть улыбку, увидев полуобморочное состояние ассистента.

– Да идите же, идите! Горничная все уберет. Ничего страшного. С каждым бывает. – Василий буквально вытолкал в коридор беднягу, руками подбиравшего осколки.

– Что ж, – засмеялась Алина, – по всем канонам ты теперь должен настоять на увольнении этого растяпы?

– Это как раз то, что я собираюсь сделать меньше всего. Отдыхай. – Золотогоров улыбнулся и пошел к себе в номер.

– Нарожают же недоносков! – зло прошептал он, на ходу раскрывая сотовый телефон.

– Я постоянно пытаюсь дозвониться до вас! – послышался взволнованный голос режиссера Смирнова. – Как вы устроились? Я уже слышал об этом дурацком недоразумении.

– Не беспокойтесь, все в порядке. Просто я обычно отключаю мобильник.

– Ясно. Вы в курсе, что мы арендовали вертолет на американской базе, чтобы доставить вас и госпожу Беляеву на съемочную площадку?

– Да. Мы скоро будем. И… вот еще что. Тот человек, который встречал нас в аэропорту…

– Я слушаю?…

– Премируйте его как-нибудь. Он произвел хорошее впечатление.

Золотогоров отключил связь. Ему очень хотелось переспать с Алиной, ведь последний раз они были близки несколько месяцев назад. И если бы не придурок-ассистент, которого следовало бы!..

Но в выстроенной им схеме Василию Золотогорову отводилась роль идеального человека. И ко всему прочему, он должен обладать такими качествами, как великодушие, уважение и бережное отношение к тем, кто от него зависит. Именно так должен поступать Василий Золотогоров. Фима Фельдштинский поступал иначе…

Вечеринка была в самом разгаре. Она проходила на подмосковной даче сына главы инвестиционного фонда «Гефест» Дениса Гиндберга. Здесь собралась богема – представители «золотой молодежи» Москвы. Сыновья тех, кого принято именовать «новыми русскими». Чтобы скрасить мужской коллектив, хозяин пати вызвал на вечеринку нескольких девушек, работавших в модельном агентстве «Рашен Старз». Когда компания перебралась в подвальное помещение, где находился пятнадцатиметровый бассейн, вечеринка превратилась в оргию.

Шампанское «Дом Периньон» лилось рекой. Стол ломился от белужьей икры, а две хрустальные вазочки были доверху наполнены белым порошком – кокаином и героином. Обслуживали гостей трое студентов из Нигерии. Денис Гиндберг еще с детских лет, когда он посмотрел фильм «Всадник без головы», мечтал, что когда-нибудь и у него будут чернокожие слуги.

– Посмотрите-ка! – неожиданно воскликнул кто-то, указывая на светловолосую длинноногую девушку в бикини. Она безвольно развалилась в кресле и тупо уставилась в одну точку. – Посмотрите, как «герыча» перенюхала.

– Ден, дай ей нюхнуть «кокса», тогда мигом «снимет». На что нам безвольное полено?

– Эй, девчонки, что это у вас за подружка такая слабенькая?

– Она у нас звезда, – захихикали девушки, – на днях отправила по Интернету свое портфолио в «Виву»!

Теперь стало весело всем. Одно дело работа в доморощенном «Старз», образованном без году неделя, и совсем другое замахнуться на известнейшее парижское модельное агентство «Вива».

– А знаете, что самое смешное, – продолжали девушки, – ее пригласили в Париж для «живого кастинга» и купили билет бизнес-класса на рейс Аэр-Франс. Так что через неделю она… тю-тю!

– Ни фига себе! – присвистнул Денис, двинувшись в сторону развалившейся в кресле девушки. – Надо скорее поиметь тебя, крошка. Пока не поздно. Пока совсем не зазналась.

– У меня идея получше, – усмехнулся Ефим Фельдштинский. – Зови сюда своих черных и неси… видеокамеру. Мы сейчас свое портфолио организуем.

Присутствовавшие на вечеринке загорелись этой идеей. В особенности девушки, каждая из которых завидовала счастливице черной завистью.

– Ты звал нас, масса? – В зале появились африканские студенты. Масса Денис любил, чтобы они к нему обращались точь-в-точь, как рабы обращались к белым плантаторам.

– Вот что, бойз. Видите ту леди? Она вместе с вами утверждена на главную роль. Ясно, в каком фильме? Тогда поехали…

Дважды повторять не пришлось. Африканцы довольно заулыбались и разделись догола. Все трое имели гибкие мускулистые фигуры и внушительные мужские достоинства, всегда, казалось, находившиеся в полуэрегированном состоянии. Одурманенная героином девушка позволила снять с себя купальник, вяло раздвинула ноги и открыла рот…

– Теперь мы это сканируем, – улыбнулся Фельдштинский, когда все закончилось, – и запустим в «Нет».

