Максим Пачесюк – Целостная личность (страница 35)

Внезапно взвыла сирена тревоги. Охранника за стойкой видно не было, наверное какая-то автоматика или датчик сработали. Я подлетел к стеклянным дверям и застыл. А, вон справа что-то похожее на датчик для пропусков светится красной пластиной. Но ведь никаких карт ни у офицеров, ни у ВПшников я не находил!

По наитию я приложил к нему перчатку с чипом. Датчик пискнул, и пластина сменила свой цвет на зеленый. Медленно двери начали расходиться в стороны. Я проскочил сквозь первую пару и просочился в щель второй. Тут же за моей спиной рухнула сплошная стальная стена герметической защиты. Похоже, третий охранник смог совладать с болью, но среагировать не успел.

Я оказался в небольшом холле… Хотя какой там холл, так — техническая площадка меж уровнями с центральным лифтом и информационными терминалами. Немного левее виднелась тусклая табличка Терракорп, а справа — огромные стеклянные двери представительства Горпрома. Странно, всего три представительства на уровень и ни одного человека. Да фиг с ними, мне и здешних камер за глаза хватит.

Не без сожаления я выбросил станнер, спрятал хитиновую руку в карман и подошел к терминалу. Надо было спешить, вояки конечно тормоза, но таких оплеух не прощают, могут и ускорится… Последняя мысль заставила меня круто изменить направление движения. Вместо терминала я направился к лифтам.

Первая же кабинка оказалась забитой до отвала. Более того, выходить никто не собирался, но и я ждать не мог. Люди и пара нелюдей возмущенно зашипели, когда я попытался влезть в их тесную компанию. Причем люди шипели куда яростней и злобней представителей других рас.

— Куда ты прешься, не видишь здесь и так не продохнуть?

— Тесно? Выйди! — оборвал я излияния борца за комфорт передвижения.

— Или купи абонемент на платный, — поддержал меня кто-то.

Здесь есть платные лифты? А, ладно, не стоить голову забивать.

Сам я выскочил уже на следующем уровне. Впрочем, то же самое сделала добрая половина пассажиров. Ресторанный уровень угадывался безошибочно по густому запаху всевозможных приправ. Ан-нет, здесь еще и магазины есть. Направо еда, налево… все остальное. Судя по обилию голографических и неоновых вывесок, остальное было представлено в широчайшем ассортименте. Разница меж уровнями была поразительной. Людской поток вынес меня к двигающимся дорожкам. Сам не понял, как оказался на одной. Соскочил только на второй развилке, заметив информационный терминал.

Испещренный непонятными, но наверняка нецензурными надписями автомат отвечал на вопросы серокожего чудика непонятной расы. Отвечал, похоже, плохо, поскольку серый злился и в промежутках меж бульканьем, что заменяло ему речь, пинал автомат сапогами размера пятидесятого. Ласты были единственной выдающейся частью его дрыщеватого тела. Да я в сравнении с ним просто качок.

Никогда не любил гнобителей… Так ли это?

Господи, ну что за привычка! Не время копаться в остатках памяти. Кроме того, терминал мне нужен сейчас, а серый подождет.

— Эй, — окликнул я серого. Тот обернулся. Мать… моя женщина! С такими клыками никакие мышцы не нужны. — Ты еще долго? — Вместо ответа серый зарычал. Зарычал как настоящая собака, аж мурашки по спине. Черт, какие же у него клыки большие. Большие и густые. Чистить наверное одно мучение. Вместо ответа я демонстративно вынул из кармана левую и сложил в нескладный кулак. Не знаю, каким там чувством серый руководствовался, но он понял, что связываться со мной не стоит. Коротко булькнув, представитель инопланетного разума и клыков уступил мне место возле автомата.

— Самая старая адвокатская контора на станции, — сказал я терминалу. Непонятные закорючки сменились бейсиком. На экране появилась инфокарта юридической фирмы «Университас». Как же того парня звали? Блин, забыл. — Покажи работников.

Список «Университаса» не впечатлял. Всего тройка престарелых хьюмов да невесть как затесавшийся в их компанию турианин. Но парень, с которым я разговаривал, точно был молодым.

— Это точно самая старая юридическая фирма?

— Самая первая зарегистрированная юридическая фирма на станции, — ответил мне текст с экрана.

— А по дате открытия главного офиса? — Экран мигнул и выдал мне инфокарту «Лондон Ллойд», конторы с шестивековой историей. — Работники. — Всего трое. А вот и он, Дариан Нол.

— Связатся с Дарианом Нолом, — скомандовал я терминалу.

— Личный номер в общем доступе отсутствует, — ответил терминал.

— Звони на работу.

Включились динамики, пошли гудки, и приятное женское личико с не менее милым голоском поприветствовало меня от имени конторы. Настоящая секретарша или бот? Сильно уж красива.

— Могу я поговорить с мистером Нолом?

— На даный момент, мистер Нол занят.

Девушка, давайте вы тихонечко ему сообщите, что на линии Эм.

