Максим Петров – Хозяин Стужи 10 (страница 39)
— Мой манифест не признает никто, — тихо, но отчетливо произнес Густав, — я могу подписать капитуляцию, могу подписать отречение, но дворяне королевства не примут статус провинции.
— Меньше всего меня заботит мнение шведских дворян, — я усмехнулся, — их не было на поле боя. Кстати, а почему твои великие герцоги не участвовали в битве? Неужели они сдались еще до ее начала?
— Не знаю, — пока еще король пожал плечами, — да и, если честно, мне плевать. Даже с ними у нас не было шанса выиграть эту войну, — после этих слов он уткнулся обратно в столешницу, ища там неведомо что. Пусть, главное, что не буянит и не пытается убежать. Этого достаточно.
Николай Николаевич с царевичем изучали доклад князя Бестужева. Подумать только, Стокгольм пал. Пал быстро, так быстро, что сам великий князь такого не ожидал.
— Что скажешь, Дмитрий? — великий князь поднял голову и уставился на царевича, — какие мысли?
— Предложение Алексея дельное, — задумчиво произнес он, — но принять целое государство под свою руку может только государь. А отец сейчас не в состоянии.
— Зато есть ты, — Николай Николаевич слабо улыбнулся, — ты наследник империи, у тебя малая императорская печать. А собрав совет рода, ты можешь получить и большую.
— Они не дадут мне такой власти, — Дмитрий покачал головой, — ты сам знаешь, князь. Кто из нашего рода пришел проведать отца? Правильно, никто. А также никто из них не решился засвидетельствовать свою верность мне, как наследнику. Большую печать мне не даст никто, нужно быть реалистами.
— За твоей спиной стоят пятеро магов вне категорий, — жестко произнес великий князь, — это сила, с которой придется считаться любому. Совет рода примет нужное решение, так или иначе.
— Как скажешь, Николай Николаевич, — Дмитрий медленно кивнул, — значит, нам стоит отправить в Стокгольм гвардию. Бестужев сделал главное, он завоевал для нас целую страну. А дальше мы просто обязаны показать остальному миру свои зубы. Хватит игр в дипломатию! — последнюю фразу царевич произнес повышенным тоном, после чего резко встал и направился к выходу.
Николай Николаевич проводил его одобрительным взглядом. Чем-то Дмитрий напоминал своего отца в молодости. Тогда Василий был таким же дерзким, но с тех пор прошло слишком много времени. Император повзрослел, набрался мудрости, той самой мудрости, что иногда больше мешает, чем помогает. А Дмитрий еще не был скован всей этой шелухой, что играло на руку империи.
Царевич дал ответ, да ещё какой. Глядя в окно на то, как из портала выходят стройные ряды императорской гвардии, я поймал себя на мысли, что эта картина мне нравилась куда больше. Во главе гвардейского полка я увидел Суворова, видимо граф решил, что хватит с него сидения в столице.
— Красиво идут, как на параде, — хмыкнув, отметил Алексей Петрович, — ну что, тезка, поздравляю. Можно сказать, что ты вписал свое имя в историю. Не было до этого случая подобного в истории. Твои предки могут тобой гордится, князь, род Бестужевых теперь встал в один ряд с самыми могущественными родами мира.
— Знаешь, князь, меньше всего я стремился к этому. Сам знаешь, мы всего лишь отвечали ударом на удар. По-другому они не понимают.
— Это да, — Ермолов кивнул, — но будем надеятся, что на этом наши соседи угомонятся.
— Что-то мне подсказывает, что нет, — я отрицательно покачал головой, — кстати, а что с их флотом?
— Шведский флот покинул все базы и ушел в море, — князь хмыкнул, — видимо, надеются переждать бурю там. Глупые, не понимают, что скоро привычный им уклад изменится. Меня больше беспокоят герцоги. Они сидят в своих резиденциях, окруженные со всех сторон верными войсками. Может, пора их выкурить? Тем более что у нас есть больше шансов сделать это без потерь.
— Пока не будем спешить. Послушаем, что нам скажет Сан Саныч. У него явно есть новости из столицы…
Разговор с Суворовым меня обрадовал. Дима не стал тянуть кота за яйца и сразу включился в дело по полной программе. Царевич прекрасно понял, что ситуация требует срочной реакции, и он сделал именно то, что надо. В течение двух суток шведская столица окажется в наших руках полностью, а дальше гвардия пройдется по всем тем, кто имеет что-то против. Учитывая, что мы будем вместе с ними, все закончится очень быстро. Сейчас же меня хотели видеть в столице. Насколько я понял из слов графа, царевич надеется, что я хоть как-то смогу помочь в беде с государем. Хотя, если честно, я понятия не имел, каким образом я могу помочь. Но посмотреть обязательно надо, чем Творец не шутит.
