Максим Осинцев – Консорциум. Книга 1. На руинах мира (страница 45)
— Можешь ходить за мной столько, сколько только пожелаешь. Мне нечего скрывать.
Затем вышел и направился прочь из жилого сектора.
А может это и вправду не он? Или он только пустил пыль мне в глаза? Но как бы там ни было, я продолжу слежку. Но все-таки последовал его совету. Пришлось стать более скрытным.
Весь остаток дня я наблюдал за передвижениями Баркли через Исина. И ничего необычного не происходило. Клайв побывал в зале совещаний, затем посетил арсенал, а под конец собрал свою группу и провел им инструктаж. И сделав всю свою работу за день — ушел в столовую, откуда тут же направился в свою комнату.
Совсем ничего. Можно закрывать слежку, оставив на всякий случай пару жучков в его комнате и на одежде. Если он все же наш крот, то это выяснится. А если нет, то не буду больше попусту тратить свое время. Есть и последняя цель, которая может оказаться кротом. Хотя, скорее всего, и является кротом.
Я лежал на своей кровати, сверяясь с Исином. Но так как информации сегодня я больше не получил бы, уже хотел отключить слежку за Баркли. Но фигурка сверчка в моем кармане противно завибрировала. Я достал ее. Маленький сверчок лежал в моей руке, и я чувствовал легкое покалывание. Он о чем-то предупреждал меня. И почему он только не сообщает все явно, когда это так требуется?
Я вновь посмотрел на Исин, не выпуская сверчка. И увидел, как точка, обозначавшая Клайва, выплыла из его комнаты. Кажется, кому-то не спится.
Поднялся с кровати и спрятал фигурку в нагрудный карман рубашки. Натянул на ноги кроссовки и вылетел из комнаты, следуя за полковником.
Баркли тем временем покинул жилой комплекс и направился к исследовательскому центру. Я медленно шел за ним, стараясь не привлекать внимания. Но, мне кажется, и полковнику то было не до меня. Он шел второпях, чем-то взволнованный.
Зашел в исследовательский центр. В вечернее время здесь почти никого не было, разве что, кроме Короля, который мог проводить свои исследования, или засидевшегося одного — двух ученых. Я зашел следом.
Сверяясь с Исином, я плутал по незнакомым мне коридорам центра, пока не добрался до двери в центр управления линзами. И что только понадобилось Клайву здесь? Не уж то, это и есть мой крот и прямо сейчас он приводил план по побегу в исполнение? Что же спугнуло его, что он решил как можно скорее покинуть базу Консорциума?
Приоткрыл дверь и увидел полковника, который изучал какие-то данные на голографической панели. Он видно краем уха уловил легкий скрип двери и обернулся ко мне. На его лице читался испуг.
— Все не так, как ты видишь, — защебетал он.
Все напускное тут же пропало. Баркли был лишь человеком, который испугался, когда его застукали за совершением преступления. Я подошел поближе, спустив руку к карману Джинс, в котором лежал мой складной нож, который я носил на непредвиденные случаи.
— Это не я! — закричал Баркли. — Меня подставили!
— Я вижу.
— Мне прислали сообщение на Исин! — продолжал полковник. — Там говорилось, что было несанкционированное перенаправление линзы. Меня вызвали сюда! Я покажу!
Он быстро закатал рукав пиджака и рубашки, обнажая устройство на руке. Быстро простукал по панели пальцами, и я увидел, как расширяются его зрачки. Прошла считанная секунда, а потом он бросился прямо на меня. Я быстрым движением достал из кармана нож и раскрыл его. Но Клайв оказался быстрее и повалил меня на пол.
Сильный удар в челюсть, что перед глазами пробежали искры. Затем еще один. Он держал мою руку с ножом. Я сделал резкое движение и вспорол кожу на его руке, а затем резким движением освободившейся руки воткнул нож тому в спину. Его лицо скривилось от боли, но он продолжал держать меня. А затем нанес еще один удар, пришедшийся на мой нос. Я лишь услышал хруст и почувствовал резкую боль.
Резко вытащил нож из его спины и вскинул руку, перерезая ему яремную вену на левой стороне шеи. На мое лицо брызнула кровь, но хватка полковника тут же ослабела. Он поднялся, пытаясь зажать шею, но я понимал, что долго ему не протянуть.
Опершись на стену поднялся и я. Нос сломан. Левую часть лица не чувствовал вовсе. Да и левый глаз заплыл. Я крутанул нож в руке и вонзил в грудную полость Баркли, вложив в силу всю свою злость. Я догадывался, что мое побитое лицо сейчас было искажено искренней яростью. Еще удар ножом в грудину. И еще. А затем просто вспарываю ему брюшину, придерживая другой рукой.
— Вот тебе, сука! Сдохни, предатель!
Я вижу, как стекленеют его глаза. Отпускаю, и его тело падает на пол, заливая кровью. Захлопываю нож с сильным звуком удара и прячу в карман. Оглядываю свою рубашку, которая пропитана кровью этой свиньи. Чувствую отвращение. Вытираю кровь с лица. И напоследок пинаю Баркли. Он уже ничего не чувствует, так как умер, а я хоть вылью всю злость. Затем следует еще один удар ноги.
