Максим Пачесюк – Бочка наемников (страница 34)

Стиль бойцов Джо был архаичным, с кучей красивых, но ненужных движений. Впрочем, эти движения довольно эффективно меня путали и плюхи я получал часто. Из четырех боев я слил два, но в любом случае мы расходились картинно раскланявшись и проявив уважение к противнику, пока в круг не вошел белобрысый. Парень был примерно моего телосложения, но гораздо суше, и расписан татуировками, как якудза. Последнее не добавляло ему мужественности, скорее делало похожим на попугая. Эта наглая рожа мне сразу не понравилась, он даже в стойку не стал, лишь презрительно улыбнулся. Зал затих.

В принципе, ничего такого, тут и более странные кадры встречаются, но напряженное молчание зрителей заставило меня повременить. Я улыбнулся в ответ и поклонился, как делали это его друзья. Белобрысый хмыкнул и поманил меня ручкой.

— Дамы вперед, — ответил я и по залу прокатился смешок.

Татуированный разозлился. Он рванул ко мне, дважды сделал обманку левой, раз правой и пробил лоу кик. Меня крутануло, вдогонку прилетело в голову, и я поспешил убраться с линии атаки. Белобрысый дрался не так, как его дружки. Никакой красоты, никакой грации и техники, он просто бил нужным ударом в нужное время, используя кучу обманных движений. Презрение на его лице бесило.

Что ж, попробуем на тебе твои же обманки. Я стрельнул левой и тут же напоролся на подачу в лицо, махнул ногой и был срублен подсечкой. Да черт тебя дери, ты что мысли мои читаешь? А почему бы и нет? В этом полисе возможно все. Значит нужно отключить мысли. Хм… Я и так не особо задумываюсь, но и не сказать, чтобы действую одними рефлексами.

Я сделал шаг вперед и четко представил удар правой. Белобрысый ушел с линии атаки, намереваясь пробить мне в челюсть, но был подрублен подсечкой. Я тут же схватил его за ногу, перевернул на живот и уселся верхом, заломив ногу, которую держал.

— Ну что, красавчик, сдаешься?

— Хрен тебе!

В глазах мелькнули искры, затылок обдало жаром, и он тут же разлился по всей голове, прояснив мысли. Я поднажал, и блондин взвыл от боли.

— Сдаюсь!

— Молодец какой. — Я дождался пока он встанет и поклонился, понимая, что это будет хуже любой пощечины, хуже плевка в лицо.

— Хрен бы ты выиграл, если бы не блок! Вы это специально! — крикнул он своему мастеру. — Как мне тренировать свои силы, если Исани ставит блоки всем подряд?

— Ты же читал его мысли, — удивился азиат.

— Но ударить не смог!

— Тебе запрещено использовать ментальный удар без риска для собственной жизни! — Мастер был в ярости.

— Я сильнее любого в этом зале, всех вас!

— Даже меня? — спросил Флар. — Я могу подпалить зад этому засранцу? — спросил он Джо.

— Будь так любезен, не сдерживайся.

Белобрысый ударил первым, но Флар не обратил на это внимания, а вот стоящий рядом Риман сел на задницу и обхватил голову руками. В тот же момент белобрысый завопил, воздух наполнился запахом горелого мяса, и парень рванул к выходу. Безупречно уложенная прическа вспыхнула как стог сена, но остановить его никто не пытался.

— Перебор, мужики, — сказал Мартин.

— Он давно нарывался, нужно было поставить его на место, — парировал Джо.

— После такого, — покачал головой Флар, — только блокировка и чистка памяти. Я догоню, а вы соберите других иммунных и отправляйте следом. Малой ты как?

— Нор-мально, — ответил Риман, все еще не отрывая жопу от пола, а руки от головы.

— Присмотрите за ним, — попросил Флар перед тем, как выбежать из зала.

Мартин принялся звонить кому то, бойцы с борцами тихо зашумели, обсуждая произошедшее, а мастер Ли сделал несколько шагов ко мне.