— Но…

— Любым способом, не прерывающим его занятости. Например, записка, сообщение на личный комм.

— Ждите. — Девушка отвернулась и исчезла с экрана. Ха, настоящая!

Через десяток секунд экран мигнул и явил мне молодого ивари в деловом костюме со слегка ослабленным галстуком. Парень явно устал.

— Как отдохнули? — вместо приветствия спросил он. Я нахмурился. Парень явно мне не доверяет.

— Пару раз пытали, кололи химией, в общем, мне не понравилось. Пришлось уйти.

— Надеюсь без жертв?

— Только травмированные. — Дариан облегченно вздохнул.

— Я уже два дня пытаюсь пробиться сквозь пресс секретаря флота. — Уже два дня прошло?

— Все так плохо?

— Из вас сделали настоящих террористов. Местное отделение ФСБ рвет и мечет, но флотские послали их подальше.

— Такое возможно?

— Террористы инвитро. А инвитро — это внутренние разборки армии. Вы хоть представляете, что за буча поднялась в прессе? Журналисты пророчат революцию, а вас прозвали вождями освободительного движения. Проклятье, да станция уже начинает делиться на противников и участников этого движения. И во всем этом дерьме невозможно выловить даже йоту правды.

— Забавно.

— Нихрена не забавно! — рявкнул Дариан, от злости переходя на «ты». — Ты хоть представляешь, что за дела начнут твориться под лозунгами освобождения?

— Не ори! Знаешь, у меня не было времени задуматься о политике, шкуру спасал. Ты за мое дело берешься?

— Берусь! — выдохнул Дариан. Тяжело так выдохнул, но решительно.

— Тогда начнем с того, что мне нужно спрятаться. Ушел я шумно. След на камерах оставил. После переговорим и решим что делать дальше.

— О камерах не беспокойся. Они в ведении СБ станции. Даже ФСБшникам придеться поднапрячься, чтобы выбить записи. Ты сейчас где?

— Понятия не имею.

— У терминала спроси, — раздраженно сказал Дариан.

— Мое местоположение. Так… Пятый уровень сектор Б5.

— Везучий!

— Да уж… — я состроил скептическую рожу.

— Ищи сектор Д7, магазинчик «Рывм». Продавец там — саларец. Скажешь, что пришел от Дариана. Дальше все четко по его инструкциям.

Глава 37

И так, саларцы — розовошерстые, полутораметровые антропоморфные бобры. Одна фраза пугает до жути, а уж в живую видеть такое извращение — вообще кариес головного мозга. Тем более что торговая хватка у них — как у лучших представителей еврейской нации родом из Одессы.

Неожиданно! Кто такие евреи я помню, что такое Одесса — чувствую, потому как понять город в котором амбарный замок на автомобиле не вызывает недоумения — невозможно! Даже автомобиль этот помню… Зеленый такой…

— … а вот шобштвенно и шама штатуэтка бога. Аборигены верят что она подымает потенцию. Вы шкажете чушь! И я ш вами шоглашушь! В наш прошвещенный век никто не верит в этот вждор. Но! — бобер поднял вверх указательный палец и отрицательно замотал головой. — Моему троюродному дядюшке помогла именно такая штатуя! А уж школько шредств он перепробовал, у школьких шветил медицины лечилшя! — Мне стало весело. Магазин саларца торговал всем. И едва оказавшись внутри, я уже успел познакомиться с несколькими «произведениями исскуства» из планеты, названия которой я не запомнил. Мне были представлены экземпляры холодного оружия варджи и ритуальные одежды храма пустоты туриан. А ведь от этой акулы розничной торговли спасало меня только отсутствие денег.

— Простите уважаемый, неужели что-то указывает на мою неспособность как мужчины! — я ради смеха сделал злое лицо.

— Что вы, что вы! — саларец замахал руками и вкрадчивым голосом продолжил. — Штатуя будет идеальным подарком вашему начальнику. Поверьте, он будет благодарен.

— Мой начальник — женщина.

— Да? Тогда подарите ей вот эти украшения, — мгновенно сориентировался пройдоха. Я не сдержался и расхохотался во весь голос. Приступ безудержного веселья занял у меня минуты три.

— Я от Дариана, — вытирая от слез глаза и придерживая едва не надорваный живот, сказал я.

— А!? Што же вы мне голову морочите, молодой шеловек! — саларец направился обратно за прилавок, на ходу причитая. — Никакого уважения у нынешней молодежи. Ражве ж можно так отношиться к штаршим. Мешать бижнешу — полное кощунштво. — Саларец посмотрел на меня большими печальными глазами и мне даже немножко стыдно стало.

Бобер порылся в кармане розовой, под цвет шерсти жилетки и достал коммуникатор. Набрав номер, и дождавшись ответа, он коротко хрюкнул одну непонятную фразу, после чего сразу же отключился.

— Идемте, молодой человек, будем ваш одевать.

На смену комбинезону мне достался неброский костюмчик из серой джинсы, биткошелек с парой сотен солов, да комм с беспроводной гарнитурой.