И только потом, тяжело дыша, я смотрю на голографическую панель, на которой мигает сообщение. Подхожу и открываю его.
«Линза перенаправлена. До закрытия линзы 00:58:44».
А в информации по линзе узнаю, что она перенаправлена на черную башню в тайге. 2412 год. Сукин сын, он смог таки довести свое дело до конца. Нужно срочно предупредить Главу и остальных. К нам идут гости…
Я никогда бы не предал своих друзей! Никогда! Но что я могу сделать, когда я загнан в свое подсознание и сижу там, словно в клетке? А все этот V.
Моя группа, с которой мы попали в это безумное приключение — они для меня стали родными. Наверное, самыми родными из всех, кого я знал после того, как я раз и навсегда покончил со своей прошлой жизнью. Жизнью, которая обернулась для меня кошмаром.
Я еще помню, как отправился с родителями в плавание на яхте отца. Каждый год мы совершали недельное путешествие. Это было нашей традицией. Я желал отдохнуть и наконец-то побыть время с родителями после долгой учебы в университете. Солнце, морской пейзаж и приятный утренний бриз. О чем еще можно было мечтать? А ведь даже совершенно ничего не предвещало беды.
На нас напали ночью. Какие-то пираты взяли нас в плен и забрали под свой контроль нашу яхту. Мы несколько дней сидели в грязном трюме их корабля. Совсем без еды. Обитали там, как животные, за которых хотели попросить выкуп.
Мой отец был влиятельным консулом Италии и пираты знали об этом. А значит, с нашей семьи можно было получить неплохой выкуп. Но в итоге, когда нас должна была спасти группа спецназа — выжил только я. И то, что я остался цел и невредим — было чудом, как говорили репортеры и многие другие люди, даже не знавшие нас.
Но для меня это стало проклятьем, с которым я не смог жить дальше. Вся моя жизнь катилась под откос. Я готовился к тому, чтобы закончить свою жизнь в каких-нибудь трущобах. Деньги отца, каким-то образом оказались у его коллеги по работе. А я остался ни с чем. Так все и могло закончиться. Тогда ко мне и пришел человек, который представлял крупную организацию, название которой я не знал. Консорциум.
Он предложил мне работу. Предложил мне новую жизнь. И я… согласился!
Прошлое имя пришлось забыть, и я взял имя Стас в честь моего лучшего друга, с которым я провел все свое детство и зрелость. Где он сейчас? Я не знал этого. Но с прошлой жизнью было покончено. Теперь меня звали Стасом, и я стал охотником Консорциума. И это мне нравилось.
Передо мной открылся волшебный уникальный мир, который был совершенно иным, нежели тот, в котором я жил многие годы. У меня появились новые друзья, которых я готов назвать своей семьей. Они и были моей семьей.
А потом нас занесло в эту тайгу. Мне было холодно. Так холодно, что я даже не чувствовал своего тела. Вот он белый свет в конце туннеля, подумал я. Вот она — смерть, сковавшая меня. Я и вправду думал, что умер. Ибо другого объяснения в те мгновения у меня просто не было.
А затем стало тепло. Оно разливалось по всему моему телу. Это и есть рай? Если, конечно, он вообще существует. Но нет, это был не рай. Я открыл глаза, а прямо надо мной навис этот V. Он смотрел прямо на меня. У него были разноцветные глаза.
В его руках блеснул предмет. Я не сразу понял, что это. И только потом догадался, что это был орел. Тот самый, чей обладатель мог убеждать других и отдавать им приказы, которые непрекословно выполнялись.
— Сейчас ты отдашь мне свои предметы, — произнес V на английском. У него даже не было акцента.
Я не хотел отдавать те предметы, что были у меня. Не хотел! Но рука сама потянулась к карману и извлекла из нее фигурки лягушки и крота. А затем вложила в руку V. Он оказался доволен.
— А теперь слушай меня внимательно, — продолжил он. — В конце своего пути вы найдете еще один предмет. Броненосца. Что бы ни случилось, ты должен принести этот предмет мне. И никому другому. А о том, что я использовал против тебя орла — ты и вовсе никому не должен говорить. Все связанное со мной и броненосцем — не для обсуждения.
— Хорошо, — переступив через свою волю, ответил ему я, но голос мой был слаб и тих.
Но V понял меня и улыбнулся.
Холод вернулся, и я потерял сознание.
А теперь я стоял перед своими друзьями, против которых использовал фигурку броненосца, погрузив их в мир иллюзий. Саму фигурку я разместил в подкладе перчатки моего экзоскелета. Я бы никогда не догадался, что есть такая возможность, совершенно не беспокоясь о разгерметизации костюма, заполучить ледяную фигурку в мои руки так, чтобы она еще не касалась моего тела, но уже позволяла использовать свои сверхъестественные способности. Об этой особенности моего экзоскелета подсказал V, когда я еще пребывал в сознании.