Максим Пачесюк – Последний экзамен колдуна (страница 12)
- У старика Юсома есть двуколка и он еще не должен быть сильно пьян.
- Лошади меня не любят, - отмел я предложение.
- В двух кварталах отсюда есть мясной. У хозяина двуместный Остин. Думаю, он согласится прокатить вас, но сдерет как минимум трешку.
- Этот вариант мне подходит. – Я постучал затихшего Кастета стволом по лбу. – Видишь, все обошлось. Бери мой саквояж. Поработаешь честно для разнообразия.
Кольцо с цитрином я забрал, а вот остальное меня не интересовало, хотя кепка и протянул мне кошель.
- Вот, сэр.
- Неси пока, - отмахнулся я пистолетом, - Вперед, мои дорогие. Только давайте без засад. Я устал и возится, тем более проявлять милосердие, более не намерен.
- Я сам пойду, - проворчал Кастет. – Отпусти мелкого.
- Шагай давай! – приказал я, пропуская грабителей-неудачников вперед. – Награбленное кому сдаете?
Ребята переглянулись.
- Мне могут понадобится связи подобного рода, - честно сознался я. – Кастет молчи, я Кепке больше доверяю. Ну, молодой человек? – Я спрятал пистолет в кобуру, чтобы не привлекать лишнего внимания.
- В «Комод» несем Патрику Мэлори, - признался мелкий.
- Это в Монете?
- В Пабсете, - сплюнул Кастет. – В Монете нам бы и тех грошей не дали.
Пока я думал о том, стоит ли расспрашивать шпану о вампирах, мы пришли к небольшому мясному. На большой доске мелом было написано «Свежая кровь». Похоже мясник в этой теме был осведомлен лучше шпаны.
- Пришли, - сказал Кастет и отобрал у мелкого кошель. – Марш домой, - после чего открыл дверь лавки, приглашая меня за собой. – Мелкому сюда нельзя.
Я не сильно поверил, но местные расклады понимал плохо, поэтому не сильно сопротивлялся.
- Здорово, Дик, отец дома? – спросил Кастет такого же тощего пацана за прилавком.
- Тебе какое дело? – удивился тот.
- Да вот, - Кастет кивнул в мою сторону и неожиданно следом бросил саквояж, я поймал его обеими руками. Парень перескочил прилавок и скрылся за дверью подсобки.
- Эй! – возмутился сын мясника, а я рассмеялся.
- Уважаемый, дело к вашему отцу у меня, не могли бы вы его позвать?
Смех и уверенный тон парня насторожили, поэтому он не стал спорить. Свое дело хозяину я изложил быстро и четко, предложив для начала половину озвученной Кепкой сумы. Мясник сразу умножил ее втрое, но сошлись действительно на трех фунтах. Через час я был на другом конце города в намного более благополучном районе. Другое дело, что мясник его не знал и на поиски нужной улицы у нас ушло еще некоторое время. А вот особняк чародея нашли сразу. Он сильно выделялся среди однотипной местной застройки. Новенькие опрятные четырех-пятиэтажные домики из красного кирпича были натыканы так густо, что не оставляли прохода внутрь квартала, а огороженный кованным забором особняк сам занимал квартал. Серый каменный дом в центре роскошью не поражал, был как минимум на этаж ниже соседних, зато был окружен собственным старым лохматым садом. Это было словно глоток воздуха в царстве кирпича, асфальта и вонючих бензиновых выхлопов. Хотя в последнем, очень даже может быть, виноват старый Остин мясника.
Я покинул автомобиль у кованных ворот с эмблемой наковальни, расплатился с водителем, сделал шаг к калитке и услышал чей-то крик. Оглянулся и увидел машущего человека на крыльце дома в квартале напротив чародейского.
- Постойте, сэр!
Я оглянулся, неуверенный к кому он обращается.
- Вы, вы, сэр. – Мужчина быстро пересек улицу. С его приближением амулет на груди отозвался покалыванием, и я незаметно открыл крышку перстня, мокнув большой палец в мазь. Мордатый тип хоть и был одет в дорогой коричневый костюм, доверия не внушал. – Сэр Смит сейчас не принимает, - сказал он вблизи.
- А вы, уважаемый…
- Мартин Белор. Если вам нужна профессиональная помощь чародея, могу рекомендовать дом Фейрберна: около десяти специалистов, несколько веков чародейской традиции и титул барона у главы дома.
Звучало как реклама по радио.
- Боюсь, мне нужен именно сэр Смит.
Я решил не начинать конфликт и развернулся к калитке. Но тяжелая рука легла мне на плечо.
- Парень, тебе же сказали, не ходить туда. – Тон из уважительного сменился угрожающим, и я мазнул пальцем под правым веком, левому достались остатки, дождался пока зрение изменится, дом чародея за садом засияет и развернулся к мужчине. Его фигура была окутана легким голубым сиянием, что распространял амулет. Примерно такое же свечение распространял и мой.
- Уважаемый, я не люблю, когда мне указывают!
Мартин ткнул пальцем в мою грудь.