Они так и поступили. Распространили отснятый материал на таких, ставших популярными во всем мире сайтах, как «Лучшие потаскухи России» и «Индивидуалки Москвы». Одна из копий была направлена по электронной почте в «Виву». Она была снабжена пояснением – «Я еще и это могу».

Через месяц несостоявшаяся звезда парижской моды работала на Тверской. А еще через полгода, после того, как на очередном бандитском «субботнике» ей изуродовали бритвой лицо, перебралась на продуктовый рынок в Кунцево, где обслуживала торговцев с Закавказья.

Арендованный у американцев «М-Д Дуглас 600», развивающий крейсерскую скорость в 280 километров в час, быстро доставил Алину и Василия к месту съемок. Когда лыжеобразные шасси коснулись прибрежного песка, к вертолету устремился режиссер Смирнов вместе со всей своей свитой.

– Все готово! У нас уже все готово, можно приступать. Гримеры и костюмеры в тех микроавтобусах. – Смирнов махнул рукой в сторону двух «Ниссанов Серена».

Пока актеры переодевались и накладывали грим, постановщик в последний раз лично проверил каждую мелочь. Он остался доволен декораторами из группы художника-постановщика. «Настоящий ад! – восхитился он, осмотрев макет концентрационного лагеря. – Американцы зальют весь поп-корн крокодиловыми слезами!»

Не меньше порадовали его и статисты, завербованные в одной из маленьких бедных деревень. Вид у мужчин, женщин и детей оказался соответствующий. Их даже не нужно было гримировать. Они прекрасно смотрелись в образе изможденных в застенках узников.

Когда до начала работы оставались считанные минуты, на горизонте показался катер. Красивое железное тело рассекало окрашенный пурпурными красками заката океан. Смирнов прищурился, вглядываясь в его очертания. «Нагулялись, засранцы!»

Однако, не смотря на то, что катер являлся военным, это был не пропавший Ар-5.

К берегу подошла отчалившая от катера моторка. На прибрежный песок спрыгнули молодой статный филиппинец в форме морского офицера и еще один мужчина постарше с сухим усталым лицом. Он был облачен в строгую серую двойку. Постановщик шагнул навстречу непрошеным гостям.

– Чем могу помочь?

– У вас здесь снимается кино? – ответил вопросом на вопрос гражданский. – Мне нужен кто-либо из руководителей киногруппы.

– Я – постановщик, – отрекомендовался Смирнов.

– Прекрасно. Моя фамилия – Вирата. Бенигно Вирата. Я являюсь представителем Национального бюро расследований – филиппинской службы безопасности. У меня к вам несколько вопросов.

– Пожалуйста, только позже. В данную минуту я…

– В процессе съемок вы используете военные катера. Так?

– Да… «Во что же вляпались эти говнюки?!!»

– Они все на месте?

«Никаких обращений в полицию! Но они же сами обратились? Это ты будешь объяснять потом – Фельдштинскому!!» – Смирнов сделал вид, что закашлялся:

– Ну, конечно. Как видите – они на месте и готовы к съемке. «Какой черт дернул меня подойти к ним? Лучше бы с ними объяснялся Чердынцев!»

Вирата оглянулся в сторону дрейфовавших в бухте катеров.

– Ладно. Если вы нам еще понадобитесь, мы сообщим. Счастливой работы.

– А что произошло? – озабоченно спросил постановщик.

– Пираты. Настоящий бич нашей страны. На этот раз при нападении на судно недалеко отсюда они использовали военный катер. Поэтому мы были вынуждены проверить все ли у вас в порядке.

– Понимаю… – покачал головой Смирнов. Он ровным счетом ничего не понимал.

Яркие всполохи взрывов то и дело озаряли сгущающиеся сумерки. Под громогласный рев лавина атакующих устремилась вперед. Ничто не сможет сдержать порыв солдат, когда до цели остаются считанные метры.

«Джи-ай» карабкались вверх – в гору. Многие из них падали, но новые ряды героев все ближе подбирались к воротам лагеря. Вот разлетелась в щепки одна из сторожевых вышек. Навсегда умолк японец-пулеметчик, покосивший много храбрых американских парней. Главная камера старательно запечатлела бутафорские ошметки рук, ног и кишок, летящих в разные стороны. Того – что осталось от японца после удачного выстрела из миномета.