Максим Пачесюк – Ядовитая планета (страница 13)

— Но силой едва ли можно заставить меня не снять его позже, — елейно улыбнулся я.

— Черт, ладно, я понял. Одевай. — вроде бы сдался он, но как подал.

— Серьезно, ты разрешаешь?

— Не паясничай, время, — занервничал Вилли, но я и не шелохнулся. — Уже не смешно! Одевай!

— Я отдаю приказы — ты исполняешь.

— Я понял! Одевай!

Кибермод был на грани паники, и я не стол толкать его дальше. Просто взял кольцо и вернул на место. Вилли нервно схватил бутылку и залил остатки льда в стакане порцией раза в три больше предыдущих. После чего осушил стакан одним длинным глотком. Вот теперь он будет меня слушать.

— Возможно в ЦРУ и есть что-то тебе дорогое, но умереть ты боишься точно так же, как и каждый из нас. Свободен! — я указал ему на дверь, и киборг встал, схватив бутылку. — Джин оставь. — Пойло мне не зашло, и ляпнул я это скорее из вредности, но киборг повиновался, на прощанье обдав меня взглядом человека, никогда не прощающего обид.

Дорога в Наккар заняла три дня. Мы уложились в четыре прыжка и за это время на борту прижился кое-какой порядок. Вилли практически не вылезал из каюты. К медотсеку я его не подпускал, Джим помыкал инвитро, лишь Акант немного выпал из-под его контроля полностью оккупировав кухню. Не в силах сопротивляться приказу о количестве еды, он старался брать качеством, в рекордные сроки освоив азы кулинарии. Мы с Мортимером по очереди дежурили в рубке, а после потели в зале под присмотром Джима. Хотя там потела вся команда и уже на второй день занятий находиться в одном помещении с нашим техником стало невозможно. Блю вонял как помесь конского навоза и скисшего молока, гидрофобия не давала ему помыться нормально. А когда Брайт прямо приказал ему принять душ, бедняга потерял сознание едва повернув вентиль. Выход искали всей командой. Теперь он у нас моется в кислородной маске и герметических очках, но больше минуты все равно не выдерживает. Да и с умыванием сам не справляется. А я все чаще ловлю себя на мысли, что будет, когда Грей увидит паука. Одно дело техник без сознания, другое — перепуганный ликвидатор.

Полет вышел не из легких, а от встречающей делегации я едва не обделался. Сорвавшись со струны на границе Наккара наш корабль тут же уловил две крупные метки и выдал их на радаре.

— Покажи, — приказал я.

На экране передо мной во всей красе предстал крейсер туриан. Если человеческие корабли больше похожи на двусторонние молотки, то конструкции туриан походили на расплющенных жуков. Страшных, утыканных турелями и пусковыми установками жуков.

— Капитан, нас вызывает крейсер ВКС Солнечной федерации «Резолют».

Значит второй наш.

— Покажи его. — Точно, вот он, родной молоток. Тоже весь в турелях. Сразу как-то спокойней стало. — Давай связь.

Изображение корабля сменилось лицом сурового скуластого старика в синем мундире.

— СК223502, я капитан Уотермен, Резолют, приветствуем вас в Наккаре. Как добрались?

— Без приключений капитан, я Эм Марш. — Все еще думаю, как назвать наш кораблик. Ведь как назовешь, так и поплывет.

Снимите щиты и радиационную защиту, позвольте турианам вас просканировать. Таковы наши соглашения относительно этой системы.

— Понял вас Резолют. — Несколькими клавишами я отключил защитные системы и Глав тут же сообщил, что нас сканируют. Длилось это недолго, минут восемь, а потом Уотермен пожелал удачи и отключился. Через шесть часов я был на орбите Вешны и с любопытством рассматривал местную орбитальную станцию. Такого я еще не видел. Во-первых — она была не многим больше тех крейсеров, что встречали меня на границе системы, во-вторых из т-образной конструкции во все стороны торчали длинные светящиеся антенны непонятного назначения. Сигнала станция не подавала, поэтому я первым обратился на открытой частоте.

— Станция Ки Мер, — на одном из местных диалектов это означало что-то вроде «Международный», — вызывает СК223502.

— Видим вас СК223502, - отозвался механический голос. С некоторым опозданием появилась и картинка. На меня уставился разумный с невероятно широкой челюстью. Серьезно, именно челюсть была самой выдающейся частью его лица. Ни полное отсутствие волос, ни короткий рог вместо бородки не привлекали столько внимания. — Стыкуйтесь к третьему шлюзу. Видите огни?

— Вижу. — Один из шлюзов, явно грузовой, действительно замигал переливом красных лампочек.

После официального разрешения на стыковку от служащих станции со мной связались «свои», они же работники посольства.

— Приветствуем вас на Ки Мере, мистер Марш, — сказал чернокожий бугай с выбритой до зеркального блеска башкой и придурковатой козлиной бородкой синего цвета. — Меня зовут Дидьер Ши.

