Максим Пачесюк – Последний экзамен колдуна (страница 28)
Я кивнул.
- Вампиры… Незаметность, коварство, удар в спину. Пошли посмотрим. Ты тоже пригодишься, - указал чародей на Кастета. – Только прихвати карабин, что вы вчера притащили.
Карабин использовали для стрельбы… по мне. Гарри учил пользоваться новыми запонками и кольцом. Нормальная в общем практика, да и Кастет целился по ногам, но костюм я на всякий случай снял. Живую ткань срастить легче, чем мертвую.
Кольцо с идеальным квадратом пирита имело еще и спрятанный внутри христопаз. Стихия металла на эфирной основе создавала в воздухе прозрачную пуленепробиваемую стену. Это колечко было на голову выше тех, что делали мастера клана и гораздо экономнее расходовало энергию. При этом оно не было однозарядным как мое с каменной кожей. После пяти выстрелов Энфилда заряд просел всего на десятую часть. Но это пока Кастет лупил под углом. От выстрелов в лоб энергия тратилась быстрее, поэтому Гарри рекомендовал всегда держать стену под углом. Чародей предусмотрел возможность легко менять ее положение легкими движениями пальцев и воли.
- Теперь запонки, - сказал Гарри. – Они трехсоставные: эфир, кровь, земля. Работают автономно. Активируются в полуметре от тела. Чем ближе – тем меньше расход. Полностью истощатся за трое суток. Угадаешь с настройкой?
Я взял шестиугольные запонки в руку. В каждой имелось по три крохотных накопителя треугольной формы: нефрит-эфир, оникс-земля и кровь-аквамарин.
- Кровь, - вздохнул я. – Ты на нее все завязал. Будь добр.
Я протянул Гарри указательный палец. Чародей усмехнулся и провел по подушечке своим узловатым, от чего быстро появился порез и набухла капля крови. Я оставил кровавый отпечаток на камнях, но на нефрите с аквамарином она тут же исчезла, а вот оникс пришлось вытирать.
Я почувствовал, как формируется невидимая связь между мной и этими безделушками. Словно второе дыхание, к которому я всегда могу потянуться.
- Первый удар они смягчат, но кровь лучше тянуть самому, чтобы перерасхода не было. – Готов? – спросил Гарри.
- Давай, - подтвердил я.
Чародей ударил, как кошка лапой, прошелся по моей ноге ногтями и любимым телекинезом, оставив на ней четыре кривых, глубоких раны. Сила крови хлынула в мое тело, потянулась к ноге и стала ее заполнять. Рана стала медленно затягиваться, но стоило мне сосредоточиться, перехватить поток силы и направить его в один порез и тот затянулся практически мгновенно, оставив после себя розовый шрам.
- Перекрывай ток! – скомандовал Гарри. – У тебя и так сырой силы в теле полно!
Действительно, сила слепо лилась в тело, текла к ранам. Я не сразу нащупал тот невидимый кран, что перекрывал этот поток. Держать его закрытым и попутно исцелять себя той энергией, что бушевала в теле оказалось не так просто. Тем более, что она быстро выветривалась из тела. Мне так и не хватило, чтобы затянуть последний порез.
- Плохо, - комментировал Гарри, и закрыл порез очередным взмахом руки. – Контроль ни к черту. Пошли покажешь, как ты руну в печати выжигаешь.
В зал, где он колдовал, чародей меня не пустил, но энергия земли толчками вырывалась за дверь и этого было достаточно. Я привычно погрузился в себя, нащупал в печати подгоревшую руну и начал вливать в нее силу.
- Ну понятно, сразу видно школу перевертышей. Парень, ты не энергоузел развиваешь, который надо накачать до отказа. Не нужно обрушивать на руну поток, заставь ее впитывать. Смотри.
Чужая воля грубо ворвалась в мой внутренний мир, одно касание и руна окраса земли запылала так, что мне стало дурно.
- Это не ускорит разрушение печати, - продолжил чародей, - зато позволит тратить на практику меньше времени. Ну и амулеты использовать эффективнее.
- Проклятье, Гарри, мне скоро улей ворошить, а я едва на ногах держусь.
- Пойди поспи, я на тебя пару заклинаний брошу. Все быстро пройдет. А я пока амулеты перезаряжу и с меткой чего придумаю.
Глава 15
В клуб нас вез Ройял. Роскошный автомобиль, блестящий как конфетка и длинный как молитва фанатика. Одна поездочка в десятку стала, зато наше появление возле «Золотой слезы» заметили. Моя кислая от предстоящих трат, рожа сошла за аристократическое высокомерие, а блестящая в электрических огнях лакированная шевелюра Финеллы, платье, состоящее из одних блесток, отвлекли внимание от личности. Нашу парочку пропустили без вопросов, не пришлось даже демонстрировать печатку, что я надел монограммой внутрь. Громилы на входе даже сообразили что-то похожее на поклон.
Клуб встретил нас легким звоном стеклянной посуды, громом джазового оркестра и томным голосом темнокожей певички, вещавшей о том, что ее любовь не купить. Амулет на опознание сокрытого взбесился, и я пожалел, что взял его с собой.