- Не нарывайся на проблемы, деревенщина. Вали отсюда!
Я тоже ткнул его пальцем в грудь. Прямо туда, где под рубашкой отсвечивал силой амулет. Атакующие на грудь не вешают. Посмотрим, что это такое.
Чужой амулет отозвался силой воздуха, и я тут же спустил ее с поводка.
На лице Мартина отразилось удивление, а я понял, что это воздушный щит, отклоняющий дистанционные атаки.
- Уважаемый, я извинений требовать не буду, но, если вы не исчезните в течение трех секунд, так отделаю – целители не помогут.
На лице Мартина отразилось недоверие.
Шпана тоже хорохорилась, пока я пистолет не достал, поэтому тянуть снова я не стал, достал пистолет и упер его в пузо Белора. С такого расстояния даже при активном щите не промажу.
- Раз!
- Я понял, сэр. Простите, сэр, извините.
Мартин сделал шаг назад, второй и быстро побежал обратно в дом. Я сунул пистолет в кобуру и вернулся к калитке, только сейчас заметив, что она тоже отсвечивает магией. А вот это уже может быть охранное заклинание.
Глава 7
Проклятье, с калиткой надо было что-то решать, и решать быстро, пока громила не пришел в себя и не вернулся. Хуже всего, что я не мог отличить одну силу от другой. Все, что имело основу воздуха или воды было блеклым и однотонным в диапазоне бирюзово-голубого. Разве что молния, благодаря составляющей огня, имела более яркий фиолетовый окрас. Одаренным энергопрактикам с развитым третьим глазом не составляло труда отличить одно от другого, но мазь не давала таких возможностей. Впрочем, мне ведь было с чем сравнить!
Я бросил саквояж на землю и достал из походной сумки шкатулку с камнями. Каждый хранился в отдельном отсеке и имел свой окрас, кроме разряженных в поезде эфирных и туманного камней. Ярко-красный огонь, почти черный металл и серую землю отметаем сразу. Вода…
Я вынул камень из шкатулки и поднес к ручке калитки. Сомнительно… И не молния. Опять воздух?
Сияние воздушного камня сильно напоминало то, что окутывало не только ручку калитки, но и весь забор. Проклятье, обычное сигнальное заклинание? Надеюсь, руку мне не отрежет. Я вернул шкатулку в сумку, оставив в левой руке отливающую зеленой силой крови гранатовую бусину. Если получу физическую травму – смогу хоть немного на сырой силе восстановиться.
Моя рука легла на ручку и надавила. Калитка щелкнула ржавым замком и со скрипом давно не мазанных петель отворилась. Руку кольнуло чужой силой, но не более. Я уже спокойнее подхватил саквояж и ступил на усыпанную гравием дорожку. Дорожка для пешеходов петляла рядом со въездной дорогой и находилась в довольно плачевном, неухоженном состоянии. Меж гравия пробивали себе дорогу к жизни разнообразные сорняки. Пара будяков разрослась так, что с дорожки нужно было сходить. Как раз возле прячущихся в траве красных пятен огненной силы. И это была не единственная ловушка. Парк просто светился силой и даже посреди огромной дороги встречались мощные круги с печатями мрачной силы металла и темно-красной магмы. Дом будто находился в осадном положении. И предупреждение странного типа уже не выглядело столь нелепым. Простому человеку действительно было нежелательно заходить в эти владения.
Дополнял зловещую картину большой фанерный щит, установленный посреди дорожки. Выцветшей красной краской на нем было написано: «Проваливай, пока цел!!!» - и приписка мелким шрифтом, - «сходить с дорожки опасно для жизни. Постоянные клиенты знают, что делать». Сразу за щитом начиналось минное поле мелких печатей разноцветных сил.
По дорожке идти не вариант, но если существуют постоянные клиенты… Я пригляделся.
В высокой траве справа была едва заметная ложбинка, словно раньше там существовала тропа. Вела она к старому дубу, и это было единственное направление, свободное от печатей на земле. Добравшись до него, я определил другое направление, что подводило меня прямиком к большому крыльцу с толстыми колоннами и огромным балконом на уровне второго этажа. Проклятье, у этого Смита либо дела пропащие, либо он последний параноик! Печати даже на крыльце обнаружились. Чистой дороги оставалось метра полтора в ширину! Да еще и двери неприятно светились какой-то голубоватой гадостью. Особенно бронзовый дверной молоток. Но на него-то нет смысла атакующее заклинание вешать. Скорее всего сигналка, как на калитке.
Обычно молотки делают в виде большого кольца в пасти диковинного зверя, но у Гарри молоток был молотком и сам висел на колечке, а бил по пластине, изображающей наковальню. Я стукнул трижды и услышал, как разносится по дому усиленный магией звон.
Ждать пришлось долго. Я постучал опять… и снова. Заходить в дом чародея без спросу не столько бескультурно, сколько опасно, да и мазь прекращала свое действие. Молоток едва отсвечивал силой, поэтому я решился и открыл огромную дверь.