Ши — наш посол, если верить тем инструкциям, что скинули мне ЦРУшники. Не думал, что увижу его так скоро.

— Приятно познакомиться, посол.

— Готовились, — улыбнулся он, — это хорошо. Но у местной культуры слишком много подводных камней, поэтому во всем слушайтесь нашего специалиста. Нам ведь не нужен международный конфликт еще до того, как вы спуститесь на планету.

— Не волнуйтесь, посол, я буду паинькой. Для меня эта встреча тоже значит не мало.

— Я на вас надеюсь. О, и пускай с вами лысый будет при первой встрече.

— Лысый? — напрягся я.

— Меня заверили, что один из членов экипажа лысый.

— Да, есть у нас такой. Но зачем?

— Местные. Потихоньку приучаем их к нашему виду.

— Понял. — Так вот почему он сам лысый. Но бритая башка ему хоть шла, а вот наличие столь уродливой бородки объяснилось только теперь.

— Я на вас надеюсь, Марш, — сказал на прощание посол.

Я вызвал Вилли и отправил его в трюм, Джима тоже попросил на всякий случай подежурить в коридоре в полном боевом, но на глаза не попадаться. Первую встречу я решил провести безоружным. Еще обижу кого-то. Остановившись перед огромными створками шлюза, я дважды глубоко вдохнул и сказал Главу.

— Ну, поехали. Открывай.

Створки зашипели и дернулись, после чего плавно разошлись. По ту сторону короткого коридора нас уже ждали четверо пришельцев и женщина. Местные были одеты в синие и коричневые мундиры одинакового покроя, а еще у всех были одинаковые невероятно широкие челюсти. Вот даже ростом и шириной плеч они различались, а морды одинаковые — лысые и скуластые. Плечи широкие, как у туриан, но сутулые, а лапы размера этак от сорок восьмого до пятидесятого, вот только руки обычные. Каждый вешнец имел на поясе прямой кинжал и пистолет, кроме одного коричневого, у которого была толстая пластинчатая цепь на шее. Явно какая-то шишка. Женщина же была довольно красивой, разве что эта короткая стрижка в угоду местной моде ей не шла…

— Эрика!? — вырвалось у меня.

— Боюсь вы меня с кем-то спутали, — сказала женщина, подавив удивление. — Меня зовут Сьюзен Редан.

Ага, так я тебе и поверил. Да передо мной уже не та безрассудная девушка, что помогала незнакомцу удрать из исследовательского центра, а вполне сформировавшаяся сильная, красивая женщина. Обтягивающий брючный костюм приятно подчеркивает естественные изгибы тела. Макияж так же убийственно точен, волосы теперь черные как смоль, а глаза зеленые. Глаза… В них только тень того задора что имела чертовка, с которой я провел одну незабываемую ночь. Действительно, она ведь хотела, чтобы я ее не забыл.

— Простите, — улыбнулся я, — но вы так похожи на одну мою знакомую.

— Совпадения случаются, — улыбнулась она в ответ формально, одними губами. — Позвольте представить вам лорда Датори Верба, — поклонилась она в сторону одного из синих мундиров.

И как их различить? Морды одинаковые. А, вижу, у него на погонах загогулины непонятные, у второго синемундирника просто линии. Датори приложил левую руку к груди, а правую поднял вверх. Этот жест заменял местным рукопожатие. Я быстренько повторил его движение и прошипел Вилли, чтобы тот не отставал.

— И его преподобие Тодака Прим, — повернулась Эрика-Сьюзен к мужику с цепью. Священник сложил обе руки ладонями на груди, и я на мгновение подвис.

— Это церковное приветствие, — прогудел он тяжелым басом практически без акцента.

— Понял, — улыбнулся я и повторил предыдущий жест. Черт, в инструкциях про улыбки ничего не было, может я сейчас кого оскорбляю? Нет, священник тоже улыбнулся, не чужда им такая мимика.

— Лорд Датори и его преподобие — старшие представители Фатгори и Замардака на Ки Мере.

Каким боком тут Амардак? Мы же Фатгори окучиваем. Чует моя задница, что инструкции мне выдали сильно урезанные.

— Замардак тоже заинтересован в межзвездной торговле?

— Пока нет, но мы готовы перенимать опыт наших братьев с Фатгори. Кроме того, все дела, связанные с разработкой Мертвых песков касаются всей планеты.

Мертвые пески — радиоактивная пустыня в центре самого крупного континента Вешны и единственное крупное месторождение тертерия. Веками никому не нужная, полтораста лет назад она стала причиной планетарной войны. С десяток стран исчезло, именно на их осколках выросли новые государства-лидеры, поделившие пустыню ровно пополам. Так что хоть добыча тертерия и касается всей планеты, вижу я представителей только двух крупнейших государств.

— Кроме того, мне было любопытно увидеть человека, избравшего своей судьбой жизнь среди звезд, — продолжил священник.

Эрика незаметно подала мне знак, что пора говорить.