— С холодным оружием ты как, дружишь?

— Щит-меч лучше всего.

— Я думал твой мастер специализируется на шестах.

— Ну, клинкам обучал не он, а другой мастер. Даже два мастера.

— Я понял о ком ты. — Глаза Ли зажглись огоньком азарта. — Будет очень интересно.

И он оказался прав. Я всегда считал, что фехтую лучше, чем дерусь, но троица лучших учеников Ли разделала меня под орех. Не смотря на европейский вид учителя, Ли преподавал нечто подобное ушу. Та же куча лишних движений, что и в учеников Джо, только теперь с кривым мечом Дао. Безумные прыжки, тело, скрученное в неестественных позах, и смена ведущей руки приветствуются. Вот последнее было наиболее неприятным и неудобным.

— Полное поражение, — признал я после последнего боя.

— Ты устал. — покачал головой Ли. — Если останешься, то завтра первый бой — мой, — огласил он для всех.

— Без проблем.

— Но это завтра, — влез в разговор Мартин. — Начальство звонило, так что дуй в душ. Свежую одежку я тебе уже заказал.

Одежка оказалась весьма похожа на то, что носил Флар, только лицо не закрывала. Удобно, легко, кожа дышит. Затонов с помощницей ждали нас в том же кабинете, заранее заняв прежние места.

— Готов?

— А чего ждать?

Затылок вспыхнул теплом и тут же пришел холодок. Он сменился морозом от соприкосновения с чужим сознанием. Кукловода звать не пришлось, он будто ждал под закрытой дверью и просочился сквозь щель при первой же возможности.

— Доброе утро, — поздоровался первым Затонов.

— Ну, у вас в Фотадрево уже ближе к обеду должно быть, профессор, — подумал Айк.

— Оперативно работаете, — усмехнулся глазами и краешками губ Затонов. Он по-прежнему отвечал на каждую мысль кукловода в голос.

— Скажите, на кой черт мне этот лузер, когда есть вы?

— Потому, что меня не достать. Никак. — Затонов говорил голосом человека изрекающего нерушимую истину.

— А как же случайности? Вы не допускаете даже возможности?

— От случайности никто не застрахован. Но за столько лет, сынок, я научился быть готовым. — Затонов замолчал, предоставляя слово оппоненту.

— Я хочу встретится… Не с вами, — дополнил он после скептического взгляда профессора. — С Ником. Я лично введу ему противоядие.

— Разумно, — согласился проф. — Но место выберем мы.

— Место выбирайте, но не полис. Послезавтра я буду в Хараре, и это единственное окно в моем злодейском графике. У меня физически не выйдет быть где-то еще.

— Хараре, так Хараре. Время я хоть могу назначить?

— Вторая половина дня ваша.

Холод в моей голове опять сменился жаром. Исани бесцеремонно вышвырнула кукловода и захлопнула за ним дверь.

— Он тянет время, — сказала она, после того как удостоверилась, что связь оборвалась.

— Я знаю. Отряды Фаршван и Ламберта меняют дислокацию. Только благодаря этому мы их и вычислили.

— Вы меня использовали, — понял я. Обиды как таковой не было, я не верил в альтруизм, поэтому мне даже как-то спокойней стало, после того, как я увидел интерес Фотадрево в моей ситуации.

— Я надеюсь, — сказал Затонов, — ты понимаешь, что он не собирается давать тебе антидот.

— И что за гадость он мне вколет?

— Катализатор.

— Продолжайте.

— Мы вколем тебе замедлитель. Он нивелирует действие катализатора.

— Ну а вдруг… — я скептически поджал губы и покрутил указательным пальцем в воздухе, показывая, что сам не особо верю в такую возможность.

— Антидоту он не помешает, — понял меня Затонов.

— Значит послезавтра мы летим в Харару.

— Хараре. И ты летишь завтра. Скажешь Мари, что у тебя диагностика на целый день, мы поддержим эту легенду.

— Вы действительно меня отпустите? Даже зная, что мое существование угрожает Болатам.