Максим Пачесюк – Сиротский дом в трущобах (страница 25)

Сорванцы ломанулись к дверям, толкаясь и оставляя за собой столб пыли.

— Мистер Спарроу, — позвал я.

— Здесь, лорд, — прозвучало из другого конца полуразрушенного дома.

Когда я пришел, Горбун отчаянно хрипел и торговался с Кастетом. Пачка денег в руках Клинта жгла ему душу, а Спарроу платить не хотел, громогласно заявляя, что и так дал больше положенного. Дал он, кстати, немного: на старом столе рядом с кучкой драгоценностей, треть из которых отсвечивала магией, лежало разномастных купюр едва ли больше чем на сотню. Кастет в тонких материях не видел, так что я ему подсказал.

— Здесь треть — обычные украшения.

— Горб! — злобно зашипел Кастет, а бандит одним движением смахнул со стола купюры. Он даже в драке так быстро не двигался.

— Всего хорошего, джентльмены!

— Стоять! — приказал я.

Горбун подозрительно замер, а я запустил руку в сумку, достал оттуда самое простое исцеляющее зелье и протянул бандиту: мне же лучше, если он тихо смоется. А вот если копам попадется, могут быть неприятности.

— С таким лицом далеко не заедешь, — сказал я, протягивая пробирку. — Советую выпить половину, а вторую растереть на ранах, предварительно промыв их чистой водой или виски.

— Вряд ли я от этого менее узнаваем стану, — хохотнул бандит и кивнул на горб за правым плечом.

— От этого увечья у меня зелья нет, — спокойно ответил я.

— Спасибо, — кивнул Горбун. — Надеюсь, не увидимся!

Горбун покинул развалину через одно из окон, а мы с Кастетом вышли через дверь.

— Неплохо прошло, — сказал Клинт. — У меня вопрос. — Я Горбуну двадцатку из своих кинул, возьмешь в долю?

— Ты о драгоценностях?

— Не думаю, что бреморцам нужны блестящие сережки и колечки: скорее об амулетах. Ты же их своим по нормальной цене сдашь? Не по полной, конечно же, но и не те гроши, что можно выручить у скупщиков.

— На самом деле я еще не придумал, что делать со скупкой. Амулеты можно разобрать, да и золото с серебром — ценный материал.

— Скупщики за него гроши дают.

— Я не лгал, когда сказал, что скупщиком становиться не хочу. Посмотрим. Выгоду упускать я не собираюсь, но она бывает разной.

— Например? Я понимаю, что некоторые амулеты тебе лучше разобрать, а остальной хлам? Куда его деть, кроме как продать?

— Вернуть владельцам, например.

— Какая с этого может выгода быть? Платить за свое никто не станет. Ты вообще представляешь, как тяжело это сделать? Кому вернуть простое колечко без гравировки? Едва пойдет слух, что ты такой глупостью занимаешься, очередь жуликов выстроится.

— Поэтому и говорю, что еще не думал. А насчет выгоды, не все упирается финансы: если бы клан вернул хоть несколько украшений, представляешь, как бы возросла репутация бреморцев?

— Облом, значит… — приуныл Кастет.

— Х-ха, парой часов ранее ты потерял тысячу, а сейчас за двадцатку переживаешь?

— Ту тысячу я даже не видел, а двадцатку из собственного кармана достал.

— Не горюй, ты прав, это все очень сложно и возможно не стоит усилий. Посмотрим еще. А сейчас давай вернемся домой. В Бреморский дом, то есть. Обрадуем Дональда очередными расходами и пополним финансы.

У бреморского дома пахло мясом. Прямо возле фонтана стояла переносная печка с большим котлом, в котором булькало аппетитное варево, а рядом, на трех больших угольных грилях жарились котлеты, колбаски и просто большие куски мяса. Исполняющие роль поваров бойцы надели белые фартуки и смешные колпаки, чтобы казаться менее опасными, еще девушек себе в помощь взяли. Так же, как я хотел приманить босоту деньгами, Дональд или кто другой, использовал приятный вид и запахи, способные лишить разума вечно голодных оборванцев. Я бы и сам взял бутылочку лагера, да остался, на девушек посмотрел: фигуристых, аппетитных…

Бетти?! Она здесь зачем!? Надеюсь, не увидит. Не увидит, не увидит!

— Привет, Дункан.

А-а-а, черт!

— Бетти, какими судьбами?

— Приказ клана. Нужно на глаз оценить состояние детей, чтобы не перекормить. А ты…

— Понятно, извини, мне срочно нужно с Дональдом переговорить.

— Как всегда в делах, — покачала головой девушка, — еще увидимся.

Ага, чтобы ты снова попыталась меня приворожить? Нет, спасибо, я в такие игры не играю! Лучше пойду, найду того, кто ее в Фарнелл пустил, и сверну ему шею!

Глава 14

— Какого черта здесь делает Бетти? — именно с такими словами я ворвался к Дональду. Хотел к дяде, но это был бы перебор, а с Дональдом у меня и так есть о чем поговорить. Кроме того, я мельком видел Альберта и точно знал, что его не будет в кабинете сына. Со стариком в таком тоне я бы говорить не посмел, а хотелось.

— Тебя спросить забыли, — огрызнулся Дональд.

