Максим Пачесюк – Гринвуд (страница 7)

С пистолета он переключился на стилет — быстро вгонял его в деревянную колоду и старался так же быстро вытаскивать. Действовал не своей сталью, а тренировочной железякой Финли. После этого ее пришлось равнять и затачивать. Последним упражнением было метание уже собственного стилета. Только после этого Лиам почувствовал, что готов выйти в лес, но на хутор спустились сумерки, а живот шумно потребовал еды.

С утра пораньше, перекусив куском копченой оленины и угостив таким же Зверя, Лиам нацепил кобуру с револьвером, потом ножны со стилетом. — Ну что, Зверь, погуляем?

— А может, не стоит? — переспросил пес, лениво повернув голову. Собственно, прозвучало это как «вруф-уф», но Лиам понял.

— Чего?! — распахнув рот от удивления так, что можно было и челюсть вывихнуть, переспросил он.

— Говорю, может, не стоит? — вновь сказал Зверь.

— Э-э-э. Знаешь, Зверь, я лучше пойду, лекарство выпью да полежу.

— Хорошая идея, — поддержал пес.

У себя в комнате Лиам схватил со стола склянку с лекарством и отпил большой глоток, потом посмотрел в шкафу, там стояло еще две бутылки, и сделал для надежности еще один глоток. Не каждый же день с тобой лохматые волкодавы разговаривают. В кровати пролежал до обеда, и лежал бы дольше, да вскоре опять начало урчать в животе. Зверя на кухне не было, Лиам позвал, в одну миску налил воды, а во вторую положил сыра и хлеба с олениной. Сам ел то же самое, хотя и запивал холодным чаем. Когда прибежал Зверь, Лиам осторожно спросил:

— Зверь, ты умеешь говорить?

— Гав, — ответил Зверь. И значило это «гав».

— Хорошо, совсем-совсем не умеешь? — уже более уверенно спросил Лиам.

— Уф, — ответил Зверь, пережевывая хлеб. И, к превеликой радости Лиама, значило это «уф».

— Прекрасно, значит, пойдем на луг. В лес пока не сунемся, но на луг, наверное, можно.

Говорить с псом Лиам не считал чем-то необычным. Сколько мог припомнить, Финли всегда говорил. Да и Зверь всегда проявлял прекрасную сообразительность. Но вот допустить, что пес действительно может говорить… Лиаму даже представить такое было трудно, ведь для этого нужна магия, а ее в Союзе Широв осталось ну очень мало.

Глава 10

Финли вернулся домой через полторы недели, и не со стороны Окенхолта, а со стороны мертвых деревень. Весь пыльный, грязный и даже исхудавший. На левом рукаве посередине плеча отчетливо проступало пятно крови. О ране говорила и сквозная дыра в рубашке.

— Шлюхи у нас теперь еще и постреливают? — спросил Лиам.

— Шлюхи всегда любили стрельбу, но это не их подарочек.

— А чего от тебя женщинами не пахнет?

— Откуда ты знаешь, как пахнут женщины?

— Ну… — Лиам густо покраснел.

— Это пять дней назад было. Любой запах выветрился бы.

— Да я носом лучше чуять начал. Со зрением и слухом та же штука. Так вот, пороховым дымом от тебя несет конкретно, по́том — как от Монстра, а женщинами ни грамма.

— На полдороге, когда шли обратно, забрели в заброшенное селение и наткнулись на мародеров.

— Это ж какими кругами вы ходили?

— Не важно. Грэг нашел еще один не оскверненный храм Триумвирата. Хотели зайти помолиться. Пришли, когда эти уроды серебро из храма выносили.

— И?

— Осквернили они храм, — тяжело вздохнул Финли.

— Я спрашиваю: с мародерами что?

— А, пристрелили.

— А серебро?

— Вернули в храм.

— Так забрал бы себе, храм же оскверненный.

— Забрать серебро из храма можно только с разрешения священника, — совершенно серьезно ответил Финли.

— Только бы никто не узнал, что это вы их положили, — покачал головой Лиам.

— В лес ходил? — серьезно спросил Финли, видать, чтобы сменить тему.

— На лугу был, в лесу — нет.

— А мы сейчас Зверя спросим. Зве-эрь!.. — Тот появился почти сразу, прибежал из-за курятника, весело помахивая хвостом. — Ну что, бегал он в лес?

— Гав, — ответил пес.

— Чего? — удивился Финли.

— Гав, — повторил Зверь.

— Понятно, — сказал Финли и посмотрел пронизывающим взглядом сначала на Лиама, а потом на пса. — Говорит, что бегал туда каждый день.

— Блин, а я уж было подумал, ты действительно понимаешь, — покачал головой Лиам.

— Да верю я тебе, верю! — Финли весело хлопнул парня по спине.

— Теперь я полностью восстановился, даже больше. Смотри. — Лиам вытащил из ножен стилет. — Видишь вон тот сучок на столбе? — Он указал на частокол.

— Там все столбы в сучках.

— Ладно. — Лиам замахнулся и бросил. Стилет пролетел метров двадцать и уткнулся в маленький, величиной с пенни, сучок. — Ну как?

— Сейчас посмотрю. — Финли подошел к столбу и вытащил стилет. Он вошел не точно по центру, но все равно было впечатляюще. — Ты хочешь сказать, что в него и целил?

— Естественно! Но это еще не все. — Лиам отступил к стене дома, сделал несколько быстрых шагов и прыгнул на добрый десяток метров, если не больше. — Я тренировался, — с гордостью произнес он.

— Я вижу, только это, скорее всего, от моего зелья.

— Вот всегда так!

— А с реакцией как?

— Не знаю. — Лиам пожал плечами. — Принести палаши?

— Просто развернись. — Лиам послушно исполнил приказ, а Финли вытянул револьвер из кобуры.

— Надеюсь, ты не собираешься меня пристрелить? — кичась своим звериным слухом, спросил Лиам.

— Нет, конечно, — громко ответил Финли, чтобы Лиам не услышал, как, рассекая воздух, ему на затылок падает револьверная рукоять.

— Гав! — возмутился Зверь.

— Ой, а у тебя есть идеи получше?

— Вуф.

— Он для этого слишком молод и горяч. Все, надо быстрее работу заканчивать. Не люблю со священным серебром возиться. — Финли вложил револьвер в кобуру, вскинул Лиама на плечо и понес в дом.

Первым делом влил парню в рот снотворного, а после обработал рану заживляющим зельем. Пока оно шипело и затягивало ранку, а также разъедало готовую уже выскочить шишку, Финли начал готовиться к операции. Вновь достал футляр со своими хирургическими инструментами, приготовил тазик, виски, рюмку с серебряным амулетом. Предстояло вернуть полумесяц на место в затылке Лиама.

Глава 11

К Бериде вышли под обед. Лиам совершенно не выспался и все время зевал. Единственное, что заставляло двигаться, так это договор с Волчонком. Хотя без вечно подгоняющего Финли он бы наверняка опоздал.

— Да что ты как сонная муха?

— Спать хочу.