Под сценой в медленном танце топтались парочки, за столиками внизу распивали игристое, а на балконе сидели те, кто предпочитал наблюдать. Я расстегнул пару пуговиц пиджака и сунул руку в карман к кинжалу, позволив Финелле вести. Девушка позвала официанта и приказала найти нам столик на двоих. Такой нашелся только на балконе у самого бортика. Мне это подходило как нельзя лучше, а вот Фин расстроилась, хотя я сразу предупредил, что в танце она рискует оттоптанными ногами.
Девушка заказала бокал игристого себе и джин с тоником мне. По капле алкогольного антидота мы приняли заранее.
- От танца ты не отвертишься, - пообещала рыжая.
- Посмотрим, - ответил я, пригубив напиток, и вновь коснулся кинжала. Мой взгляд прошелся по барной стойке с мужчинами, обогнул зал внизу и задержался на блестящей стайке девиц у противоположной стойки. Кинжал полыхнул злостью именно когда я осматривал танцпол.
Да кто же, черт тебя дери!
- Что ты делаешь? – спросила Фин, имея в виду мою руку под полой пиджака.
- Можно я не буду рассказывать?
- Мистер Локслин, леди Флауэр, - приветствовал нас Август Фейрберн. Чародей нарисовался рядом так внезапно, что мы с Фин вздрогнули и приготовились к бою. Я едва не вытащил кинжал, а она вытянула правую, готовая выпустить что-то огненное.
- Сэр Фейрберн, - приветствовал я франта в сиреневом шейном платке, белых лайковых перчатках, да еще и с тростью.
Август щелкнул пальцами, и официант поставил третий стул. Фейрберн нагло сел.
- У нас кажется был договор, Магнус.
Магнус… Не помню, чтобы я разрешал так обращаться к себе.
- Для тебя, уважаемый Август, - выплюнул я его имя, - лорд… Магнус. – Имя с титулом обычно не используют, я едва «Локслин» не сказал. В последний момент удержался. Теперь пускай думает, сходится ли титул с фамилией или нет. А чтобы убрать сомнения в моих словах, поднял левую руку и прокрутил перстень большим пальцем, показав печатку на тыльной стороне и вернув ее обратно монограммой внутрь. – Не помню, чтобы я приглашал тебя за свой стол.
Фейрберн выглядел несколько ошарашенным, но быстро вернул самообладание.
- Позволено мне узнать ваше полное имя, лорд? – спросил он.
- Нет! - категорически отрезал я.
- У нас был уговор, лорд.
- Который я исполнил. Гарри встретил меня перед домом, был несказанно рад, - улыбнулся я. – Обещал отблагодарить, только придумает как.
Щека Августа нервно дернулась.
- Тебе пора, - сказал я.
Щека Августа дернулась во второй раз.
- Я слышал, Патрик Линдеманн пропал недавно, - сказал он.
Линдеманн – фамилия одного из отцов вампиров. Надеюсь, у меня ничего не дернулось. Ответил я как можно спокойнее.
- Это должно меня волновать?
- Откуда мне знать. Его брат ищет трех молодых людей. Очень наглого черноволосого парня, рыжую девушку элементалиста, и брюнетку-перевертыша. Всего хорошего, лорд… Магнус. – Август самодовольно поднялся, подбросил в воздухе трость и указал ею вниз. – А вон кстати и он, вместе с сестрами.
Мы с Финеллой одновременно посмотрели вниз, на молодого широкоплечего человека в сером костюме, и двух брюнеток в черных обтягивающих платьях, а когда подняли головы, Август уже показал спину.
Финелла залпом допила шампанское.
- Он…
- Несет какую-то чушь! – сказал я, сделав строгое лицо. После чего коснулся мочки уха. Финелла поняла и замолчала, у чародеев есть много способов подслушать. Я же вновь коснулся к рукояти кинжала и посмотрел вниз. Кровососы Ферриша не заинтересовали.
Проклятье.
Я недовольно вздохнул и разжал руку, но тут ее обожгло. Кто? Где?!
Певица? Да ладно! Хотя, если вспомнить, после борделя кинжал среагировал именно на женщину в кэбе и цвета ее кожи я не рассмотрел, только дурацкую шляпку и длинные волосы.
- Красиво поет, - сказал я. – Знаешь, кто это?
Певица как раз заводила о ночи после дня, что ее любимый работал как пес и только ее объятья приносили ему покой. Известная песня, но в таком исполнении я еще не слышал.
- Ты совсем за светской жизнью не следишь? Джариз Сарду. О ее большом туре по Дутхаю писали все газеты.
- А она…
- Вампирша, - подтвердила Финелла. – С Люсонии.
- Как интересно.
- Эм… Магнус, глянь.
Я проследил взгляд Фин и вновь попал на кровососов гнезда Линдеманн. На этот раз троица пялилась прямо на нас, возле них стоял Август и приветливо махал нам ручкой.
Вот же скользкий тип!