— Будешь дома, загляни к Юджину, пускай что-то для памяти пропишет. Вы с ним кузены вроде.

— Я и с Бетти в родстве состою.

Не может все так просто быть. Если бы Дональд притащил ее сюда из-за родственных связей, то ни за что бы не признался. Да и связи эти у них, как у меня с Дафной Кинкейд: в крови общего — одна вода.

Я плюхнулся в гостевое кресло.

— Не пудри мозги, она меня приворожить пыталась. Из-за нее весь клан в такой заднице чуть не оказался, что она до конца жизни горшки драить долждна.

— Собственно этим она и занималась последнее время: ухаживала за тяжелобольными, мыла, выносила судна и самозабвенно драила туалеты. Короче, свой шанс на искупления она заслужила.

— Мне так не показалось. Говорила со мной так, будто ничего не произошло!

— А ты хотел, чтобы она на себе волосы рвала и у ног валялась, прощение вымаливая? Последние полгода у нее действительно тяжелые были, если и дальше гнобить, как ты предлагаешь, то мы еще одну Александру получим. Дали маленькое послабление, пускай работает, доказывает, что не зря. Тем более что работа ей предстоит далеко не самая приятная.

— Она останется в Фарнелле!? — я вскочил.

Дональд тоже встал и двинул кулаком по столешнице так, что та треснула, видно одну из колдовских способностей или амулет задействовал для зрелищности: бумаги подпрыгнули, а ручка на пол скатилась.

— Сядь и не ори! Знаешь, я порой задумываюсь, кто из вас себя важнее считает: ты или Брайан. Вы оба полезны, в иных случаях почти незаменимы, но порой ведете себя хуже детей! В Авоке Бетти затравят, заграницу ее не пошлешь. Черт, ее даже в соседнее графство не определишь — рискованно! А здесь она будет под моим присмотром и продолжит приносить пользу клану. Думаешь, много желающих работать с малолетними преступниками? Не откупиться парой фунтов, а действительно работать: кормить, учить, лечить. Вникать в их проблемы, объяснять, что мир жестокий и злой, но не все люди их враги, что жить можно иначе: без воровства, лжи. Вот ты же одним из первых орал, что не хорошо использовать детей, выбил из Брайса обещание, что все сделают как надо и успокоился. А дальше? Пускай другие работают, ты уже хороший.

— Я тоже работаю, если ты не заметил! — огрызнулся я, падая в кресло.

— Это сейчас, — парировал Дональд, поднял с пола ручку и тоже уселся. — А когда детдом работать начнет, ты на тренировки сошлешься.

— Тренировки не тронь, это святое!

— Согласен, тут перегнул, но пару часов волонтерства в день я от тебя жду.

— Обойдешься! Пара часов раз в неделю!

— Пять дней. Выходные, так и быть…

— Два!

— Четыре!

— Три!

— Договорились! — улыбнулся Дональд. — Хотел чего, кроме как по поводу Бетти проораться? — выглядел он крайне довольным.

Слова безопасника о работе были правдивыми, но надул ведь! Еще не понимаю где, но точно надул. Честный человек так ехидно лыбиться не может! Ничего, сейчас я ему настроение испорчу:

— Во-первых, ты нехороший человек, и больше к моей совести взывать не пытайся. Я твердо запомнил, что слова твои не искренни, их стоит сначала перепроверить. — Улыбка МакЛала слегка поблекла, но следующие мои слова заставили по-настоящему взгрустнуть. — Первая встреча с беспризорниками прошла неплохо, но я позволил себе небольшую импровизацию, что выльется в несколько лишних фунтов…

Рассказывать все от начала и до конца я не стал, выложил главное: нужны оценщики и деньги. Кроме нормальных денег еще нужны четвертаки, много четвертаков, но это потом, а сейчас нужны одаренные. Даже если они не способны различать тонкие материи, определить наличие магии в предмете можно при физическом контакте. Правда, видящие были бы надежнее, а то мало ли какую дрянь в виде бижутерии могут подсунуть воришки.

Сбросив ответственность на Дональда, я вернулся к Кастету. Времени даром он не терял, оприходовал пару котлет под вустерским соусом и примерялся к ребрышкам. Я ему все удовольствие обломал, а сам не удержался, прихватил сандвич с котлетой и бутылку газировки, чтобы перекусить по дороге. Ел аккуратно, чтобы не обпачкать костюм, но при этом старался поглядывать по сторонам, чтобы как в прошлый раз не получилось: если Кастет будет резко тормозить, котлета легко может на рубашке оказаться. За одно и «задний вид» тренировал, расширяя границы его возможностей. То влево посмотрю, то вправо, то кругом осмотрюсь, головы не поворачивая. От последнего, правда, голова кружилась, зато в один из таких «кругов» что-то необычное привлекло мое внимание в заднем стекле Купера. Сам не знаю, что меня насторожило, улица была пустой, но сандвич я подвинул влево и присмотрелся, вглядываясь до тонких материй. Вот в них на тротуаре под стеной и обнаружилась укутанная туманом фигура. Причем эта фигура держала пристойную скорость на своих двоих, не отставая от Купера. Кастет конечно не гнал, но и не плелся по пустой дороге.