— Значит, столица, да, тезка? — Ермолов улыбнулся, — ты давай, не задерживайся там надолго. А то мы еще не всех шведов потрясли.
— Обязательно вернусь, — я усмехнулся, — вы главное дождитесь…
— Кто-нибудь может мне объяснить, что происходит? — Эдуард смотрел на своих лордов так, как хищник смотрит на добычу.
— Мой король, мы сами ничего не понимаем, — растерянно пролепетал один из сановников, — Стокгольм пал так быстро, что мы не успели среагировать, а теперь уже поздно. Король Густав в руках князя Бестужева, а в столице шведского королевства уже хозяйничают гвардейцы русского императора.
— Василий не отвечает на мои звонки, — сквозь зубы процедил Эдуард, — не знаю, почему он решил, что тишина в дипломатических отношениях — это лучший выбор, но пора доказать ему обратное. Пусть один из наших флотов присоединиться к шведскому флоту. Выбейте русских из города, и как можно быстрее!
— Но тогда нам придется бить по шведской столице, — морской лорд уставился на императора в удивлении, — боюсь, сами шведы будут против такого.
— Можете вырезать всех несогласных и поставить командовать кораблями наших офицеров, — император отмахнулся, — главное результат. Или я недостаточно ясно выразился?
Лорд молча поклонился, спорить с императором, когда он в таком состоянии, не имело смысла, это усвоили все. Сановники быстренько покинули кабинет, Эдуард же плеснул себе виски на два пальца и, залпом выпив, уставился в никуда. Какую игру затеяли эти русские? И почему, демоны его сожри, Василий не выходит на связь? Тут явно что-то не чисто…
Глава 24
— Ну, что скажешь? — Дмитрий стоял рядом, переминаясь с ноги на ногу, — не терзай меня, Алексей, говори.
Я не спешил отвечать. Глядя на неподвижного государя, я внимательно смотрел на то, как внутри его ауры двигались странные, непонятные создания. Они чем-то напоминали скорпионов, но мелких, микроскопических. Впрочем, их было очень, очень много, и прямо сейчас они жрали энергию императора. Его источник вырабатывал новую, но тело не успевало восстановить достаточное количество силы. Помимо этого мышцы императора были поражены какой-то непонятной гадостью, которая медленно, но верно уничтожала его. Одно мне было понятно, я с этим ничего не могу сделать. Эти энергетические вампиры срослись намертво с энергией самого государя. Выдерни их, и император останется без магии, а это наверняка приведет к смерти.
— Князь, и правда, не стоит нас терзать, — Николай Николаевич оторвался от стены и подошел к кровати, — ты можешь чем-то помочь государю?
— Нет, — я отрицательно покачал головой, — то, что происходит в его организме, неподвластно мне. Точнее, я бы мог попытаться что-то сделать, но у меня ноль гарантий, что это сработает, — я развел руками, — а учитывая, кто лежит на этой кровати, нет, не буду.
— А может все же попробуешь? — с надеждой в голосе спросил царевич, — Алексей, наши лекари не знают, как помочь отцу. Мы приглашали лучших, но ни один из них не смог сказать, что происходит с отцом.
— И не удивительно, — я грустно улыбнулся, — государь находится в хрупком балансе. Его организм производит достаточное количество силы, но недостаточное, чтобы вернуться к жизни и победить дрянь внутри.
— Так, может, стоит поделиться энергией с ним? — Николай Николаевич сделал шаг вперед, — у нас есть артефакты, способные на такое.
— Не поможет, — я отрицательно покачал головой, — этим мы сделаем только хуже. Получив дополнительную энергию, гадость станет еще сильнее, и тогда императору станет хуже. Нет, нужно что-то, что выжжет одновременно яд в теле и яд в ауре императора. Но я не знаю, что может помочь, пока не знаю.
Великий князь медленно кивнул, а в его глазах промелькнуло что-то странное. Словно он сделал выбор, а вот какой, нам предстоит узнать позже. Дмитрий же, наоборот, явно не собирался сдаваться. Глаза царевича загорелись яростным огнем. Я не раз видел такой взгляд в прошлом, именно с таким взглядом мой брат шел в бой, с таким взглядом он решал самые сложные проблемы.
— Мы не сдадимся, — тихо произнес Дима, отходя от кровати, — отец не сдался, когда меня отравили, он верил и знал, что это можно решить. И я тоже верю. Это можно решить, его можно излечить.
Я ничего не ответил. Да, скорее всего, государя можно вылечить, но вот кто это может сделать? Вечный Лед все еще не отвечает, а кроме него мне больше не у кого спросить. Поэтому я и не стал обнадеживать царевича. Он все прекрасно понимал и без меня. Понимал и надеялся, что наши покровители рано или поздно вернутся. Государю же нужно просто дождаться.